* * *
Да как так-то⁈
Я неверяще смотрела на Дмитрия: лицо спокойное, дыхание медленное, глубокое. Нет никаких сомнений — не притворяется, действительно спит.
Вот и поговорили, называется.
Подавив желание скинуть руку мужа с живота, устремила взор на потолок. Губы задрожали от обиды.
«Ты чего куксишься?» — длинноухий тушканчик пробежался по краю кровати, уселся у подушки.
«Чувствую себя полной дурой, — я шмыгнула носом и сердито пояснила: — Полвечера ломала голову, как убедить Рюриковича отпраздновать свадьбу Кони и Вари. Да и вообще к нему куча вопросов! А он пришёл и сразу завалился спать. Вот кто так делает?»
«Тот, кто очень устал? — невинно предположил Або и вдруг рявкнул: — У тебя совесть есть? Некромант работает на износ. Мало того что не отдыхает, так ещё и третий день подряд делится с тобой собственной жизненной силой. Безусловно, он маг. Но и его ресурсы не безграничны. Твой муж — человек. Из плоти и крови. Может, пора уже начать думать не только о себе, но и о нём?»
А ведь Або прав. Тысячу раз прав. Я волшебным образом превращаюсь в махровую эгоистку.
Повернула голову к мужу: в тусклом лунном свете его лицо походило на безжизненную маску. Осторожно погладила по скуле. Дима не шелохнулся.
«Ему сильно плохо?» — спросила, не отводя глаз от супруга.
«Да», — лаконично обронил Або.
Пульс участился, мышцы напряглись. Волевым усилием погасив тревогу, спросила:
«Как ему помочь?»
«Давно бы так, — добродушно подколол зверёк. — Помнишь сколько силы вливала в бусины?»
«Разумеется».
«Твой голод ушёл?»
Я прислушалась к ощущениям, уверенно ответила:
«Однозначно».
«Отлично. Прямотоком передавать энергию некроманту тебе сейчас не следует: контролировать отток не умеешь. Будешь работать с ним по аналогии с жемчужинами. Вливаешь энергию прикосновением к его шее. Двадцать доз. Не больше. Не волнуйся, я проконтролирую. Как закончишь, уйду».
«Угу», — машинально ответила, концентрируясь.
Зачерпнув капельку силы, собрала её на кончике пальца, аккуратно поднесла к шее спящего мужчины.
Проследив за тем, как серебристая капелька втянулась в кожу, Або похвалил:
«Объём и плотность в норме. Так и продолжай».
Ни на секунду не расслабляясь, я скрупулёзно вливала энергию в Диму. После девятнадцатой «дозы», тот пошевелился, глубоко вздохнул и даже чему-то во сне улыбнулся.
Уф-ф-ф. Прямо на душе полегчало.
Запоздало вспомнив о намерении ушастого уйти, я спросила:
«Куда ты собрался?»
Дождавшись, когда закончу делиться энергией, зверек небрежно ответил:
«К женщине».
«Ты и к женщине?» — я застыла от изумления.
«Вообще-то, и высшие сущности размножаются», — многозначительно заметил Або.
Переваривая услышанное, я оторопело таращилась на тушканчика.
«Ты сейчас такая забавная, — Або впервые хихикнул. — К Ткачук я иду. Сама же попросила передать ей знания Варвары. И нечего думать всякие ужасы про межвидовое скрещивание. Это в принципе невозможно».
Вот зараза лопоухая. Когда он стал такой…ехидной?
Крякнув от досады, я буркнула на грани слышимости:
— Удачи тебе.
«Взаимно. Вернусь утром. Если понадоблюсь, зови. Некроманта не буди, сам проснётся. Пожалуйста, не отталкивай его», — внезапно попросил зверёк, а через миг исчез.
Нормальное заявление…
Озадаченно посмотрела на Дмитрия. Вдруг, не размыкая век, он подтянул меня к себе. Бережно обняв, что-то невнятно пробормотал и вновь засопел.
Спать не хотелось. Но и встать, не потревожив супруга, не выйдет. Смирившись с неизбежностью, закрыла глаза. Мысли порхали с одного на другое. И как-то незаметно для самой себя, провалилась в глубокий сон.
— Ты моё маленькое чудо. Доченька, я тебя очень жду, — откуда-то, словно из далека послышался умопомрачительно ласковый голос Дмитрия.
