что, кроме меня, никто не вспомнил об этой детали. Занимая трон, будущий монарх произносил ритуальные слова, обещая заботиться о процветании страны, подданных, их благополучии и счастье прежде своих собственных. Я откопала текст королевской клятвы в хрониках. Думаю, нынешние правители просто зубрили речевку, не особо вникая в ее смысл, тем более что она была полна старинных выражений и слов, почти не употребляемых в современном языке. Мне даже сквозь печатную версию пришлось продираться со словарем, а королю ее подсказывали венчающие его на трон архиепископы. Еще один привет от церкви. Давно могли бы вмешаться и напомнить эту маленькую деталь, но зачем? Их все устраивает: деньги в монастыри текут рекой, храмы исправно строятся и обновляются, не говоря уже о прочих послаблениях от государства. Зачем ворошить, если оно и так прекрасно работает? Даже если сменится монарх, вера незыблема. На церковь смена династии никак не повлияет. Вот и молчат.
– Его Величество Ластер Махони нарушил собственную клятву уже давно. Еще его отец начал, когда профинансировал постройку борделей, считая это неплохим источником дохода. А он сам продолжил, устроив на левом берегу сначала фабрики, а потом и напрочь отгородив от правой стороны. Вы не поверите, уважаемые, но женщины – тоже люди и считаются гражданами этого государства. – Я обвела замерших в изумлении придворных.
Король, покраснев, возмущенно испепелял меня взглядом.
Надеюсь, я права в своих предположениях. Иначе дай бог, чтоб мне удалось добраться до Провенса, а сестре я вообще не завидую.
– Мне нужен доброволец, – повысила я голос, обводя взглядом оторопевших лордов. – Я не подхожу по понятным причинам, мой жених вышел из подчинения клятвы вследствие утраты им магии, а Ранджит подданный другого государства. Кто из вас осмелится проверить клятву на прочность? Уточню сразу: на мне она действует. Лорд Доэрти подтвердит.
Взгляд короля метнулся к главе службы безопасности, который побледнел и вжал голову в плечи. Тем не менее бедняга нашел в себе мужество кивнуть.
– Что ж, может, на мне испробуете, раз уж мою дочь вы уже проверили? – с насмешкой поинтересовался Его Величество Ластер.
Доэрти сглотнул и неуверенно сделал шаг вперед.
– Ну же, смелее. Если вы не собираетесь меня убивать, сильной отдачи быть не должно.
Король бросил быстрый взгляд на меня и Бродерика, стоявших рука об руку. Наверняка отомстить задумал, прикидывает, кому следующему нож вручить.
Не выйдет.
Доэрти выдохнул и взмахнул рукой. Воздух сгустился до состояния лезвия.
– Простите меня, ваше величество. Как глава службы безопасности королевства, я обязан прояснить этот вопрос. Обвинения принцессы весьма серьезны.
Ластер нахмурился. Подставы от верного служаки он не ожидал. Думал, отступит без проверки, убоявшись давления авторитета монарха, а безопасник оказался ответственным.
– Это бунт? Лорд Доэрти, вы забываетесь! – рявкнул король, но тот уже опустил руку, завершая заклинание.
Лезвие сорвалось с места и разрезало рукав белоснежной рубашки чуть выше предплечья. Ткань мгновенно пропиталась алым. Лорды загомонили в ажиотаже, как последние базарные торговцы.
– Неслыханно! – пролепетал министр культуры, как завороженный следя за тонкой струйкой крови, быстро пропитывавшей рукав. – Покушение на короля!
Нормально. Король, вообще-то, сам разрешил проверку, хоть потом и передумал.
– Он давно уже король только по титулу, но не по отношению к своему народу. Задача короля – не наживаться на подданных, а привести страну к процветанию! А у нас почему-то процветает только ничтожный процент одаренных магически, а все остальные у них на побегушках.
Я обвела строгим взглядом тот самый процент. Не весь, конечно, но самый цвет, так сказать.
– По праву невыполненной клятвы я требую от Ластера Махони отречения от престола!
В тишине, наступившей после моего заявления, можно было оглохнуть.
– Я тоже требую отречения! – неожиданно звонко раздалось рядом со мной.
Наирин встретила мой изумленный и, что там скрывать, радостный взгляд. Я до конца не была уверена, что она меня поддержит, отец все-таки, – и подмигнула ей.
Король внезапно скривился, как от приступа боли, и побледнел.
– Я, Ластер Первый Махони… – едва слышно пробормотал он обескровевшими губами, но его прекрасно расслышали все, находившиеся в тот момент в зале.
Свидетелей, если что, будет множество, хотя не думаю, что отец попытается вернуть власть. Его сейчас явно заставляла его собственная, монаршья клятва, и сопротивляться он не может.
– …Находясь в здравом уме и трезвой памяти, отрекаюсь от престола Риона, поскольку проявил себя недостойным королем и негодным защитником подданных, и клянусь не претендовать на правление впредь. Наследниками своими назначаю моих детей.
На последних словах Ластер замолчал, закусив губу, и торжествующе посмотрел на нас с сестрой.
Сумел-таки нагадить напоследок. Нас с Наирин окутало одинаковое белое сияние, как в тот день, когда я приносила клятву верности вместе с другими студентами.
Те из лордов, что посообразительнее, зашептались между собой. Нестабильное получалось королевство: с двумя равноценными наследниками. Что затеял старый интриган, я просчитала моментально. Мы с сестрой попытаемся друг друга убить в борьбе за престол, клятва сочтет и нас недостойными и пойдет дальше.
Вопрос: на кого? Судя по тому, как король настоятельно пытался выдать Наирин за Вилея Гормана, его ветвь – следующая в наследовании из возможных трех, а он еще и связан помолвкой с принцессой – значит, его позиция усилена.
Была.
От обоих интриганов Горманов, старшего и младшего, мы избавились, что открывает дорогу следующим наследникам – Салливанам. Ой-ой, у меня все шансы взойти на престол! Не хочу!
Все эти соображения пронеслись в моей голове за доли секунды, я даже не успела их толком осознать, а уже опускалась на одно колено.
– Ваше величество…
Я склонила голову, приветствуя Наирин и сразу обозначая, что претензий на трон не имею. Та слегка опешила ото всего происходящего (над покерфейсом сестричке еще работать и работать!), но головой кивнула и символически коснулась моего плеча, мол, приветствие принимаю.
Вслед за мной, по одному, волной, принялись опускаться на колени остальные лорды.
Рядом, коснувшись руки и заново переплетя наши пальцы, склонил голову Бродерик. Бросил на меня взгляд искоса и неожиданно подмигнул.
Я не успела спросить его мнения и решила за нас обоих, но, насколько я успела узнать эту семью, к власти они не рвались совершенно. Кажется, мой жених не против того, что не будет сидеть на троне. Наоборот, полностью согласен с моим решением.
Повезло мне все же. И с сестрой, и с будущим мужем.
Краем глаза я поймала раздраженную гримасу на лице Доэрти и с трудом подавила желание показать язык. Я его понимаю, ему хотелось кого-то надежного на троне, а Наирин себя еще доказывать нужно будет окружающим. Но не все получают все, что хотят.
