камнями и напоминала гигантскую круглую чашу метров десять в поперечнике.
Над темной водой стелился пар. Иногда снизу поднимались и лопались пузыри.
- Иди сюда, - прошептала Мия. – Вода не горячая. Она как парное молоко.
Она лежала на спине, откинув голову. Белые волосы струились как водоросли. Белеющее на водной глади тело казалось мерцающим светильником. Алина никогда не замечала у себя нетрадиционных наклонностей, но сейчас не могла отвести глаза. Влажные полные груди, узкая талия, округлые бедра притягивали ее будто магнитом.
Мия словно почувствовала взгляд и медленно развела ноги. Набухший розовый бутон раскрылся, показав покрасневшую натруженную щелку. В памяти тут же всплыло, как ее недавно разрабатывали, и Алина нашла в себе силы отвернуться.
- Что мы здесь делаем? – спросила она.
- Богиня проводит ритуал омовения после соития со своим Народом, а ты на нее смотришь, - сказала Мия.
- А что мы будем делать потом?
- Наслаждаться покоем и ласками. Скоро тебе надоест просто смотреть, и в следующий раз ты присоединишься ко мне. Тогда у Народа будет две богини. Ты же хочешь быть богиней?
- Нет, спасибо. Тебе придется и дальше одной отдуваться.
- Это сложно, милая. Среди Народа около сотни мужчин, и каждый из них должен получить от меня все, что хочет, пока не погасят костры, и Народ не отойдет ко сну.
Алина похолодела.
- Подожди… Ты хочешь сказать, что каждый день тебя трахают сто мужиков?!
Мия перевернулась на живот, сверкнув пышными ягодицами.
- Тут сложно следить за временем, так что не уверена насчет дня. Но да, десять раз по десять, начиная с момента, когда зажигают костры и до того, как их гасят.
- Это же раз в час получается!
- Наверно, - Мия пожала плечами. – Скоро снова пойдем обратно.
- Слушай, дурища! Да нам же бежать отсюда надо!
- Зачем? Тут хорошо, спокойно. Народ живет здесь столетиями с тех пор, как его предки спустились сюда и отказались возвращаться обратно.
- Затем, что ты долго не выдержишь!
- Будет две богини – станет полегче. Пять раз по десять у каждой. Или десять раз по пять.
Алина вскочила, оглядываясь.
- Здесь должен быть выход наверх!
- Единственный выход наверх – это тот, по которому ты прилетела. Но он скорее вход.
- Не может быть. Раз Гарт получал отсюда ингредиент для своей сыворотки, значит должно быть что-то еще.
- Не знаю, - Мия подплыла ближе и подала руку. – Помоги выбраться.
Алина нагнулась, схватила ее за запястье. И тут же полетела в воду, когда Мия дернула ее на себя.
Теплая вода взметнулась брызгами вверх. Алина вынырнула, отплевываясь. Мия плавала вокруг нее и заливисто смеялась.
- Расслабься, милая. Теперь все будет хорошо.
- Ничего не будет, - буркнула Алина и попыталась выбраться на берег.
И поняла, что не может пошевелить даже пальцами.
- Все будет, - прошептала Мия, прижимаясь к ней сзади. Одна рука сжала ее грудь. Другая раздвинула бедра, прошлась по половым губам и нащупала клитор. – Чувствуешь? Твое тело не принадлежит тебе. Это и есть наслаждение.
- Прекрати, - Алина еле заметно дернулась. Онемение медленно поднималось по конечностям вверх.
- Не бойся. Скоро привыкнешь. Я привыкала пару часов, не больше. Исчезнут глупые мысли. Будешь думать только об удовольствии. Тело снова начнет слушаться. Но теперь ты будешь знать, что с ним делать.
- Источник, - догадалась Алина. – Вода.
- Вода, - кивнула Мия. – Она проходит через Светящиеся Пещеры, насыщается соком грибов и попадает сюда. Для местных она такое же табу, как и пещеры. А тот, кто попадает сюда впервые… - ее пальцы скользнули к влагалищу, - лишается воли. Это Источник Покорности.
Черные тени выскользнули из темноты.
- Все готово? – спросил одетый в цветастые тряпки старик с посохом.
- Готово, Старый, -- ответила Мия. – Теперь она не будет сопротивляться.
- Хорошо. Вытаскивайте ее.
Протянулись кривые тощие руки, ухватили ее за плечи и вытянули на берег.
Мия выбралась следом, подняла черную накидку и накинула на белое холеное тело.
- Лучше бы Баргас тебя тогда до смерти затрахал, - выдавила Алина, чувствуя, как онемение уже дошло до горла.
Мия застыла.
- Баргас?..
- Эта твоя накидка. Это же покрывало с его дивана, на котором он тебя пялил. Помнишь? Драл во все дыры, как шлюху. Тогда ты и решила ею стать? Понравилось?
- Баргас, - повторила Мия. Она закрыла глаза и содрогнулась, будто что-то вспомнив.
- Ясно, - сказала Алина уже заплетающимся языком. – Неделя бесконечной ебли тебе всю память отшибла.
- Баргас, - снова прошептала Мия и дернула головой, отгоняя воспоминания.
Кособокие существа растянули одеревеневшее тело Алины на большом камне. Старик с посохом подошел ближе, пристально ее рассматривая. Рядом сгрудились человек десять. Они трогали ее ноги и груди пальцами и что-то бормотали.
Мия подняла руки, растянув в деланой улыбке пухлые губы.
- Слушай, Народ! Теперь у тебя две богини!
Народ радостно загомонил.
- Нет, - сказал старик. – Это не богиня. Богиня может быть только одна. Это подарок.
Мия осеклась.
- Но у подарка…
- Да. У подарка не может быть головы. Поэтому Народ посовещался и решил. Подарку отрежут голову и отнесут тело в Светящиеся Пещеры. Чтобы все стало так, как должно быть.
- Но…
- Белой Богине пора в комнату наслаждений. Не трать зря время. А мы пойдем готовиться к ритуалу. Подарок пусть останется здесь под охраной. Позднее за ним пришлю.
Старик отвернулся и пошел прочь, стуча посохом.
Мия понуро поплелась следом.
Остальные плотной гурьбой двинулись за ними.
Рядом с лежащей на камне Алиной остался только один.
Сперва он что-то бормотал, бродя вокруг и кидая на нее плотоядные взгляды. Потом забрался на камень и подполз ближе. Молча пыхтя, раздвинул ей ноги и попытался пристроиться сверху. У него долго ничего не получалось, он теребил то свой вялый конец, то ее половые губы. Наконец, довольно заурчал, когда член напрягся. Схватил ее за бедра и тут же получил с размаху камнем по голове.
Мия вынырнула из тьмы и отбросила в сторону тщедушное тело. Поднесла к ноздрям Алины склянку с чем-то вонючим.
Судорожная волна тут же пронеслась по внутренностям, смывая оцепенение.
- Там за источником есть проход, - сказала