Присниться же…
Счастливо улыбаясь, я открыла глаза. В спальне серело. Вполне себе бодрый Дмитрий уже сидел в постели. Приглядевшись, с изумлением обнаружила, что он рассматривает мой голый, ещё больше выросший живот.
Что за фигня⁈
Жар стыда опалил лицо. И в этот же миг в голове промчались слова Або: «Пожалуйста, не отталкивай его». Задушив на корню возмущение, я в прямом смысле заставила лежать себя смирно.
Отец моего ребёнка внезапно подался вперёд, поцеловал в пупок. Что-то прошептал, но я не расслышала. Аккуратно вернув ночную сорочку на место, Дима с безграничной осторожностью погладил «пузожителя».
Улёгшись набок, пристально посмотрел мне в глаза и тихо сказал:
— Спасибо.
В этом единственном слове было столько эмоций, что дух перехватило. Все слова куда-то разом пропали. Растерявшись, я смущённо порозовела. И сказала первое, что пришло на ум:
— Або не видит пол ребёнка.
Дима убрал непослушный локон мне за ухо, чмокнул в нос. Уложив к себе на плечо, будничным тоном сообщил:
— В этом нет необходимости. У серебряных ведьм рождаются только девочки.
— Подожди. Выходит, мальчика я никогда не рожу. Но ты же император. Тебе нужен сын, наследник, — приподнявшись на локте, непонимающе смотрела на венценосного супруга. — Или ты хочешь… — намеренно недоговорив, я напряжённо ждала ответа.
— Ты моя супруга. Внебрачных детей у меня нет, не было и не будет, — довольно холодно ответил Дмитрий.
Я в замешательстве смотрела на окаменевший профиль мужа. И тут до меня дошло. Желая проверить догадку, спросила прямо:
— Обиделся?
Дима поморщился. Одним движением уложив меня, прижал спиной к своей груди.
— Душа моя, нормальные мужчины своим жёнам не изменяют. Никогда и не при каких условиях, — поглаживая живот, сказал он негромко, но с чувством.
Блин-блинский. Не обидела, оскорбила.
Полежав немножко, отцепила руку мужа от «арбуза». Примирительно потёршись щекой о его ладонь, решила увести беседу на иную, нейтральную тему.
— Как дела в империи?
— Воруют, — лаконично ответил Дмитрий. И внезапно с досадой признался: — В казне шаром покати. А как восполнить ума не приложу.
— Я, конечно, не специалист. Но насколько знаю, государственный бюджет формируется из налогов. В моей родной стране, работающие граждане терпеть не могут налог на доходы, но исправно платят. Опять же есть налоги на имущество; на добавленную стоимость, акцизы всякие-разные.
Рюрикович замер, осмысливая. Спустя несколько минут, властно попросил:
— Рассказывай. Все, что помнишь про налоговую систему своей страны.
Кто ж меня за язык-то тянул⁈
Мысленно застонала. Понимая, что обратного хода нет, распахнула закрома памяти. Порыскав по сусекам, деловито сообщила:
— Структура налоговой системы имеет три уровня: федеральный, региональный и местный. Законодательная база также трёхуровневая…
Усевшись в кровати, я выдала всё, что знала про налоги. Даже то рассказала, что слышала краем уха и сама не до конца понимала. Дима выслушал молча, не перебивая. Уточняющий вопрос он задал всего лишь один. Естественно, внятного ответа от меня не получил.
Вот откуда мне знать, как производится расчёт налога с разных доходов физических лиц⁈
Очевидно, догадавшись, что большего от меня ждать бесполезно, Рюрикович с задумчивым видом посмотрел в окно, затем на наручные часы.
— Тебе уже пора? — спросила я встревоженно.
— Время у нас есть. Меня хватятся в восемь. Сейчас половина седьмого, — улыбнувшись, Дмитрий уселся спиной к изголовью, усадил к себе на колени. Невесомо поцеловав, шепнул: — Спасибо, душа моя. Ты мне очень помогла.
Ещё бы понять, чем именно.
Скептически хмыкнув, я устроилась поудобнее. Наглаживая «пузожителя», Дима ровным тоном сообщил:
— Сегодня во второй половине дня на твои земли явится комиссия из десяти человек. Планируют обследовать аномалию. Председатель комиссии — начальник моей тайной канцелярии. Нарышкин Сергей Сергеевич. Сторонний наблюдатель — князь Иволгин Игнат Пантелеймонович. Не волнуйся. Проверка — простая формальность. Твоё присутствие не обязательно. Достаточно управляющего.
