если строил зверскую рожу и орал: «Да я вас щас одной левой, сосунки!» Били, если сразу снимал куртку или отдавал годовой запас табака. В общем, в любом случае били.
Выпутались без драки только двое, не считая Эрхала.
Арвин в ответ на вопрос о куртке поспешно ее сорвал и протянул агрессорам со словами:
– Вы поосторожнее с ней, а то я недавно сифилисом переболел. Не, теперь-то уже все в порядке, но мало ли что…
Остальные Ученики, будучи невидимыми наблюдателями, покатывались со смеху, глядя, как неудавшиеся грабители со всех ног несутся прочь от «сифилитика».
Ювис Арвина похвалил: дескать, молодец, простенько и со вкусом.
Второй, Корис, прибег к более классическому способу.
На вопрос: «Табачку не найдется?» – он завизжал во всю силу легких: «Пожар!!! Горим!!!» Дома в городе были в основном деревянными, и в нападающих сработал въевшийся в кровь инстинкт. Позабыв о первоначальном намерении, они заозирались в поисках источника опасности. Их внимание оказалось переключено, что резко снизило первоначальную агрессивность. К тому же из домов на крики стали выбегать люди, и Корису удалось улизнуть, воспользовавшись суетой.
Ювис остался решением Кориса недоволен: дескать, традиционное мышление и все такое.
Эрхал пошел последним. Вдоволь насмеявшись, глядя на потуги товарищей, он отправился на задание в приподнятом настроении. Когда Повелителя Воды окружили семь парней с вполне определенными намерениями, он не смог сдержать хохота, представляя, какие комментарии сейчас отпускают сокурсники в его адрес.
Он захохотал, чем привел в замешательство агрессоров. Их лидер, правда, попытался повернуть ситуацию в нужное ему русло словами:
– Весело? Ща грустно будет!
На что Эрхал опрометчиво выпалил:
– Э, так нечестно! Вы меня сперва насчет табака спросите.
– И спросим, – насупился другой из нападавших – «бычок» с кулаками такого размера, что Эрхал даже удивился, как это он постоянно таскает подобную тяжесть.
Повелитель Воды тут же с восхищением поделился своими соображениями с хозяином кулаков, предложив завести для них специальную тележку. Как ни странно, незамысловатая шутка пришлась по вкусу остальным парням, а сам обладатель кулаков был явно польщен таким необычным комплиментом. Обстановка слегка разрядилась, и Эрхал поспешил закрепить успех:
– Ну что, бить-то будете?
– Ты че, псих? – неуверенно уточнил лидер. Он не совсем понимал, как себя вести: Эрхал никак не укладывался в привычные рамки жертвы.
– Не, не псих, но я же понимаю – так надо.
– Кому надо? – тупел прямо на глазах лидер.
– Вам надо, – напомнил Повелитель Воды, безуспешно стараясь сдержать смех.
– Чего надо? – терял всякую связь с реальностью лидер.
– Избить меня, чего ж еще.
– Слышь, парень, ты чего к нам привязался, а? Мы тебя что, трогали? – внезапно плаксивым тоном выступил один из молодчиков.
– И впрямь, Сохатый, повалили отсюда, – предложил «бычок» лидеру. – Этот малый, видать, травки обкурился, раз ни с того ни с сего на людей кидается.
Лидер Сохатый выпал из ступора, радостно навесив на Эрхала ярлык: «Тьфу, обкуренный отморозок, человек конченый», и поскорее увел свою банду прочь, посоветовав Повелителю Воды напоследок: «бросить дурить, пока совсем копыта не откинул».
Ювис тогда остался недоволеным своим любимым Учеником: дескать, скоморох ты, Эрхал. Скоморох и везунчик, а удача-то – она штука переменчивая…
…Повелитель Воды отвлекся на воспоминания и совсем позабыл, что его ожидает кое-что неприятное. Впрочем, сейчас задача проще, чем была тогда. Сейчас ему никто не запретит использовать магию. Немного, совсем чуть-чуть.
Эрхал бросил простенькое заклинание «Серый, неприметный человечек». Таким в глазах приближающейся компании должен выглядеть он – скучный, унылый, бесцветный. Такого даже избивать неинтересно – кулаки собьешь, ноги оттопчешь, а удовольствия все равно не получишь.
Заклинание сработало мгновенно. Один крепыш громко зевнул, обнажив на редкость ровные, белые зубы. Остальные, мазнув по лицу Повелителя Воды скучающими взглядами, прошли мимо, тут же забыв о его существовании.
Ну, вот проблема устранена. Правда от использования магии в малых дозах на Эрхала накатила слабость, и ноги стали как ватные, но это скоро пройдет, а пока можно потихоньку идти дальше.
«Что касается моих невеселых предыдущих размышлений, тут уж ничего не поделаешь. В так называемых войнах за веру всегда гибнет много случайных людей, а на поверхность всплывает пена – потенциальные садисты и убийцы, которых в мирное время крепко держит узда законности, – сделал вывод Эрхал. – К сожалению, такова человеческая природа и не дано ее изменить никому, даже Богам. Впрочем, с точки зрения одной моей зеленоглазой знакомой, и сами Боги далеки от совершенства…»
Прогнав прочь воспоминания вместе с философией, Повелитель Воды двинулся дальше, продолжая невольно разглядывать следы побоищ. У большинства уцелевших домов окна и двери оказались закрыты наглухо так, словно их обитатели приготовились к длительной обороне. Против бандитов и мародеров, надо полагать.
Впрочем, надо отдать должное королю Беотии. Эрхал не знал, что творилось в других городах, но в своей столице монарх постарался поддерживать хотя бы видимость порядка – пару раз Повелителю Воды попадались патрули, сколоченные из королевских гвардейцев.
Патрульных мало, но они трезвы и внимательны. Их новые черные доспехи и темно-синие плащи украшали вышитые бисером красные кресты, а у сержантов Эрхал даже разглядел знаки нового верования, выложенные рубинами на ножнах.
«М-да, вероятно, восстание готовилось заранее, неторопливо и тщательно, раз успели изготовить для войска новую форму и оружие. И куда только смотрела Богиня Весны? Ну не могло не просочиться что-то «наверх», хотя бы в виде слухов и доносов! Почему же Богиня Ксантина не предприняла ничего, а спокойно наблюдала за невероятными событиями в подвластном ей мире?» – удивился Повелитель Воды.
…Пару раз его останавливали патрули. Он врал, что является ярым сторонником Темных Небес, и честно отвечал, что направляется в Башню Живицы. Не известно, верили ли они, но персона Повелителя Воды всерьез заинтересовала их лишь однажды.
Тот патруль возглавлял заносчивый, злой на весь мир сержант, явно мучающийся несварением желудка. Тяжело вбивая каблуки сапог в булыжники мостовой, он так и рыскал взглядом по улице, мрачно разглядывая редких прохожих с откровенной надеждой сорвать на ком-нибудь зло. И тут ему на глаза попался Эрхал.
Повелителя Воды остановили, спросили, как он относится к Богам. Эрхал откровенно признался, что по-разному относится: некоторые из них довольно симпатичные, а некоторых он на дух не выносит. К примеру, Эгорис, Бог Вулканов, тот еще тип – склочный, кляузный развратник, положивший, было дело, глаз на Динантру. Эгорис имел наглость в открытую
