– Гос-с-споди! – просипел Фет.
Он вытер кровь рукой и отшвырнул древесную плиту. Бросив кинжал в камин – против такого великана пользы от короткого лезвия не было никакой, – Василий отобрал у Эфа лампу, чтобы тот мог наносить удары, держа меч обеими руками.
– Продолжаем преследование. – Сетракян двинулся к следующей комнате. – Нужно выкурить его из дома.
И тут же путь им преградили четыре шипящих вампира. Выглядели они как фанаты Боливара: пирсинг, волосы торчком, накрашенные глаза.
Фет двинулся на них с двумя лампами. Одна вампирша, в джинсовой юбке и драных чулках в крупную сетку, прорвалась, и Эф наставил на нее серебряный меч. Двигалась она неловко, как и все новообращенные. Гудвезер попытался нанести удар, вампирша отпрыгнула вправо-влево, меж белых губ вырывалось шипение.
Эф услышал крик Сетракяна:
– Стригой!
Звуки рубящих ударов придали смелости Эфу. Вампирша бросилась на него, и тут же меч пробил ей плечо. Тварь открыла рот, выгнула кверху язык, – Эф едва успел увернуться от жала, летящего ему в шею. Она наступала с раскрытым ртом, шипя от ярости, но следующий удар пришелся ей в лицо, в рот, прямо по отростку с жалом. Пробив затылок, меч сантиметров на пять вошел в стену.
Глаза вампирши вылезли из орбит. Разрубленный отросток с жалом сочился белой кровью, которая, наполнив рот, стекала по подбородку. Пригвожденная к стене, она попыталась плюнуть в Эфа белой жижей: вирус изыскивал любые способы выжить.
Сетракян уже обезглавил трех вампиров, залив белой кровью кленовый паркет. Он вернулся к Эфу и крикнул:
– Назад!
Гудвезер разжал руки, отпрыгнул, а Сетракян одним ударом перерубил шею вампирши. Под действием силы тяжести тело упало на пол.
Голова осталась на стене, пришпиленная мечом, белая кровь лилась из перерубленной шеи. Черные глаза вампирши злобно смотрели на людей… потом закатились вверх и застыли. Эф схватился за рукоятку меча, вытащил из стены и рта вампирши. Мгновением позже голова упала на тело.
Обеззараживать времени не было.
– Наверх, наверх! – крикнул Сетракян.
Он направился к широкой винтовой лестнице с коваными чугунными перилами. Душа была крепка, а вот тело слабело. Наверху Эф обогнал его, осмотрелся. В сумраке разглядел паркетные полы и еще не отделанные стены. Никаких вампиров.
– Мы разделимся, – выдохнул старик.
– Вы шутите? – Фет подхватил его сзади, помог подняться. – Никогда не разделяться! Это первое правило. – Он размахивал ультрафиолетовыми лампами, пытаясь осветить все. – Я видел достаточно много фильмов, чтобы не нарушать его.
Одна из ламп зашипела. Перегревшаяся синяя лампочка взорвалась, вспыхнуло пламя. Фет бросил лампу на пол, затоптал огонь. Теперь у него осталась только одна лампа черного света.
– Сколько еще проработает аккумулятор? – спросил Эф.
– Недолго, – ответил старик. – Он измотает нас, заставив преследовать его до заката.
– Мы должны загнать его в западню! – воскликнул Фет. – Как крысу в ванную.
Сетракян остановился, повернувшись на звук.
«У тебя слабое сердце, старый козел. Я слышу».
Сетракян не шевелился, держа меч наготове. Он озирался, но не видел Владыку.
«Хорошее у тебя оружие».
– Ты его не узнал? – спросил Сетракян, тяжело дыша. – Это меч Сарду. Юноши, в чье тело ты вселился.
Эф шагнул к старику, осознав, что тот говорит с Владыкой.
– Где она? – прокричал он. – Где моя жена?
Владыка не обратил на него ни малейшего внимания.
– Ты отведаешь моего серебра, стригой, – выдохнул Сетракян.
«Я отведаю тебя, старик. И твоих неуклюжих апостолов…»
Владыка атаковал их сзади, вновь свалив Сетракяна на пол. Эф дважды рубанул мечом пролетевший ветерок и обнаружил, что острие побелело от крови.
Он ранил Владыку. Во всяком случае, зацепил.
На осознание случившегося ушло какое-то мгновение, но и этого хватило, чтобы Владыка вернулся и ударил Эфа в грудь. Гудвезер почувствовал, как ноги отрываются от земли, а потом спина и плечи впечатываются в стену. Тело пронзила боль, он сполз на пол.
Фет выступил вперед с лампой, Сетракян поднялся на колено, он размахивал мечом, отгоняя монстра. Эф откатился в сторону и приготовился к новым ударам… но их не последовало.
Они опять остались одни. Это почувствовали все. Они не слышали никаких звуков, только внизу, у лестницы, что-то позвякивало. Возможно, о стену ударялась висящая на проводе лампочка.
– Я его зацепил, – сказал Эф.
Сетракян тяжело поднялся, опираясь на меч. Одна рука висела плетью. Он двинулся к следующему лестничному пролету, уходящему вверх.
На деревянных ступенях белела вампирская кровь.
Потрепанные, но преисполненные решимости, они поднялись в пентхаус Боливара, верхний этаж более высокого из двух соседствующих домов, и вошли в спальню в поисках вампирской крови. Не найдя ее, Фет прошел к дальним окнам мимо разостланной кровати, сорвал портьеры и открыл доступ дневному свету, но, увы, не прямым солнечным лучам. Эф проверил ванную, которая оказалась даже больше, чем он ожидал. Встретило его великое множество отражений. Тысячи Эфраимов Гудвезеров с мечами в руках.
– Туда, – выдохнул Сетракян.
Свежие мазки белой крови пятнали черную кожу дивана в еще более просторной комнате, заставленной электроникой. Из-под тяжелых портьер, которые завешивали две арки в восточной стене, просачивался мягкий свет. За стеной находилась крыша соседнего дома. На нее и вели двери в арках.
Именно здесь они нашли Владыку. Он стоял посреди комнаты. Лицо с копошащимися червями смотрело на них с высоты огромного роста. Белая кровь текла по руке, кисти, капала на пол с длинного среднего пальца.
Сетракян, хромая, двинулся к нему; он тащил за собой меч – острие скребло по паркету. Старик остановился перед Владыкой, поднял меч здоровой рукой. Его сердце билось слишком часто.
– Стригой.
Владыка бесстрастно смотрел на него, демонически величественный, глаза – мертвые луны в кровавых облаках. Лишь черви шевелились под кожей его нечеловеческого лица.
А Сетракяну, когда он практически достиг цели, изменило сердце. Казалось, он больше не может сделать ни шага.
Эф и Фет наступали, и Владыке не оставалось ничего другого, кроме как с боем вырываться из комнаты. Его губы разошлись еще шире в зверином оскале. Он швырнул низкий длинный столик в Эфа, отбросив Гудвезера назад. Здоровой рукой запустил кресло в Сетракяна, и тот подался в сторону. Тем самым Владыка разделил людей и бросился на Фета.
Фет поднял лампу, но Владыка ушел в сторону и напал на него сбоку. Фет упал рядом с верхней ступенькой. Владыка попытался проскользнуть мимо, но Фет вскочил и сунул лампу в лицо монстру. Ультрафиолетовые лучи ослепили чудовище, отбросили к стене, штукатурка затрещала под его весом. Когда руки Владыки оторвались от лица – он пытался укрыться от лучей, – глаза его стали еще более дикими, они ничего не видели.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
