В то же мгновение воздушная волна отбросила от меня бывшего друга, его нож лишь неприятно оцарапал мне шею. Воздушный поток неимоверной силы освободил и моих соратников, раскидав в стороны гвардейцев.
— Сын, спасайся! — услышал я звенящий от гнева голос отца, который, кинув в императора огненный шар, наконец-то примкнул к нам.
Недолго думая, я вновь начал открывать портал, но тут над площадью разнесся страшный бас правителя:
— Покушение на жизнь императора! — лицо повелителя исказила разъяренная гримаса, одновременно на нем проглядывало торжество.
— Ты пытался убить моего сына! — заорал в ответ отец.
— Приказываю связать их! — не замечая слов отца, негодовал повелитель.
Шутки кончились, ровно через десять секунд мы все, включая девчонок, были связаны и уложены лицом в пол. И на каждого надели наручники, лишавшие магии!
— Двадцать лет назад ты клялся мне в верности и уверял, что никогда не посягнешь на мою жизнь! А сегодня ты пытался убить меня! За это предательство будет расплачиваться твой единственный сын! Завтра утром его казнят!
Отец взревел от бессилия, так как в магических наручниках и с висевшими на его плечах гвардейцами он не мог сопротивляться.
— Вы, Ваше Императорское Величество, обещали мне сейчас развлечение, а сами перенесли его на завтра! — неожиданно для всех закапризничала принцесса Ирсана, при этом дергая муженька за жабо и непроизвольно сжимая его горло.
— Готов загладить свою вину, казнив завтра двух жертв! — не обращая внимания на страдания собственного сына, пошел на уступки перед принцессой император, он тянул время, явно рассчитывая придумать новый план, чтобы вернуть сына.
— Кого еще? — облизывая от предвкушения тонкие губы, прошептала Ирсана.
— С нашей стороны будет жестоко, казнив одного влюбленного, оставить в живых второго!
Это заявление стало страшным ударом для меня, а император склонился над отцом и, явно наслаждаясь своим превосходством, пояснил:
— Не только тебе, мой дорогой канцлер, слали подробные отчеты из Северной Академии!
Повелитель недвусмысленно посмотрел на Алекса, раскрывая нам своего доносчика. Затем он выпрямился и подошел к Айлин.
— Мне кажется, эта юная девушка с необычными зелеными глазами будет прекрасной претенденткой на гильотину! — весело предположил повелитель.
— Совершенно с Вами согласна, Ваше Императорское Величество! — благоговейно просипела тенерийская стерва. — Завтра нас ждет прекрасный день!
Айлин.
Я опять оказалась в тюрьме и на этот раз тоже не одна. Компанию мне составил Брайан. Нас поместили в соседние камеры, предназначенные для заключенных, приговоренных к смерти. Это были маленькие грязные каморки, в которых отсутствовала всякая мебель, а в качестве лежанки использовалась куча старой соломы у стены, вместо дверей красовалась металлическая решетка, через которую охранник всегда мог видеть, чем занимаются в последние часы своей жизни смертники. Осмотревшись, я села на ворох соломы и задумалась о печальном конце своей жизни.
— Айлин, — позвал меня Брайан. — Как ты себя чувствуешь?
— Мне страшно, — честно призналась я, глядя на магические наручники на своих руках. — Спасибо, что пытался помочь. Но я не могу понять, почему ты так рисковал?
— Потому что люблю тебя! — просто ответил капитан.
— Но ты же считал меня шпионкой! Врагом! — недоумевала я.
— И это не помешало мне полюбить тебя! — грустно признался он. — Правда, я непростительно поздно это понял и не смог защитить тебя.
Заполнявшее до этого момента меня отчаяние стало понемногу вытесняться теплотой и небольшой толикой счастья. Я сидела в темной камере для смертников на грязной куче соломы и счастливо улыбалась. Вот почему он не мог признаться раньше, когда вокруг нас не творился весь этот ужас? Чем я так прогневила Видящего, если он позволил Брайану сказать мне о любви лишь после оглашения смертного приговора? Но эти мысли быстро выветрились у меня из головы. Он меня любит! Несмотря ни на что! Любит! Верный прав, мы все не идеальны! Я не могла избавиться от страхов, Брайан — от подозрительности!
