Верхне-Спасское, ведя разведку в сторону противника и имея бдительное наблюдение за протокой Амурской.
3. Движение вперед по особой директиве.
Комкор 3 генерал-майор Молчанов. Наштакор Генштаба полковник Ловцевич».
Поздно вечером 21 декабря части 5-й колонны с большим удовлетворением приняли весть о дневке в Волочаевке: «Слава богу, хоть отдохнем маленько».
Что сделала 5-я колонна за 24 декабря? Переход в 32 версты, понесла потери и вымотала своих чинов. Трофеев за этот день не было взято никаких, красные части не были даже напуганы, но под прикрытием своего бронепоезда преспокойно отошли на Ин. 3-я колонна проделала около 25 верст, не встретив ни одного красного.
Желая дать своим бойцам необходимый отдых, белое командование отложило выступление частей из Покровки до утра 24-го, но проку из этого не получилось, и белые части, совершая дневной, а не ночной переход, утомились вдвое и, кроме того, понесли потери. Надо полагать, что в случае движения белых частей на Волочаевку днем 23-го или в ночь на 24-е белые бойцы в конечном итоге устали бы меньше, нежели то вышло на деле, и тогда не пришлось бы слышать из многих уст фраз о высылке вперед 2-го корпуса. Таким образом, обратив внимание на состояние физических сил войск и озаботившись сохранением их, белое командование пожертвовало для этого приподнятостью духа своих бойцов после успехов под Владимировкой и Покровкой. В то же время красным частям было дано время (более 24 часов) оправиться как физически, так и морально. Кроме того, красные за сутки сумели совершенно разгрузить ст. Волочаевка и выдвинуть на фронт свой бронепоезд. Последний в этот день блестяще выполнил возложенное на него задание, задержав белых на два часа, дав тем самым достаточное количество времени для спокойного выхода своей пехоты с мест ночлегов. Борьба с бронепоездом днем всегда труднее, а на участке от станции Волочаевки на запад открытый характер местности еще более усложнял борьбу с бронепоездом. Недочеты в движении белой колонны, как то: наличие почти в первых рядах повозок; остановка у такого ориентировочного пункта, как будка, повели к большим и неоправдываемым потерям. Ошибка белых заключалась еще в том, что все части 5-й колонны шли одной дорогой в затылок друг другу. Дорога, по которой двигались белые, на протяжении двадцати верст идет вдоль самого полотна железной дороги в нескольких саженях к северу от него: правда, на 10-верстке, выданной белым частям, эта дорога была неправильно нанесена верстах в двух к северу от полотна, но, во всяком случае, белое командование должно было выяснить в Покровке правильное местоположение дороги. Если ночью желательно движение крупных сил одной колонной, то днем, в виду полотна железной дороги, предпочтительнее движение несколькими паралельными колоннами, двигающимися одна в виду другой. Белому командованию следовало бы также выяснить, имеются ли к северу от железной полевые дороги, по которым можно было бы двинуть если не артиллерию, то, во всяком случае, часть пехоты и конницы, дабы эта боковая колонна, не будучи даже обходной, вися на фланге красных, невольно понуждала их бронепоезд к большей осмотрительности.
Только на второй и на третий день после катастрофы под Владимировкой – Покровкой красные стали помаленьку приходить в себя. 26 декабря комвойсками фронта тов. Серышев, очухавшись от пережитого, издал приказ войскам Восточного фронта № 15 на ст. Бира. Вот его полный текст:
«1. Паническое бегство частей Востфронта после отхода от Хабаровска приписываю всецело командирам и комиссарам этих частей, не сумевшим организовать оборону вверенных им райончастей, не сумевших железной волей, примером личной выносливости, храбрости и беспощадного наказания остановить бегущие, как стадо баранов, войска от появления отрядов белогвардейцев. Бежали целые части во главе с начальниками боевых участков: в данный момент, благодаря бегству, войска потеряли большую часть ценного военного имущества: в животном страхе бойцы бросали оружие, пулеметы, орудия, снаряжение, патроны и т. д. Все, что накопилось в армии путем побед над врагами Советской власти в течение долгих лет, в один момент потеряно без одного выстрела в сторону противника. Считая подобное явление на войне преступлением из преступлений, руководствуясь совестью коммуниста и той ответственностью, которая ложится на мою голову за все случившееся, приказываю:
2. Начальника левого боевого участка К…, его начальника штаба X… и военкома Д… предаю военно-полевому суду.
3. Командира 6-го полка Н… – Г… и военкома этого же полка Ш…, не принявших мер охранения, предаю военно-полевому суду.
4. Командира 8-й батареи П… и военкома этой батареи, оставивших противнику два орудия, предаю военно-полевому суду.
5. Из частей 4-го, 5-го, 6-го полков взять десятого и предать военно-полевому суду.
6. За бегство со ст. Дормидонтовка командира батальона 1-го полка Ф… и военкома К… предаю военно-полевому суду Востфронта.
7. Суд должен руководствоваться в отношении приговоров следующим:
а) части войск, возглавляемые вышеперечисленными командирами и военкомами, бежали, не сделав по противнику ни одного выстрела; в результате огромное количество груза и военного имущества было уничтожено или досталось в руки противнику;
б) бегство поставило фронт в страшно затруднительное положение и лишило командование возможности в ближайшие дни начать против противника активные действия;
в) предупреждаю всех, что впредь виновников малейшей паники буду расстреливать на месте.
Комвойск Востфронта Серышев».
За свои сепаратные действия сам тов. Бороздин был предан командующим войсками фронта тов. Серышевым суду, но главком тов. Блюхер не только освободил тов. Бороздина от суда, но назначил последнего командиром вновь созданной Надеждинско-Побережной группы. Приказ № 15 впоследствии в жизнь полностью проведен не был, и суду была предана лишь часть комсостава.
Вышеприведенный приказ полностью характеризует создавшееся у красных положение и тем самым указывает на те возможности, которые представлялись белым и которые не были использованы.
25 декабря в г. Хабаровске генерал Молчанов отдал приказ по 3-му корпусу и приданным частям № 0296/оп:
«Операция по очищению от красных банд Приморской области блестяще закончилась.
Захвачены очень большие трофеи, которые еще трудно учесть. Нет возможности описать подвиги частей, так они велики и разнообразны. Все части твердо и неуклонно исполняют долг русского воина-патриота.
Ваши имена благодарная Родина вспомнит. От лица Родины сердечно благодарю вас, дорогие мои соратники.
Вас, мои ближайшие помощники и руководители масс: генералы Сахаров, Блохин, полковники Ефимов, Аргунов, Сотников, Александров, особенно благодарю за заботливость о подчиненных и всегдашнюю готовность жертвовать собой для достижения успеха.
Вас, герои – полковник Белянушкин, полковник Турков, подполковник Березин, полковник Зуев, полковник фон Вах, полковник Черкес, подполковник Дробинин, полковник Мохов, полковник Бахтерев, полковник Бампер, подполковник Зултан, полковник Романовский, полковник Карлов, благодарю за лихость управления частями.
Сердечно благодарю и преклоняюсь перед вами, незаменимые герои, господа офицеры, стрелки, всадники, казаки и
