С человеком против всех людей.
И против нас.
Разве теперь не очевидно, что он один несет ответственность за болгарскую резню?[53]
Да. Он доказал готовность убивать себе подобных, если кто-то встанет у него на пути.
Мировая война и впрямь испортила его.
Он слишком долго кормился в окопах. Пировал в концентрационных лагерях.
И теперь нарушил перемирие. Ступил на нашу землю. Хочет подчинить себе весь мир.
Чего он хочет, так это еще одной войны.
Коготь самого высокого из Патриархов дернулся – невероятное событие для существа, предпочитающего полную неподвижность. Тело они воспринимали как сосуд, поменять который не составляло труда. Наверное, они слишком расслабились. Не почувствовали угрозы.
Тогда мы покажем ему, кто есть кто. Мы больше не можем оставаться невидимыми.
Охотник за головами вошел в пещеру и подождал, когда Патриархи соблаговолят заметить его присутствие.
Ты его нашел.
Да. Он пытался вернуться домой, как делают все существа.
Его будет достаточно?
Он станет нашим охотником. Охотником, не боящимся солнца. У него нет выбора.
В запертой клетке западного тоннеля на холодном земляном полу лежал Гус. Ему снилась мать… и он не имел ни малейшего понятия об уготованной ему страшной судьбе.
Эпилог
Келтон-стрит, Куинс
Они вновь собрались в доме Келли. Нора привезла Зака, после того как Эф и Фет вынесли останки Мэтта и зарыли их во дворе.
Сетракян лежал на раскладушке в солярии. Он отказывался ехать в больницу, и Эф согласился, что в сложившейся ситуации о больницах следовало забыть. Руку старик сильно ушиб, но не сломал. Пульс еще был замедленный, но стабильный, с тенденцией к улучшению. Эф хотел, чтобы Сетракян поспал, но без обезболивающих, поэтому, зайдя к нему вечером, принес стакан коньяка.
Старик заметил, что боль ему не мешает.
– Мешают уснуть мысли о неудаче, – сказал он.
Фраза эта напомнила Эфу о том, что он не нашел Келли. Какая-то часть его все еще надеялась на лучшее.
– Это не вы потерпели неудачу, – заверил он старика. – Это солнце плохо сыграло свою роль.
– Он могущественнее, чем я себе представлял, – вздохнул Сетракян. – Я, возможно, это подозревал… конечно, боялся этого… но не знал наверняка. Он не с Земли.
Эф согласно кивнул:
– Он – вампир.
– Нет… не с этой планеты.
Эф вспомнил, что старик ударился головой.
– Мы его ранили. Пометили его. И теперь он бежит от нас.
Но Сетракяна слова Эфа не успокоили.
– Он по-прежнему здесь. Ничего не кончено.
Сетракян взял у Эфа стакан, отпил коньяка, сел.
– Здешние вампиры… они еще младенцы. Скоро мы станем свидетелями новой стадии их эволюции. Для полной трансформации требуется семь ночей. Тогда их паразитарная система окончательно сформируется. Как только это произойдет, как только в их телах не останется жизненно важных органов – сердца, легких, они станут менее уязвимыми к обычному оружию. А потом вступят в пору зрелости… будут набираться опыта, умнеть, приспосабливаться к окружающей среде. Они станут собираться вместе и координировать свои атаки, и каждый будет все более опасен индивидуально. Нам будет все труднее находить их и побеждать. Пока не наступит момент, когда мы уже не сможем их остановить. – Старик допил коньяк и посмотрел на Эфа. – Я верю, увиденное нами сегодня на той крыше – конец человечества.
Гудвезер почувствовал, как будущее легло на них непосильной ношей.
– Чего вы мне не рассказали?
Взгляд Сетракяна, устремленный вдаль, затуманился.
– Что сейчас об этом говорить?..
Вскоре старик заснул. Эф смотрел на скрюченные пальцы, лежащие поверх одеяла. Они дергались, Сетракяну что-то снилось, но Эф мог только стоять и смотреть.
– Папа!
Гудвезер вышел в гостиную. Зак сидел за компьютером. Эф подошел сзади, обнял мальчика, поцеловал в макушку, вдыхая запах его волос.
– Я люблю тебя, Зи.
– Я тоже люблю тебя, папа, – ответил Зак.
Эф взъерошил ему волосы и отпустил.
– Так как наши дела?
– Почти все готово. – Мальчик вновь смотрел на экран. – Мне пришлось создать ложный электронный адрес. Теперь тебе надо выбрать пароль.
Зак помогал Эфу отправить видео с Энселем Барбуром в собачьем сарае – самого фильма Эф мальчику пока не показал – на сайты, транслирующие видеоролики. На самые разные сайты, не только «Бит Торрент» и «ЮТьюб». Эф хотел, чтобы весь мир увидел настоящего вампира. Паника его больше не волновала: бунты и погромы ограничивались пока только бедными районами, хотя со временем могли распространиться на весь город. А вот замалчивание причин происходящего грозило самыми серьезными последствиями.
Эту чуму предстояло выжигать каленым железом… иначе она распространится на всю страну, на весь мир.
– Теперь я беру этот файл и отправляю его приложением…
– Посмотрите, что делается, – донесся с кухни голос Фета.
Он сидел перед телевизором и ел куриный салат из пластикового контейнера.
Эф повернулся. Съемки велись с вертолета: горели дома, в небо поднимался густой черный дым.
– Становится все хуже, – сказал Гудвезер.
И тут он заметил, как зашелестели листочки на дверце холодильника. Бумажная салфетка со столика спланировала на пол.
Эф повернулся к Заку, который заканчивал печатать письмо:
– Откуда ветер?
– Должно быть, открылась сдвижная дверь.
Эф огляделся в поисках Норы и услышал, как полилась в туалете вода. В коридор из ванной вышла Нора.
– Что такое? – спросила она, увидев, что все уставились на нее.
Но Эф уже смотрел в дальний конец коридора: за углом находилась ниша, ведущая к сдвижной двери во двор.
Там кто-то стоял. Кто-то с висящими по бокам руками. Женщина.
У Эфа широко раскрылись глаза.
Келли.
– Мама!
Зак двинулся к ней, но Эф успел перехватить мальчика.
Должно быть, он причинил Заку боль, потому что тот вырвался и в изумлении вскинул голову, повернувшись к отцу.
Нора подскочила и обняла Зака сзади.
Келли просто стояла. Смотрела на них. С бесстрастным лицом, не мигая. Будто в шоке. Будто оглохла от взрыва.
Эф сразу все понял. Случилось то, чего он боялся больше всего. Сердце пронзила боль.
Келли Гудвезер обратили. Она вернулась домой после смерти.
Ее взгляд нашел Зака, самого близкого и дорогого ей человека. Келли двинулась к нему.
– Мама?
Судя по интонации, мальчик понял, что с матерью что-то не так.
Эф услышал движение за спиной – Фет бросился в коридор, вытащил из ножен меч и показал Келли серебряный клинок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
