— «О чём он?» — только и успел подумать эльфар, как человек обратился к нему.
— Где мы можем поговорить, не маяча посреди этого двора? — только и спросил он.
До Лениса стало постепенно доходить, что тот вопрос был никак не связан с желанием человека его оскорбить. Ему и правда для каких-то своих целей потребовалось знать, насколько сильным магом был раньше эльфар. А потому он медленно кивнул и указал рукой в сторону своего офиса.
— Тогда нам лучше пройти туда.
— Хорошо, — кивнул в ответ этот странный парень и, уже обращаясь к своему проводнику, сказал, — присмотри тут, никто не должен туда входить, пока мы с ним не закончим.
— Понял, мастер.
Ленис же с удивлением посмотрел на молодого каменного тролля, обращение которого к этому человеку, после егo последних слов, мгновенно изменилось. И стал он очень серьёзным и исполнительным. Словно обращался не к своему временному работодателю, а к… Кому? Этого эльфар так и не понял.
Планета Ареана. Империя Ларгот. Столица Парн. Чёрный рынок. Зверинец. Некоторое время спустя
Мы входим внутрь. Настороженный эльфар идёт следом за мною. Он ещё не до конца понимает, в чём дело, но уже не думает, что тот мой вопрос был задан ему специально, чтобы спровоцировать дуэль между нами. Я, если честно, не знал об этом, пока не задумался о сути вопроса.
Но тут вполне обычная логика, для магов это должна быть очень больная тема, когда они из магически одарённых, практически тех, кто и является истинными повелителями этого мира, превращаются в обычных людей.
К тому же, и это я попенял уже себе, нужно мне завести привычку, прежде чем говорить и что-то делать, проверять, не несёт ли, казалось бы, простое действие или вопрос какой-то тайной подоплёки и не слишком приятных последствий. Например, таких как ответный вызов на дуэль.
Перед тем, как закрыть двери, проверил, не вызвал ли наш уход лишнего интереса со стороны. Поняв, что никто не обратил на нас внимания, я запер двери.
— Так нужно, — на вопросительный взгляд Лениса, а так и звали владельца зверинца, сказал я.
Мне нужно было с ним серьёзно поговорить. Я этих изменений раньше не замечал, но с подключением медицинского диагноста, который начал более активно работать в последнее время, смог рассмотреть некий дисбаланс в прохождении ментальных каналов сначала у дроу, и теперь точно такие же нарушения были зарегистрированы и в ментальном поле стоящего напротив меня эльфара. И это не могло быть простым совпадением.
Единственным, что объединяло, Тираю, её мать и этого эльфара, было то, что они все оказались лишены своих магических способностей. Точная причина, сам обряд или процесс лишения магических способностей мне не известен.
— «Ага», — быстро подкинула мне необходимые данные нейросеть, вытащенные из нескольких баз знаний, сформированных на основании полученных пакетов сырой информации, — «это либо ритуал лишения силы, либо ритуал принесения в жертву источнику силы, либо долгое время, когда магически одарённая личность вынуждена носить ошейник или браслеты подавления силы».
И в последнем случае так часто поступали с заключёнными. Что подходит нашему магу. Главным же во всём этом было то, что частично способности по управлению ментальными энергиями у них оставались. Я так понимаю, не все, или значительно ослабленные, но они были. И работать с магией они не могли по одной простой причине. Была практически полностью нарушена нормальная передача ментальной энергии по каналам её протекания в ментальных полях этих людей. По сути, в связи с этим они не могли управлять ментальной энергией, которая, тем не менее, в остаточном виде присутствовала и в их ментальном поле. И чем сильнее или искуснее был ранее маг, тем больше способностей в нём оставалось.
Это всё я к чему? У меня была возможность наладить или, скорее, восстановить и нормализовать работу тех каналов ментальной энергии, которые всё ещё оставались в их ментальном поле. Что позволило бы любым магически одарённым людям, кто был лишён своих магических способностей в местном понимании этого слова, частично восстановить свои возможности по управлению ей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На информаторе этого особо заметно не было, но вот на гноме, это было заметно в полной мере, который раньше и магом-то полноценным не был, но после принятия моей ментально-метрической метки стал, хоть и слабым, нополноценным магом. Структура его каналов приобрела стабильность, они слегка расширилась, и, главное, что важно для нас, произошла нормализация токов ментальной энергии.
