Хорошо, xoть я догадался наложить на комнату купол защиты от подслушивания, а то думаю, все местные животные давно бы разбежались от тех диких криков, стонов и рыка, что издавало корёжащееся на полу тело эльфара. Думаю, он даже не заметил, ни как я наложил это плетение, ни как я потом его снял, чтобы не светиться перед ним.
— «Мда», — в конце концов, протянул я.
Экзекуция Лениса продлилась практически десять минут, что тоже достаточно долго. Ну что я могу сказать. Метку в нем я видел, работа каналов была приведена в норму. Даже появилось несколько новых каналов, или, что более вероятно, это как раз и были те каналы, что удалось восстановить из тех остатков, которые смог найти модуль, преобразующий ментальное поле эльфара.
И вот, наконец, Ленис открывает глаза.
— Я ошибся, — еле просипел его охрипший изорванный голос, — тогда, оказывается, мне было ещё и не больно. Про боль я узнал сейчас.
После чего он, видимо, даже забыв о том, что не может пользоваться магией, или специально, чтобы проверить, а получилось ли у нас что-то, воспроизводит знакомое плетение магического зрения. Правда, при этом он сильно морщится и хватается за голову, но уже в следующее мгновение с неимоверным изумлением произносит.
— Получилось.
— Да, — говорю я, — только ты это, учти. Вроде как ты сможешь восстановить не все свои способности. Будешь не так силён как ранее. По крайней мере, мне так объяснили.
— Да? — и эльфар снова воспроизводит то же плетение, а потом несколько обескураженно отвечает, — не знаю, что тебе говорили, на сейчас я даже сильнее, чем в тот момент, когда меня кинули на растерзание источнику силы.
И Ленис ещё раз воспроизвёл плетение.
Хотя вот мой диагност утверждал, что до своего физического максимума этот эльфар не дотягивает ещё, как минимум, процентов тридцать пять, и этот порог для него теперь станет недостижим никогда из-за тех нарушений, что безвозвратно произошли с его ментальным полем и структурой. И только тут я сообразил, что же проделал мой медицинский помощник.
— «Так диагност оперирует оптимальной и максимальной величинами. Для людей с подобными нарушениями ментального поля и его структуры он может указать только их текущее состояние и вычислить максимально возможный уровень развития. Его-то он и принимает за тот параметр их предыдущего уровня развития, который им был доступен ранее. Но, реально, вряд ли кто-то из магов достигал своего магического предела. И это мы прекрасно увидели на примере эльфара».
Ещё немного посидев, я сказал.
— Теперь клятва принятия в клан. Прости, это только формальность, но ты должен её выполнить.
Эльфар лишь согласно кивнул.
— Я это понимаю, — только и сказал он.
И встав на одно колено, стал молча смотреть на меня.
— «Видимо это какая-то общая процедура или ритуал, если он настолько похож», — подумал я.
А сам, тем временем, ему сказал.
— От тебя просто требуется произнести: «Верность и преданность». И всё. Большего наш клан от тебя не ждёт.
Эльфар очень уж странным взглядом посмотрел на меня в ответ. Но всё же повторил за мной.
— Верность и преданность.
Я подошёл и, положив руку ему на плечо, спокойно сказал.
— Добро пожаловать в клан.
На что Ленис удивлённо вскинул на меня глаза.
— Клановая метка. Я почувствовал отклик. Меня и правда приняли в клан.
Что-то я не понял. Вроде как именно метка указывает на принадлежность к клану. Ага, как же, ведь буквально следующие слова эльфара многое разъяснили мне.
— Клятву может принять лишь глава клана, — только и сказал он, — или его прямой потомок и наследник. Только после этого клан принимает нового члена.
И эльфар очень уж пристально вгляделся в моё лицо. А потом произнёс:
— Я не подведу наш клан, глава.
И почему он решил, что я не могу быть тем самым прямым потомком или наследником, сказать не могу.
— Я знаю, — только и ответил я.
После чего развернулся.
— Мне пора. Я ещё зайду попозже. У меня будет к тебе кое-какое задание, — и, посмотрев ему в глаза, сказал, — мне нужны такие люди как ты. Ты понимаешь, о ком я говорю?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я понимаю, — спокойно кивнул мне Ленис в ответ, — в наш клан могут вступить изгнанники.
