Она уже все продумала и рассчитывает завершить операцию в течение двух-трех дней. Но если уж через три дня от нее не поступит никакой весточки… Женя пристально посмотрела в лицо хозяйке. Она может довериться только ей, потому что она сильная и справедливая женщина. При этих словах глаза хозяйки стали еще колючее. Потом она опустила голову и отвернулась. Молчала долго, но когда заговорила Женя не поверила своим ушам. Да, это она порешила моториста. Этот подонок, когда-то, по наущению тех же бандитов столкнул за борт ее мужа, Кирилла. Непримиримый он был, один встал на дыбы, когда «предприниматели» стали прибирать их колхоз к рукам. Остальные-то поджали хвосты. Справедливый был мужик. Кирилл хорошо плавал и, если бы стояло лето, он доплыл бы, но было холодно, ранняя весна, да и живым ли он еще упал за борт…Она сразу догадалась, кто сыграл тут какую роль, и стала подкладываться под него. Потихоньку все и выудила. Теперь она с легкой душой может посетить могилку мужа. Условную, конечно. В море же никого не ищут… А то, что задумала Женя она не только одобряет но, готова поехать с ней вместе. У нее счет к этому рыжему ублюдку еще не закрыт. Женя даже замахала руками. Нет, в ее сценарии, действующее лицо только одно – она. Другого варианта нет. Иначе все развалится. Этот урод, наверняка, держит уши востро. Они такие. Чем пакостнее, тем трусливее. У нее, есть еще одна просьба, посмотреть за Жучкой. Песик он замечательный и послушный, его только надо покормить, хотя бы два раза в день. Она оставит деньги. Но, главное, для тети Гели это боевое дежурство. Она оставит ей свой мобильник, научит пользоваться. Включить его надо будет только через сутки, как она отъедет. И, не дай бог, никому ни слова, до поры…
Когда утром она явилась на базу, оказалось, что работы у них не больше чем на пару часов. Заложив последние заполненные ящики с рыбой в холодильник, все разбрелись по домам, а Женя отправилась в магазин.
Кира, сделала вид, что не замечает посетительницу, хотя, кроме нее в торговом закоулке никого не было. Остановившись у прилавка, Женя в упор посмотрела на продавщицу и потребовала бутылку водки. Та, вероятно от неожиданности, вытаращилась на нее, но, пошарив под прилавком, выставила требуемый товар.
– И два стакана, – добавила Женя.
Кира видно офонарела окончательно, потому что, потянувшись на полку, грохнула вниз целый блок фужеров. Это ее, правда, нисколько не отвлекло от выполнения задания, и она выставила на прилавок и стаканы. После чего Женя, кивнув в сторону двери, предложила ее закрыть. Кира, словно зомби, послушно накинула крючок. Женя распечатала бутылку, налила по полному стакану, взяла один из них в руку и, кивнув на второй, скомандовала:
– Пей!
Кира взяла стакан в руку но, видимо, приходя в себя от гипноза, спросила, что за шлея попала ей под хвост.
Женя, прежде чем поднести стакан ко рту, пояснила:
– Ты была права. Я ухожу. Ничего не светит. Ни денег, ни секса, ни детей… Полный провал. Этот придурок, вместо того, чтобы столковаться с нужными людьми и делать деньги борется за справедливость. И чего добьется? Грохнут где-нибудь и концы в воду. Останусь у разбитого коры та. Без мужа, и без денег…Жалею, что не послушала тебя. Предложение то, конечно, было клевое, но, что теперь…
Окончательно убедила Женя тетю Киру в своей речи, когда в один заход опустошила стакан.
– Слушай! – засияла она. – Вот чувствовала я, что не та ты, за которую себя выдаешь… Молодец! Жить надо пока живется и есть возможность. Знаешь же, как вознеслась в рай одна…, анекдот есть такой.
– Тост, – поправила Женя, окончательно покорив Киру своей эрудицией.
– Точно! И пусть, говорит, на этом голом дереве вырастет столько сучков, сколько я изменяла своему мужу. И по нему легко взобралась в рай…
– Конечно, – согласилась Женя. – Мне до рая не добраться, но беспросвет этот надоел. Я не стала заходить в правление, но заявление об увольнении написала. Оставлю тебе. Передашь?
Кира округлила глаза.
– Зачем?!
– Не могу больше видеть… никого и ничего. Василию все сказала, да он уже давно все понял. Что я, молодая, красивая баба буду здесь скисать? Ждать старости? Да и были бы хоть какие перспективы…
Кира, как соавтор текста, энергично кивнула в знак согласия.
– Поеду в Архангельск, зависну немного там, а уж потом домой, в Питер.
– Слушай! – подскочила Кира. – Так ты нашего-то хоть ублажи. Уж извел он меня, все требует тебя в постель. Он тебе отвалит с гарантией. Хватит до Малявских, или как там их… островов, не то, что до Питера. Я дам тебе телефончик.
Женя решительным жестом ее остановила.
– Я звонить не буду. Захочет, найдет сам. Думаю и без него в Архангельске есть с кем оторваться. Поживу в отеле, денек-другой, что рядом с вокзалом. Там и билет закажу домой, до Питера.
– Да ты что! – испугалась продавщица. – Да этот самый крутой! Ну, давай я сама позвоню. Только ты его-то не упусти. И тебе навар и от меня хоть отцепится…
Женя с безразличием пожала плечами. Уже в дверях, когда она откинула металлический крючок, ее остановила вопросом Кира.
– А что, правда, что вы еще и деньги нашли на пожарище?
– Правда, – ответила Женя. – Вот их только на бутылку и хватило.
Улыбка опьяневшей Киры стала еще радостнее.
В Архангельск Женя отправилась все на том же рефрижераторе, которым вывозили расфасованную рыбу. Водитель был другой, незнакомый ей, пожилой и какой-то угрюмый, но пассажирку взял. На ее вопрос, куда подевался Алеша, пожал плечами и проворчал, что не знает и ему это вообще не интересно. На этом беседа завершилась. Выпустил он ее на окраине города, и до центра она уже добралась на автобусе, который шел до железнодорожного вокзала. По ее расчету именно сюда, в первую очередь, примчится Барсик. Такая публика слишком самолюбива, чтобы отказаться взять реванш.
Номер в соседней гостинице Женя забронировала на сутки, рассчитывая, что уже к вечеру будет приглашена во дворец.? То, что мероприятие крайне опасное, она понимала изначально, только отступать вроде было уже некуда.
А почему некуда? Встать, взять у подъезда такси и вернуться в поселок. Словно ничего и не случилось. А что скажет тете Геле? А что она скажет самой себе? Что струсила? Как она сможет забыть тот эпизод? Ей до сих пор мерещатся те сапоги… Катерпиллер! Нет, она не позволит тем мерзавцам жиреть за ее счет. На деньги, которые ее мать пожертвовала ради ее благополучия. Нет, она не струсит, она сделает все, что задумала. И с минимальными потерями. Хорошо, тетя Геля вспомнила Юдифь, тот же сценарий повторит и она.