— Айлин Лонгман, рад вновь тебя лицезреть! — разнесся по коридору тюрьмы до боли знакомый голос моего самого страшного кошмара. — Как низко ты пала!
Глава 146
Улыбка сползла с моего лица, я повернула голову и увидела стоявших около решетки моей камеры мачеху и ее мерзкого братца Уинслоу. Они ехидно улыбались, любуясь моим жалким внешним видом. Мы несколько минут не отрывали друг от друга взглядов. Надо же, я думала, что ситуация в которой я сейчас находилась не могла быть хуже. Но судьбе удалось меня удивить. Появление нежданных родственников вогнало меня в отчаяние. Но, вспомнив принятое чуть более суток назад решение, я упрямо выпрямилась и, поднявшись с соломы, обратилась к своим гостям:
— Добрый день, меня зовут Айлин Мекер, я студентка Северной Академии. Мы разве знакомы?
Мой вопрос удивил Циару, а вот «дядюшка», никогда не отличавшейся выдержкой и терпением, впал в ярость.
— Ах ты, мерзавка! Как ты смеешь лгать нам в лицо?! Мы ищем тебя уже полтора года по всей империи! Столько денег попусту извели, подкупая всех и каждого, чтобы тебя найти! Служанки в женской обители донесли, что ты покинула свое убежище и отправилась поступать в одну из магических академий. Мы побывали в каждой академии страны! И везде нас ждал провал! Я уже потерял всякую надежду вернуть твое наследство, но сегодня нам улыбнулась удача: среди подружек невесты принца Глендауэра я узнал тебя, глупая девчонка! — на краткий миг злобная гримаса Уинслоу озарилась довольной улыбкой
Значит, тогда на площади мне не показалось, и в толпе я, действительно, увидела своего мерзкого родственника.
— Если ты не перестанешь угрожать Айлин, я вырву твой грязный язык! — жутко спокойным голосом предупредил капитан, при этом настойчиво пытаясь выломать решетку.
- Заткнись, щенок! Что ты сможешь мне сделать? Завтра ты лишишься головы! — торжествовал «дядюшка».
— Брайан, не волнуйся! Эти странные люди совершенно не беспокоят меня! Нас разделяют вполне надежные решетки, — пребывая в шоке, пошутила я.
— Неуступчивая дрянь, сейчас же признавайся, что ты и есть пропавшая падчерица моей сестры — Айлин Лонгман! Если ты это сделаешь, император обещал помиловать тебя, и ты сможешь вернуться в наше поместье, — пройдясь по моей фигуре сальным взглядом, вещал Уинслоу. — Повелитель уже знает, что дочь графа Лонгмана после смерти отца от горя потеряла разум. Император милостив и не будет казнить умалишённую. Твой ректор любезно согласился занять твое место на плахе. И это правильно, он такой древний, что завтрашняя казнь ненамного сократит его жизненный путь. А я, в свою очередь, тоже буду к тебе добр и сдержу данное мною полтора года назад слово: так и быть, возьму тебя в жены! — противно похрюкивая, разразился в жутком хохоте Уинслоу, Циара же сохраняла молчание, не мешая брату глумиться надо мной, но по ее довольному виду было понятно, что ситуация ее вполне устраивала. — Но теперь я буду предусмотрительнее, ты до конца своей жизни будешь ходить в этих браслетах!
— С чего ты взял, что девушка захочет выйти за тебя замуж? — еле сдерживаясь от злости, спросил Брайан.
— Умалишённые не могут отвечать за свои поступки, но я совершу акт милосердия и возьму всю ответственность за наследницу рода Лонгман на себя, конечно, вместе со всем ее состоянием! — злорадствовал «дядюшка».
— С вашей стороны, виконт, это будет благородный поступок, ведь тем самым Вы спасете девушку от гильотины! — вкрадчиво произнес император, приближаясь к моей камере. — И что ты, дитя мое, ответишь на щедрое предложение господина Уинслоу?
Выбор был невелик, и холодные глаза повелителя, лишь подтверждали безвыходность моего положения: или невыносимое замужество, или смерть. Мне вновь вспомнились липкие руки на моих бедрах, удушающий запах немытого тела, удар по лицу, а, главное, свою абсолютную беспомощность перед этим мерзавцем. Представив, что унижение, отсутствие возможности защититься будут длиться всю мою жизнь, я решилась.
