Хаски почему-то у последнего поворота остановился и стоял там довольно долго, пристально рассматривая своего командира. Наконец решился выйти.
— Это ты? — спросил, подойдя почти вплотную.
Кошка насмешливо фыркнула и уселась на паутину намывать лапу.
— Я, — сказал Тошиминэ. — Слушай внимательно. У нас немного времени. Нужно успеть раньше, чем Феринэ окончательно обозлится на собачек.
— Каких еще собачек?
— И не переспрашивай! — велел командир.
Хаски передернул плечами и изобразил готовность слушать. И даже выслушал, подозрительно внимательно. А потом дернул плечом и недовольно спросил, что за фигня маячит над головой командира. Пришлось объяснять еще и это, чувствуя себя недалеким идиотом. Вот как можно внятно объяснить что-то человеку, который ничего не знает о боге-лисе, особенно учитывая то, что слишком много рассказывать вообще нельзя?
Хаски видимо это понял и согласился считать непонятную тень наблюдателем от божества. Но все равно косился, раздражая Тошиминэ и заставив заинтересоваться присутствие божества.
Обычно люди его не замечали.
Грот был такой же большой и яйцеобразный, как и фальшивка. Тошиминэ и Хаски дружно застыли, пытаясь понять, опять их обманывают, или на этот раз нет. Кошка считала, что иллюзии нет. Присутствие божества величественно молчало, видимо решив, что такая мелочь его участия не стоит. Меч Хаски отнесся абсолютно равнодушно, что и понятно. Никого живого и даже мертвого в гроте не было. И несколько светильников еле горели, скорее придавая открывшейся картине таинственности, чем разгоняя темноту.
— Не нравится оно мне, — признался Хаски.
Почему-то ему казалось, что грот выглядит ловушкой. Почему, он бы объяснить не мог. Вроде ничего особенного, но идти туда не хотелось. Протестовали то ли инстинкты, то ли предчувствие.
С другой стороны, раз пришло двое и у одного даже какая-то часть божества висит над головой, то один может сходить на разведку, а второй броситься его спасать, сразу как поймет, что именно случилось.
— Что ты намерен делать? — спросил Тошиминэ, словно мысли подслушал.
— Пока думаю, — честно сознался Хаски. — У тебя никаких идей нет?
— Ну, — Тошиминэ приложил рукоять меча ко лбу, словно пытался голову немного охладить. — На самом деле есть несколько вариантов. Первый — это просто логово демона, им там все провоняло, потому нам и не хочется туда заходить. Самый простой вариант. Второй — это опять иллюзия, более сложная. Но оно маловероятно. На несколько таких иллюзий никакой энергии не хватит. Это же придется, чуть ли не ежедневно магов ловить для жертвоприношения, или вырезать жителей окрестных селений. А оно слишком заметно будет. И вряд ли наш недодемон станет тратить то, что украл у умерших командиров, он не захочет все начинать сначала. Третий — там действительно ловушка, только я не могу понять, где и какая. Четвертый — мы сами себя запугиваем, и ничего там нет. Но мы знаем, что должно, поэтому опасаемся и перестраховываемся.
— Понятно, — сказал Хаски и шагнул вперед, искренне веря, что случись что-то, его командир сразу поймет что, и как с этим бороться.
В командиров ведь нужно верить.
Потолок не упал и пол под ногами не исчез, но что-то крепко приложило Хаски по голове, едва не уронив с высоты его роста, заставило пошатнуться и потянуться рукой к стене, пытаясь удержать равновесие. Не дотянулся. Ладонь перехватил Тошиминэ и дернул к себе.
— Что? — прохрипел Хаски.
— Ловушка, — беззаботно улыбнулся командир. — Потряси головой, мозги на место станут. Это просто паутина, она на зрение влияет и вестибулярный аппарат. А ловушка в стене, она едва тебе навстречу не потянулась.
Хаски послушно потряс, дождался, пока пещера перестанет перед глазами выплясывать и осмотрелся. Ничего не изменилось. Тусклые фонари, темный камень и полное безлюдье, включительно с недодемонами и ходячими трупами.
— Кажется, нас не заметили.
— Сейчас заметят, — пообещал Тошиминэ, снимая с руки Браслет и подвешивая его на кончик меча. — Кое-кто хочет поздороваться. Думаю, ему обрадуются… Очень.
Браслет прикоснулся к стене, вспыхнул разноцветными подвесками, и пыль метнулась к своду, словно пыталась сбежать. А потом начала медленно и величественно оседать обратно.
Обматерив мысленно все на свете, прокашлявшись и протерев глаза Хаски удивленно уставился на пещеру. Она посветлела и стала меньше. А еще куда-то делось чувство опасности, которое предостерегало от входа под ее своды.
— Ага, — удовлетворенно сказал Тошиминэ. — Теперь хозяин точно прибежит. Подождем.
Хаски пожал плечами. Ждать, так ждать. Еще бы знать, к чему готовиться в первую очередь. Сомнительно, что хозяин прибежит в гордом одиночестве.
Хотя ждать он не любил. Ожидание — то же безделье, только вынужденное. А безделье слишком легко вызывает ненужные мысли.
— Идет, — Тошиминэ легко вскочил на ноги, заставив своего задумчивого помощника глупо поморгать.
Хорошо хоть не спросил, кто идет. Вот было бы позорище.
Хаски встал, понаблюдал за тем, как командир, постояв немного с одухотворенным лицом, обнажил меч и неспешно пошел в центр пещеры. Пожав плечами, помощник последовал его примеру.
— Готов? — спросил Тошиминэ, не оборачиваясь.
Хаски хмыкнул.
Какая разница? Даже если не готов, бежать и прятаться он бы не стал. Подумаешь, недодемон любящий превращать своих последователей в замороженные игрушки. Ерунда. Демоны, конечно больше любят огонь, но ведь человеческая составляющая могла быть как обладателем стихии воды, так и воздуха, или того и другого вместе.
— Ничему не удивляйся! — велел командир. — Он для начала на нас собачек спустил. Тех, которые не успел к Феринэ и Тэйтэ отправить.
Хаски прислушался и опять услышал вибрацию камня, только теперь вызывали ее не капельки воды в соседней пещере, а что-то тяжелое и приближающееся.
— Собачки? — переспросил он.
И первая собачка вывалилась в грот, подталкиваемая своими нетерпеливыми товарками. Величиной с теленка, довольно неуклюжая и облезлая, но умеющая прыгать так далеко, что двух ее прыжков хватило на то, чтобы напороться на меч Тошиминэ и попытаться его перекусить. Тошиминэ стряхнул тварь с оружия, взмахнул рукой и припечатал ее каким-то заготовленным заранее плетением, почти вбив в камень. Это собачку ни капельки не расстроило. Она даже не заметила, что ее череп несколько сплющился, не говоря уже о торчащих из шкуры обломках костей. Кое-как поднявшись, она медленно потащилась обратно, припадая сразу на все лапы и теряя по дороге части плоти. Так и не дошла. На нее налетели следующие претенденты на меч Тошиминэ и видимо на ходу перекусили, потому что то, что после них осталось, на собаку не было похоже совершенно, да и уменьшилось раза в три.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
