— Укротитель львов, — сказала она наконец, — разве вам не нравятся девушки в мужской одежде?
Луна уже взошла, и теперь они только ждали, когда отдохнут кони. При лунном свете все еще раскаивающийся, но уже сытый Ричард заметил, что она смотрит на него почти кокетливо.
— Сударыня… — запнулся он, удивленный такой переменой.
— Ну, — перебила она, — отпираться бесполезно. Джоанна рассказала мне все. Но, сэр львиный укротитель, взгляните-ка на меня — разве я уж так некрасива? А?
И она сверкнула глазами.
— Вы несколько малы ростом… — начал Дик.
Она звонко расхохоталась, окончательно смутив его и сбив с толку.
— Я — мала ростом! — вскричала она. — Нет, будьте столь же честны, сколь вы отважны. Я карлица… ну, может быть, чуть-чуть повыше карлицы. Но, признайтесь, несмотря на свой рост, я достаточно красива, чтобы меня полюбить. Разве не так?
— О сударыня, вы чрезвычайно красивы,— сказал многострадальный рыцарь, делая жалкую попытку казаться развязным.
— И всякий мужчина был бы очень рад жениться на мне? — продолжала она свой допрос.
— О сударыня, конечно, рад! — согласился Дик.
— Зовите меня Алисией,— сказала она.
— Алисия! — сказал сэр Ричард.
— Ну хорошо, укротитель львов, — продолжала она. — Так как вы убили моего дядю и оставили меня без поддержки, вы, по чести, должны возместить мне это. Не так ли?
— Конечно, сударыня, — сказал Дик.— Хотя, положа руку на сердце, я считаю себя только отчасти виновным в смерти этого храброго рыцаря.
— Вы хотите увернуться от меня? — вскричала она.
— Нет, сударыня. Я уже говорил вам, что, если вы желаете, я даже готов стать монахом, — сказал Ричард.
— Значит, по чести, вы принадлежите мне? — заключила она.
— По чести, сударыня, я полагаю… — начал молодой человек.
— Продолжайте, — перебила она. — У вас и так слишком много уловок. По чести, разве вы не принадлежите мне до тех пор, покуда не загладите содеянное вами зло?
— По чести, да, — сказал Дик.
— Ну, так слушайте, — продолжала она. — Мне кажется, из вас вышел бы плохой монах. И так как я могу располагать вами, как мне заблагорассудится, я возьму вас себе в мужья… Ни слова! — воскликнула она.— Слова вам не помогут. Справедливость требует, чтобы вы, лишивший меня одного дома, заменили этот дом другим. А что касается Джоанны, то, поверьте мне, она первая одобрит эту перемену. В конце концов, раз мы с ней такие близкие друзья, не все ли равно, на которой из нас вы женитесь? Никакой разницы!
— Сударыня, — сказал Дик, — только прикажите мне, и я пойду в монастырь. Но ни по принуждению, ни из желания угодить даме я не женюсь ни на одной девушке, кроме Джоанны Сэдли. Простите меня за откровенность, но если девушка смела, несчастному мужчине приходится быть еще смелее.
— Дик,— сказала она, — милый мальчик, вы должны подойти и поцеловать меня за эти слова… Нет, не бойтесь, вы поцелуете меня ради Джоанны, а когда мы встретимся, я возвращу ей поцелуй и скажу, что украла его у нее. А что касается вашего долга мне, дорогой простачок, я думаю, не вы один участвовали в этом большом сражении. И даже если Йорк будет на троне, то не вы посадили его на трон. Но у вас хорошее, доброе и честное сердце, Дик. И если бы я была способна позавидовать хоть чему-нибудь из того, что есть у Джоанны, я позавидовала бы только вашей любви к ней.
Глава VI.
Ночь в лесу (окончание). Дик и Джоанна
Тем временем лошади прикончили скудный запас корма и вполне отдохнули. По приказанию Дика костер засыпали снегом. Покуда его люди снова устало взбирались в седла, он сам, несколько поздно вспомнив о предосторожностях, необходимых в лесу, выбрал высокий дуб и быстро взобрался на самую верхнюю ветку. Отсюда ему видна была лесная даль, занесенная снегом и озаренная луной. На юго-западе темнел тот заросший вереском холм, где его и Джоанну когда-то так напугал «прокаженный». На склоне этого холма он заметил пятнышко величиной с булавочную головку, красное и яркое.
Он выругал себя за то, что так поздно влез на дерево. Что, если это яркое пятнышко — костер в лагере сэра Дэниэла? Ведь он уже давно мог заметить его и подойти к нему. Но хуже всего то, что Дик разрешил своим воинам развести костер и тем, вероятно, выдал себя сэру Дэниэлу. Нельзя было больше терять ни минуты. Напрямик до холма было около двух миль; но на пути нужно было пересечь глубокий, обрывистый овраг, недоступный для коней, и Дик подумал, что для скорости благоразумнее оставить коней в лагере и пойти пешком. Десять человек оставили сторожить лошадей; условились о сигнале, который будет дан в случае надобности. И Дик во главе отряда двинулся в путь. Рядом с ним отважно шла Алисия Райзиигэм.
Чтобы облегчить себя, солдаты сняли тяжелые латы и оставили копья. Они бодро шли по замерзшему снегу, под веселым лунным сиянием. Молча, в полном порядке перешли они через овраг, на дне которого ручей рвался сквозь снег и лед. За оврагом, в полумиле от замеченного Диком костра, отряд остановился, чтобы передохнуть перед нападением.
В безмолвии громадного леса малейший звук был слышен издалека. Алисия, у которой был тонкий слух, предостерегающе подняла палец и остановилась, прислушиваясь. Все последовали ее примеру, но, кроме глухого шума ручья да отдаленного лисьего лая, Дик не услышал ничего.
— Я слышала сейчас лязг оружия, — прошептала Алисия.
— Сударыня, — ответил Дик, которому эта молодая леди была страшнее, чем десять храбрых воинов, — я не осмелюсь сказать, что вы ошиблись… однако, быть может, этот звук донесся из нашего лагеря.
— Нет,он донесся с запада, — заявила она.
— Что будет, то будет,— ответил Дик.— Да будет так, как угодно небу. Нечего раздумывать, пойдем поскорее и узнаем, в чем дело. Вперед, друзья, довольно отдыхать!
По мере того как они продвигались вперед, на снегу все чаще попадались следы лошадиных копыт. Было ясно, что они приближаются к большому лагерю. Наконец они увидели красноватый дым за деревьями, озаренный снизу и разбрасывающий блестящие искры.
По приказанию Дика воины развернули свои ряды и бесшумно поползли через чащу, чтобы со всех сторон окружить неприятельский лагерь. Сам Дик, оставив Алисию под прикрытием громадного дуба, крадучись направился прямо к костру.
Наконец в просвете между деревьями он увидел весь лагерь. На холмике, покрытом вереском, с трех сторон окруженном чащей, горел яркий костер; языки пламени взвивались с ревом и треском.
Вокруг костра сидело человек двенадцать, закутанных в плащи; но, хотя снег вокруг был утоптан так, словно здесь стоял целый полк, Дик тщетно искал взором лошадей. Он начал с ужасом подозревать, что его перехитрили. И в ту же минуту он понял, что высокий человек в стальном шлеме, который протягивал руки к огню, был его старый друг и добрый враг — Беннет Хэтч; а в двух других, сидящих за Беннетом, он узнал Джоанну Сэдли и жену сэра Дэниэла, одетых по-мужски.
