Выслушав все, я сказал:
– Передайте Кинкелю, что мы расходимся в понимании происходящего в Косове. Напряженность там не возрастает, положение несколько стабилизировалось. Следует продолжать поиск политического выхода – и нам, и американцам, и Европейскому союзу. Согласен, что необходимы срочные меры гуманитарного плана. Позиция России постоянна. Она, образно говоря, состоит из четырех «нет»: натовской вооруженной операции против Белграда; выходу Косова из Югославии; эскалации санкций против СРЮ; сохранению нынешнего статуса Косова, который не предоставляет автономии этому краю. Необходимо добиваться немедленного прекращения огня с двух сторон и начать переговоры.
Добавил, что наша позиция, естественно, не может измениться под грузом переживаемых Россией серьезных экономических трудностей. А вообще-то прошу передать большой привет моему другу Клаусу.
27 августа российская сторона подготовила рабочий план по предотвращению гуманитарной катастрофы в Косове. Аналогичные документы были предложены также Соединенными Штатами Америки и Европейским союзом.
После моего назначения председателем правительства России были продолжены успешные усилия по политическому урегулированию в Косове под руководством нового министра иностранных дел И.С. Иванова.
4 октября он совместно с министром обороны и первым заместителем директора СВР вылетели в Белград, где сразу же встретились с С. Милошевичем. Такой состав делегации подчеркивал экстраординарный характер российского демарша. Положение вокруг Белграда складывалось угрожающее. Милошевичу было вручено послание Ельцина, в котором говорилось о необходимости принятия Белградом срочных мер по выправлению ситуации в крае, в частности по прекращению вооруженных действий, отводу подразделений армии и сил безопасности в места постоянной дислокации, по преодолению гуманитарного кризиса и обеспечению условий для возвращения беженцев, продолжению переговорного процесса.
Белград дал согласие на прием миссии ОБСЕ (на сей раз – без увязки с возобновлением участия СРЮ в работе Организации), которая могла бы на месте оценивать обстановку и оказывать содействие в поисках выхода из кризисной ситуации.
Одновременно была возобновлена миссия спецпредставителя президента США Р. Холбрука, которой оказали поддержку министры стран контактной группы на встрече в Лондоне 8 октября. В результате 16 октября в Белграде действующим председателем ОБСЕ Б. Геремеком и министром иностранных дел Югославии Ж. Йовановичем было подписано соглашение об учреждении миссии ОБСЕ по проверке ситуации в Косове. Накануне, 15 октября, было подписано соглашение между СРЮ и НАТО о воздушном контроле за ситуацией на территории Косова. Президент Сербии М. Милутинович сделал одностороннее заявление о принципах политического урегулирования в Косове.
24 октября 1998 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 1203 по Косову, которая запустила реализацию соглашений СРЮ с ОБСЕ (о миссии по проверке) и с НАТО (о воздушном наблюдении). В резолюции зафиксировано, что в случае чрезвычайных обстоятельств могут приниматься только такие меры обеспечения безопасности международного персонала данных миссий, которые одобрены Белградом в рамках упомянутых соглашений. Одновременно в резолюции ужесточались требования к косовским албанцам, включая немедленное прекращение террористической деятельности. Но так как в тексте в целом не отвергалась идея применения силы против Белграда, Россия и Китай воздержались.
27 октября 1998 года Совет НАТО принял решение оставить в силе на неопределенный срок свое политическое решение от 13 октября 1998 года о задействовании силы (Activation Order). Москва заявила, что отмена этого решения является условием российского участия в миссии по проверке с воздуха. Одновременно мы подчеркнули свою заинтересованность в скорейшем запуске миссии ОБСЕ по проверке (МПК), в которой готовы активно участвовать.
Югославские власти в соответствии с белградскими соглашениями и резолюциями СБ ООН возвратили в места постоянной дислокации, в том числе за пределы Косова, спецподразделения и части югославской армии, убрали блокпосты с путей сообщения. Число полицейских было сведено к уровню начала марта 1998 года. Заметно стабилизировалась гуманитарная ситуация в Косове. Практически был решен вопрос о размещении людей, находившихся под открытым небом.
На фоне выполнения С. Милошевичем требований международного сообщества еще контрастнее стала выглядеть провокационная, дестабилизирующая деятельность подразделений так называемой Освободительной армии Косово, пытающихся заполнить «вакуум», который возник после вывода югославских сил безопасности. Характерно, что на заседании экспертов контактной группы в Лондоне 11 ноября была выражена озабоченность стран-участниц позицией и действиями косовских албанцев, препятствующих началу переговоров.
Так на момент написания этой главы выглядели события вокруг Косова. Ситуация, конечно, была еще далека от нормализации. Но совместными усилиями, в которых далеко не последнее место занимала Россия, все же удавалось зажечь свет в конце тоннеля этого одного из самых опасных международных конфликтов конца XX века.
Свет этот был погашен натовским ударом по Югославии. Это было настоящим потрясением для России. Все российские политические силы без исключения выступили против развязанной НАТО войны. Как руководитель правительства, я летел в США на встречу совместной комиссии, возглавляемой с американской стороны А. Гором. Соединился с ним по телефону с борта самолета (это было за несколько дней до американского – я не ошибся: скорее американского, чем натовского – удара по Югославии). Вице-президент Гор на прямо поставленный мною вопрос не мог дать гарантии, что удар не будет осуществлен хотя бы во время моего пребывания в США.
Вызвав командира корабля, я сказал: возвращаемся.
– Как, не будем садиться в Вашингтоне, ведь до посадки три с половиной часа?
– Нет, в США садиться не будем. Если не хватит горючего до Москвы, совершим промежуточную посадку.
Самолет развернулся над Атлантическим океаном и промежуточно сел в Шеноне.
Очень понравился мне комментарий остроумного Н. Фоменко, который «пересыпает» своими шутками рекламные объявления «Русского радио» – люблю слушать его передачи, находясь в автомашине. Перефразируя Гоголя, Фоменко сказал: «Не всякий премьер долетит до середины Атлантики».
Другие отозвались на мое решение по-разному. Но в обществе в целом – я это почувствовал, – несомненно, преобладала поддержка.
Ближневосточное урегулирование: неиспользованные возможности
