гроша в кармане, который поторопился обменять их на божоле в ближайшем бистро. Правда, именно это и позволило найти Альдо… Да, предсказания…
– Хорошо, ты будешь первым, – заявил Альдо, подходя к тетушке Амели, чтобы поцеловать ее. – Я не желаю ничего знать о череде катастроф, которые без конца валятся мне на голову! И надеюсь хоть немного поспать!
Через день женщины отправились в Лугано, а Альдо переехал жить к Адальберу, на всякий случай предупредив Ланглуа о смене своего места жительства. Прослушивание телефонных разговоров в «Белом вереске» пока ничего не дало, и Соважоль, которого сменил другой инспектор, практически поселился в неприметной машине, чтобы не терять из виду ворота особняка. Интересно, долго ли это продлится…
Приезд госпожи де Соммьер и План-Крепен на виллу Адриана постарались сохранить в тайне. Дамы прибыли ранним утром после путешествия в поезде с пересадкой в Базеле, которое показалось им бесконечным и утомительным. Но когда на вокзале их встретил Уишбоун на комфортабельном автомобиле, им показалось, будто они оказались в раю. Техасец был так счастлив их видеть, что готов был броситься им на шею, едва не позабыв о своем статусе садовника. Но он вовремя опомнился и согнулся в поклоне со словами «добро пожаловать». После этого он начал оглядываться, будто что-то ища, но не увидел никого, кроме носильщиков, занятых багажом. В конце концов, Уишбоун сдался и спросил, прибыли ли дамы одни.
– Разумеется! – ответила Мари-Анжелин. – А кого вы ждали?
– Я хотел спросить: без служанок?
– Служанки? Что за мысль! Для чего они?
– Ну… чтобы прислуживать… Когда дамы путешествуют, они всегда…
– Вы имеете в виду горничную? – уточнила госпожа де Соммьер. – Ведь у вас в доме ее нет?
– Вы правы. У нас была служанка, но мы ее выставили вон, потому что она подслушивала под дверью. И подсматривала в замочные скважины!
– В любом случае, это не одно и то же, но не беспокойтесь! Мы прекрасно справляемся сами! Какая прекрасная страна! – восхитилась маркиза, наслаждаясь открывшимся видом на озеро.
Полюбовавшись немного пейзажем, они уселись в закрытую машину. Уишбоун сел за руль.
– Если я правильно понимаю, – продолжила маркиза, начавшая вникать в ситуацию, – на вилле Адриана вообще нет женщин?
– Нет… Это немного грустно, но теперь у нас будут самые замечательные женщины! – с улыбкой ответил техасец.
Охваченная неожиданным желанием рассмеяться, госпожа де Соммьер обменялась взглядами с План-Крепен:
– А кто готовит?
– Болеслав! Лакей Юбера… И я бы не сказал, что он хороший повар!
– Что же он вам готовит? – поинтересовалась План-Крепен.
– Польскую кухню! Капусту… очень много капусты! И фрикадельки! А еще вареную курицу…
– И пироги, я надеюсь? – спросила маркиза. – В польской кухне восхитительные пироги!
– Этого он делать не умеет. Поэтому их мы покупаем в городе, как и пиццу. Мы очень сожалели об отъезде молодого полицейского…
Госпожа де Соммьер помолчала, потом негромко сказала:
– Я понимаю! Скажите-ка мне, мой добрый друг, когда мы приехали, не мою ли горничную вы искали? Она же по совместительству и моя кухарка! Вот только дамы не берут с собой в поездку кухарок! Эвлалия была бы возмущена до предела, если бы я только намекнула ей на такую возможность! Ладно, я займусь этим вашим Болеславом.
– Мы же не станем готовить для такого количества мужчин! – запротестовала шокированная План-Крепен.
– Мое дорогое дитя, вы даже представить не можете, какое количество так называемых кухарок я выдрессировала, пока не вырвала нашу дорогую Эвлалию у моей бабушки! Впрочем, без особого труда: добрая матушка Фешроль питалась исключительно овощными супами, яйцами всмятку, в которые она макала хлеб с маслом, творогом и яблочными компотами, так как у нее не осталось зубов. Я его вымуштрую, этого Болеслава. Меня это развлечет, а вы сходите вместе с ним на рынок!
Уишбоун не проронил ни слова, но в зеркале заднего вида стала видна его ликующая улыбка. Маркиза поспешила умерить его энтузиазм, похлопав по плечу:
– Эй, молодой человек! Не стоит все же питать пустых надежд! Эвлалия исключительная кулинарка, и это не я ее воспитала… А чем еще, кроме кухни, занят этот ваш Болеслав?
– Ведет хозяйство. Он этого не любит, но выполняет все безупречно. Порядок идеальный. Болеслав даже встал до рассвета, чтобы срезать цветы.
– Ах, вот даже как! Что за выражение лица, План-Крепен? Любуйтесь лучше пейзажем! Он просто очарователен!
Теперь они ехали вдоль озера, и с дороги были видны горы, кое-где сохранившие снежные заплаты, холмы с мягкими очертаниями, засаженные виноградниками и садами, маленькие деревушки и роскошные виллы, леса из каштана и орешника.
– Видно ли отсюда ваш дом и соседний? – спросила Мари-Анжелин.
Вместо ответа Уишбоун остановил машину и помог ей выйти.
– Вот это гора Бре… – начал он.
– О! Там есть канатная дорога! Обожаю канатные дороги!
– Вы можете воспользоваться ею, когда захотите… При условии, что вы спуститесь вниз и сядете в нее на станции. Наш дом не слишком красив, но есть башня, которую вы видите вон там. Она очень удобна. Это и есть вилла Адриана! Отсюда вы можете видеть только угол виллы Маласпина, она расположена чуть ниже. Но из нашего дома вы сможете рассмотреть ее лучше!
Из глубины автомобиля до них донесся возмущенный голос:
– У вас будет достаточно времени, чтобы удовлетворить вашу страсть к туризму, План-Крепен! А я умираю от желания выпить большую чашку кофе!
– Вот это Болеслав делает хорошо! Он замечательно варит кофе! – заверил ее Уишбоун, усаживаясь в машину.
Спустя несколько минут они уже были на месте. Профессор, представший в своем обычном образе благодаря костюму из светлого тика, галстуку-шарфу и начавшим отрастать усам, подал руку маркизе, чтобы помочь ей выйти из машины.
– Моя дорогая Амели, я как никогда рад видеть вас!
– Хочется верить в это, Юбер. Очень хочется верить…
Поцеловав госпоже де Соммьер руку, он провел ее в гостиную. Тетушка Амели села и наставила на него свой лорнет:
– Вы отлично выглядите, и… вы очень элегантны, право! Но я бы не отказалась от удовольствия полюбоваться вами в роли Амели де Соммьер! Не окажете ли мне честь и не перевоплотитесь ли вы в нее лично для меня? Мне бы это доставило огромное… огромное наслаждение!
– Чтобы вы позабавились за мой счет? – проворчал он. – Не рассчитывайте на это!
Обрадованная тем, что ей удалось сразу же испортить настроение Юберу, маркиза наградила его насмешливой улыбкой:
– Вам известно, что я могла бы потребовать у вас компенсацию за нарушение моих авторских прав? В конце концов, это же плагиат! Или это была карикатура? Что скажете?
– Идите к дьяволу! Не стоило позволять вам приезжать! Мне следовало заподозрить, что ваша единственная цель – это отравить мне жизнь!
– Пожалуй, стоит вас утешить… Подумайте, к