Это как раз и был тот самый нюанс, который и нужен всем тем, кого теоретически лишили их магических способностей. Хотя на самом деле они были просто заперты и дестабилизированы. И как раз восстановление работы каналов и нормализация токов ментальной энергии в них вернёт всем этим людям их потерянные способности, хоть и частично.
А потому я гляжу на мага и вновь спрашиваю:
— Ты был сильным магом?
Для меня важен ответ на этот вопрос. У гнома и информатора не было выбора, хотят они вступать в мой так называемый клан или нет. Но вот эльфар. Это другое дело. Он должен сделать добровольный выбор. Ведь для меня маг, пусть и с частично восстановленными магическими способностями, это всё равно достаточно большая магическая боевая единица тут, на Чёрном рынке. Свой человек, вернее эльфар, свои дополнительные глаза и уши тут. Именно поэтому я должен знать, на что он готов пойти ради того, чтобы вновь стать магом.
— Да, — только, и сказал он, — я бывший боевой друид. Магистр магии жизни. Когда-то в своей прошлой жизни я закончил Великую Школу Жизни Княжества эльфар, — и, поясняя для меня, — это высшее учебное магическое заведение в Княжестве.
— Понятно, — медленно протянул я и задал тот самый важный вопрос, — ты хочешь восстановить свои магические способности?
Этот Ленис долго вглядывался мне в глаза.
— Мне прекрасно известно, что это невозможно, я всё-таки маг жизни, хоть и бывший, особенно с тем количеством лет, что мне пришлось таскать проклятый ошейник.
И он слегка загнул свой воротник, где ясно просматривался шрам, который шёл вокруг его шеи.
— Но я понимаю, — тихо продолжил он, — что ты не стал бы задавать этот вопрос просто так.
После чего он медленно опустил свой взгляд вниз.
— Да, — практически неслышно, ответил он, — я хотел бы снова стать магом. Так ответит любой, кто оказался в моей ситуации. А потому я готов отдать многое за это. Но далеко не всё. Есть то, на что я никогда не пойду.
И он, подняв свои глаза на меня, уже гораздо твёрже спросил:
— И потому я должен знать, что мне нужно будет сделать за это?
Не знаю, может для него это окажется не такой уж и большой платой. Но тем не менее.
— Вступить в клан, — только и ответил я.
Ленис сидел несколько секунд молча, закрыв глаза.
- Это тo, что может погубить наш клан или сделать его великим, — только и произнёс он.
Другого ответа мне не требовалось. Он и так уже сказал всё, что хотел. Потому я молча кивнул головой и залез в рюкзак.
— «Чёрт, надо запастись заготовками под артефакты, их практически не осталось», — хорошо, что я в своё время не использовал все.
— Бери, — достал я подготовленный артефакт, — надень на шею и потом активируй.
Немного помолчав, я добавил.
— Учти, будет очень больно.
Тут эльфар горько улыбнулся, а потом ответил.
— Ты видимо никогда не был тем, кого принесли в жертву дереву жизни.
Н только тут до меня дошло, насколько сильным магом был когда-то Ленис, если его не смог убить целый источник силы, что высасывал полностью всю магическую энергию из любого существа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— «И после этого он ещё таскал подавитель магии», — и я поражённо посмотрел на стоящего напротив меня мага.
— Понял, — только и кивнул я, — после чего передал ему амулет.
Эльфар медленно надел его на шею, и, будто прыгая со скалы, закрыл глаза, а потом активировал его. Не знаю, что он там говорил про жертвы источнику жизни, но корёжило его не слабо так. Да и орал он знатно уже практически с первых мгновений. И ему явно было гораздо хуже, чем тем же информатору и скупщику, когда они проходили этот же ритуал.
