Побывав в морской крепости, Иван Федорович вернулся в Варшаву. Горестное известие об оставлении русскими войсками Севастополя и вступлении англо-французов в город-крепость, сразило полководца, и он ушел из жизни.
С высочайшего на то соизволения государя императора Александра II Александровича повсеместно в войсках Российского государства объявили, что:
«…Его светлости господина генерал-фельдмаршала, генерал-адъютанта, главнокомандующего действующей армией, генерал-инспектора всей пехоты, шефа пехотного и егерского имени его полков, наместника в Царстве Польском, члена Государственного Совета, имеющего портрет его императорского величества, алмазами украшенный, и ордена: Святого апостола Андрея Первозванного, алмазами украшенного, Святого Великомученика и Победоносца Георгия 1-го класса большого креста, Святого равноапостольного князя Владимира 1-й степени большого креста, Святого Александра Невского, украшенного алмазами, Белого Орла, Святой Анны 1-й степени, алмазами украшенного, иностранных: прусских: Черного Орла, украшенного алмазами, и Красного Орла первых степеней, персидского Льва и Солнца 1-й степени на золотой цепи и турецкой Луны кавалер; имеющий золотую шпагу, алмазами украшенную, с надписью: «За поражение персиян при Елисаветполе», Золотую шпагу «За храбрость», Золотую шпагу, алмазами украшенную, пожалованную его величеством королем Прусским, и польский знак отличия за военные достоинства 1-й степени князя Ивана Федоровича Варшавского, графа Паскевича-Эриванского не стало».
В этом приказе объявлялись далеко не все высокие награды полководца трех всероссийских государей – Александра I, Николая I и Александра II. Среди отечественных наград в его формуляре еще значились: знак отличия «За военное достоинство» 1-й степени, Золотой крест за Базарджик и знак отличия «За XLV лет беспорочной службы».
Среди иностранных наград за князем Варшавским, графом Эриванским числились еще и такие: австрийские ордена Святого Стефана 1-й степени с алмазами и Военный Марии Терезии 1-й степени, неаполитанские – Святого Фердинанда и Заслуг 1-й степени, баварский Военный орден Максимилиана Иосифа, саксен-веймарский – Белого Сокола 1-й степени, пармский – Святого Людовика 1-й степени, вюртембергский – Военных заслуг 1-й степени, датский – Слона 1-й степени, нидерландский Военный орден Вильгельма 1-й степени.
Полководец был похоронен в селе Ивановское (бывшее Демблинское) Царства Польского. А свое последнее пристанище он нашел в часовне-усыпальнице у стен собора Петра и Павла в Гомеле.
После скорбной кончины генерал-фельдмаршала И.Ф. Паскевича-Эриванского князя Варшавского полкам его имени высочайшим указом возвращены прежние названия. Всем, кроме одного – Орловского пехотного, с которым он прошел от начала до конца путь Отечественной войны 1812 года.
…Известный для России поэт-гусар генерал-лейтенант Денис Давыдов так писал о И.Ф. Паскевиче, бывшем не только генерал-фельдмаршалом России, но еще и генерал-фельдмаршалом Пруссии и Австрии:
«Не имея повода питать глубокого уважения к фельдмаршалу князю Варшавскому, я, однако, для пользы и славы России не могу не желать ему от души новых подвигов. Пусть деятельность нашего Марса, посвященная благу победоносного русского воинства, окажет на него благотворное влияние.
Пусть он, достойно стоя в челе победоносного русского воинства, следит за всеми усовершенствованиями военного ремесла на Западе и ходатайствует у государя, оказывающего ему полное доверие, о применении их к нашему войску…»
Слова эти были сказаны героем Отечественной войны 1812 года тогда, когда полководец России Иван Федорович Паскевич только входил в зенит своей ратной славы.
Дмитрий Голицын
Из всех полководцев русской армии в 1812 году, пожалуй, никто не обладал такой древней, аристократической родословной, как Дмитрий Владимирович Голицын. Его род происходил от Наримонта (Глеба), князя Пинского, Мозырского, Новгородского, Ладожского, Ореховского и Карельского, второго сына великого князя Литовского Гедимина, умершего в 1348 году. Один из праправнуков Наримонта, боярин князь Иван Васильевич Булгак имел сына Михаила Булгакова, получившего прозвище Голица. Оно произошло от его привычки носить железную перчатку (боевую рукавицу) только на одной руке.
От Ивана Булгака-Голицы и пошли князья Голицыны, родом Гедиминовичи. Они возводились в бояре из стольников, минуя чин окольничего. Начинали государеву службу, как правило, в царских комнатных стольниках. Род князей Голицыных в четырех ветвях фамильного древа был кровно связан с великими князьями Московскими из династии Рюриковичей. Были Голицыны в родстве и с Домом Романовых. То есть относились они, как древний княжеский род, к высшей российской аристократии.
…Будущий Герой Отечественной войны 1812 года и Бородинской битвы родился 29 октября 1771 года в селе Ярополец Волоколамского уезда Московской губернии. Его отцом был князь В.Б. Голицын, бригадир в отставке, происходивший из Московской ветви княжеского рода, человек состоятельный. Матерью была графиня Наталья Петровна Чернышева, которая послужила в старости А.С. Пушкину прототипом «Пиковой дамы». Она умерла в 97 лет; на ее балы собирался весь аристократический свет столицы, всех она принимала сидя, вставая только перед монархом. Дмитрий был пятым ребенком в семье и самым младшим. Старше его были братья Петр и Борис, сестры Софья и Екатерина.
Военную службу начал в… трехлетнем возрасте, будучи записан в лейб-гвардии Преображенский полк. В шесть лет, находясь в «домашнем отпуске для получения образования в семье родителя», получил чин сержанта гвардии. Такое прохождение службы малолетним княжичем случайным в Екатерининское время назвать никак нельзя. Биография сыновей из семей не только екатерининских вельмож в XVIII столетии начиналась именно так: они чуть ли не с пеленок «начинали армейскую службу».
Дедом будущего полного кавалерийского генерала был адмирал князь Б.В. Голицын, генерал-фельдцейхмейстер, а затем генерал-кригс-комиссар Российского Императорского флота. Это был человек, авторитетный при дворе, «с заслугами», пользовавшийся благосклонностью Великой государыни-воительницы. Надо заметить, что дед-вельможа к своим развитым не по годам внукам относился с большой любовью.
Домашнее образование они получили «достойное» положению родителей в светском обществе. И, как утверждали современники, французский язык знали лучше русского. Во всяком случае в детском возрасте все обучение княжичей строилось с «упором» на французский язык. Они отшлифовали его в юности, когда отправились на учебу за границу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
