артиллеристы доблестных частей.
Лучшей наградой вам может служить сознание своих заслуг перед Родиной. Слава вам, герои нового Ледяного похода, и вечная намять павшим.
Командир 3-го стрелкового корпуса
генерал-майор Молчанов
Нач. штаба
Генерального штаба полковник Ловцевич».
Этот приказ, как показало дальнейшее, оказался роковым.
XXIV
Некоторые подсчеты
При оценке действий белых войск в ноябре и декабре 1921 г. следует прежде всего подчеркнуть неподготовленность к борьбе обеих сторон. Хотя осенью 1921 г. ДВР и вела наступление на белых в Южном Приморье (работа партотрядов), но само оно не приготовлялось к отражению удара белых, ибо, видимо, считало переход в контрнаступление своего противника невозможным. Если ДВР не приготовилась для отражения удара белых, то и белые в силу ряда условий не могли подготовить своего наступления. Даже начальный момент операции был определен не белым командованием, которое было лишено этого права, а было указано событиями и «дружеским» разрешением интервентов. Это разрешение белые должны были использовать, ибо вторично подобный случай мог и не представиться. «Первые, неожиданные выстрелы начавшегося наступления взволновали население Южного Приморья и вызвали общие протесты. Глухо роптали обыватели, обеспокоенные, что их мнимый покой будет нарушен страшной мобилизацией; негодующе шумели разношерстные политические круги; протестовали торгово-промышленники, опасавшиеся новых налогов и специальных обложений…» – так описывает настроение тыла белых генерал Ф.А. Пучков. Но если обстановка, при которой начался и протекал поход, была чрезвычайно тяжела для белых как с материальной, так и моральной сторон, то с другой стороны, те 6000 чистых штыков и сабель, что составляли боевую часть белых войск, являлись великолепным боевым элементом, способным довольствоваться голодным пайком и совершать походы при самом жалком состоянии обмундирования, чего, вне всякого сомнения, не дала бы никакая мобилизованная армия.
Начало похода можно считать с 18 ноября – дня перехода белых в общее наступление. До этого дня в военных действиях белых частей в Приханкайле, на Сучане и даже в походе на Ольгу командование Народно-революционной армии могло усматривать одно только противодействие работе партотрядов. Сосредоточение крупных сил белых в районе Ивановки и одновременные удары генерала Смолина и генерала Сахарова в направлении на Анучино должны были подсказать красному командованию о тех мерах, которые оно должно было бы предпринять. Относительно только что указанной выше даты 18 ноября следует оговориться: для многих частей войск Временного Приамурского правителства день этот не был вовсе первым днем похода, ибо очень многие части находились на боевом положении еще задолго до 18 ноября, именно: ижевцы с середины августа несли охрану Сучанских копей, воткинцы занимали Владимиро-Александровское, части Гродековской группы войск, квартируя в поселках района, вели борьбу с хунхузами, часть омцев находилась в Ивановке, наконец, у гарнизонов Спасска, Раздольного, Никольск-Уссурийского и даже Владивостока было немало тревожных дней и ночей. Таким образом, «мирные стоянки» белых частей не совсем были мирными. Для белых это явилось плюсом, ибо, будучи постоянно начеку, белые части нуждались в минимальном сроке для подготовки к выходу в поле – в среднем для этого потребовалось от 12 до 24 часов.
Своей живой силой Народно-революционная армия превосходила Белую армию в два с половиной раза, именно против 15 000 красных белые могли выставить только 6000 (здесь имеются в виду только чистые штыки и сабли; принимая же во внимание командный состав и «полустроевых», которые в критическую минуту могли превратиться в строевых, силу белых можно считать в 8500–9000 человек, силы Народно-революционной армии при учете этих категорий так же возрастают), кроме того, ДВР имела неограниченный резерв – части Красной армии РСФСР. Но в то время как силы белых были сосредоточены на линиях менее 200 верст, части Народно-революционной армии были расквартированы на территории глубиной примерно 3000 верст. В местностях, смежных с территорией Временного Приамурского правительства, красные имели всего до 3000 чинов, в районе Хабаровска – Благовещенска около 3000, и, наконец, в Забайкалье остальные – 9000 человек. Принимая во внимание малую провозоспособность Амурской железной дороги, следует признать, что на первое время численным превосходством белые были обеспечены. Однако речь идет только о превосходстве живой силы. О материальной части говорить не приходится – белые ее не имели совсем. В предстоящей тяжелой борьбе за материальную часть белые неожиданно нашли союзников в лице: 1) недостаточно распорядительных высших органов управления Народно-революционной армии и 2) самих частях Народно-революционной армии, крепко осевших в местах своих стоянок. Ни те ни другие не подготовились к борьбе. В результате: 1) два железнодорожных моста, имевшие большое военное значение, перешли в руки противника в полной целости и сохранности, 2) почти оборудованная Иманская укрепленная позиция была оставлена без боя, 3) частям гарнизона г. Хабаровска потребовалось 96 часов для подготовки к выступлению в поход (Я. Покус), наконец, 4) выдвижение частей на фронт происходило без всякого плана (конница оставалась в тылу, а на фронт выкидывалась пехота без артиллерии), 5) сосредоточение частей шло чрезвычайно медленным темпом, так два пехотных полка были сосредоточены на линии реки Бикин, то есть в 200 верстах от места расквартирования частей только на девятнадцатый день перехода противника в наступление, и т. д.
Переходя в общее наступление против красных, занимающих Анучинский район (до 1000 человек при 4 орудиях), белые предполагали было ввести в дело до 3000 чинов. В действительности в движении на Анучино приняло участие только до 2000 человек, в боевых же действиях – менее половины ходивших. С переходом в наступление на север по Даубихэ и железной дороге, в течение первой недели, белые выставили до 2000 человек (полковник Аргунов и генерал Сахаров) против примерно 1500 человек красных (Приморские батальоны и 6-й пехотный полк). Охрана занятых районов (Сучан и Анучино) белыми была возложена в это время на отряды общей численностью до 500 человек. Этим отрядам предстояло иметь дело с мелкими партотрядами, рассеявшимися в горах. При дальнейшем движении на север вдоль железной дороги в распоряжении генерала Молчанова было сначала 2400, потом (с 9 декабря) 3000 и, наконец (с 17 декабря), 4300 человек при 3 орудиях и 1 макленке. Силы красного фронта за этот же срок с 1000–1500 человек возросли до 4500 человек при 5 орудиях и бронепоездах. 23 декабря с занятием г. Хабаровска генерал Молчанов принужден был оставить в нем Ижевский полк и части 2-й колонны, что вместе с Сибирским казачьим полком, оставленным на Хору, дало до 2060 человек. Таким образом, в первой линии белых войск, выдвигаемых теперь на запад от Хабаровска, осталось всего 2240 человек при 5 орудиях против 3500 человек отступающих частей Восточного