Я это подтвердил, но добавил и ещё кое-что.
— Только это должны быть те, кому мы сможем доверять и те, кто будет полезен нашему клану.
— Да, — подтвердил маг, а теперь он им и был, — я понял, почему ты выбрал меня. Тебе нужен был тот, кто покажет на своём примере истинные возможности нашего клана.
— «Ну, настолько дальновидным я не был, но почему бы и не согласиться», — мысленно прокомментировал я эти его слова. А потому ответил.
— Да.
Эльфар же, немного подумав, неожиданно предложил:
— Уже тут, на рынке есть те, кого это может привлечь.
— Дроу, — не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, о ком он говорит.
Тем более и Тирая говорила мне о том, что они и сами — изгнанники из клана.
— Да, — подтвердил он, — если нужно, я могу поговорить с ними, мы прекрасно знаем друг друга. Они находятся в таком же положении что и я.
— Нет, — отрицательно покачал я головой, — во-первых я уже говорил с ними. И, во-вторых, их положение несколько другое. Мастериц-дроу сдерживает не только невозможность работы с магией, но и то плетение привязки, что наложено на них. И пока мои маги не разберутся с этим, мы не сможем им ничего предложить.
— Если бы кто-то другой сказал мне об этом ещё вчера, — произнёс Ленис, — я бы рассмеялся ему в лицо. Ведь сейчас речь идет о необратимом заклятии. Но…
И эльфар посмотрел на свои руки.
— Я верю в тебя и в наш клан.
После чего он, немного помолчав, добавил.
— Такие оружейники как они, это гораздо большая сила и ценность, чем обычный маг, похожий на меня.
— Да, — согласился я с ним, — и именно поэтому к ним мы пойдём, когда я буду точно знать, что готов им предложить.
И, немного помолчав, я понял, что пора собираться.
— В общем, счастливо. И скоро увидимся. Где-то месяца на два я пропаду. У меня дела во внешнем мире.
Идея своего автономного боевого разнонаправленного клана стала чётко прорисовываться в моей голове. И лучшим его образчиком в данном случае был Ленис, даже гораздо лучшим, чем я сам. А потому.
— Ты же пока приглядывайся тут. Нам нужны люди, а из тебя выйдет неплохой вербовщик, — сказал я ему.
Эльфар медленно кивнул, соглашаясь.
Я же усмехнулся.
— Как узнать наших людей, я думаю, ты понимаешь? Возможно, от моего имени к тебе обратится кто-то из них. Постарайся, если сможешь, помочь им или прикрыть. У каждого из вас свои задачи. Но иногда они будут пересекаться. И ещё.
И я показал в сторону окна, где как раз мелькнула голова Труша.
— Он тоже наш, но в клан ему ещё рано.
— Я понял, — только и ответил он.
На этом я остановился и кивнул, и мы распрощались с владельцем зверинца на Чёрном рынке. Магом жизни, который сумел восстановить свои способности. Но главное, у меня за спиной сейчас стоял тот, кто и привлечёт к нам в клан основную силу этого мира. Мой вербовщик магов, изгнанных из других кланов.
И следующая наша цель — это дроу. Но не просто потому, что такие мастера-оружейники необходимы мне и нашему новому клану. А потому, что Тирая была дроу. И я хотел освободить девушку от её проклятия-привязки.
Вернее, я хотел добиться другого. Вся сила этого заклинания должна принадлежать мне, когда девушка находится рядом со мной. И только ради этого я буду готов помочь всем изгнанницам-дроу.
Планета Ареана. Империя Ларгот. Столица Парн. Чёрный рынок. Некоторое время спустя
— Ну что, — обратился я к Трушу, — тут мы с делами на сегодня закончили и вернёмся к ним уже не скоро. По крайней мере, ты. Так что давай, веди к себе в гости. Да будем собираться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И я кивнул в направлении выхода с номером тринадцать, написанным на стене рядом. Как раз тем самым выходом, через который мне и нужно будет покинуть чёрный рынок.
