— Мистер, я этого не говорил! — запротестовал темноволосый.
— А это у вас с Диком на лицах написано. Кстати, как тебя зовут?
— Фрэнк.
— Ну, Фрэнк, получай аванс в две с половиной тысячи. И нас в качестве своих помощников по электрической части. Мы сегодня же…
Внезапно где-то неподалеку прерывисто зазвучала сирена.
Поплавский снял шлем, и то же самое сделали его товарищи.
— А теперь побежали, коллеги, куда-нибудь в тихий уголок! Быстрее, Фрэнк, иначе на твои кровные деньги будет сегодня веселиться полиция!
На экране видеофона появилось встревоженное лицо начальника Станции. Это был властный человек с темными вьющимися волосами, орлиным носом и волевым подбородком боксера. Однако в глазах его светился ничем не прикрытый страх.
— Господа, сегодня около четырнадцати часов по местному времени случилось чрезвычайное происшествие. На Станцию несанкционированно совершил посадку лунный челнок. На нем находились несколько человек. Личности этих людей устанавливаются. Цели, которые преследуют непрошеные гости, неясны. Возможно, это террористы, уже совершившие недавно нападение на туристический автобус. На Станции объявляется чрезвычайное положение. Прошу всем продолжать работу на своих местах, проявляя крайнюю бдительность. Полиция и служба безопасности Станции начинают прочесывание всех помещений. Просим сохранять спокойствие. Все основные агрегаты Станции тщательно охраняются, и в целом ситуация находится под контролем. Благодарю за внимание.
Фрэнк выключил микрофон.
— Та-ак, — озадаченно протянул он и посмотрел на Поплавского. — Пошла охота на волков. Что будем делать, командир?
Все спасатели, а также оба электрика находились в довольно тесном помещении электромастерской, расположенной на третьем, техническом уровне Станции. Спасатели уже переоделись в коричневые комбинезоны с эмблемой «Орфея» на груди.
— Только действовать! Мы можем устроить «частникам» небольшие аварии?
— Командир, у них большинство систем — автономные.
— Но ведь не все, верно?
— Ну… кое-какие вентиляционные линии… Но они сделаны очень надежно и до сих пор ни разу не выходили из строя.
— Теперь выйдут. В конце концов, мы террористы или кто? Не надо так бледнеть, Фрэнк. Я имею в виду только себя и своих парней. Действуйте!
Через полчаса во всех коридорах Станции вновь тревожно зазвучали сирены. На видеофонах на этот раз появилось лицо главного инженера Станции. Он объявил тревогу третьей степени в связи с «небольшой аварией в воздухоочистительной системе», ни словом не упомянув о террористах. Но его успокоительный тон никого не обманул.
На Станции поднялась паника. Все только и говорили о террористах. Слухи разрастались, словно снежный ком, и вскоре выяснились различные жуткие подробности. Якобы группа вооруженных людей захватила нижний уровень станции, где находились машинные залы, и теперь угрожает то ли перекрыть воздух, то ли отключить электроэнергию, то ли вообще взорвать Станцию. Руководству Станции поставлен ультиматум: или террористам будет выплачен миллиард долларов, или…
Огромная Станция напоминала растревоженный муравейник. Многие, особенно семейные люди, ринулись к помещениям местного космопорта, но их остановил кордон из полицейских.
Это породило новую волну слухов. Говорили, что все три космолета, принадлежащих Станции, уже стартовали к Луне. Они увезли руководство и местную элиту, а рядовые сотрудники оставлены на растерзание бандитам.
И тогда кто-то выкрикнул: надо прорваться в частные сектора! На их посадочных площадках припаркованы шесть или семь грузовых кораблей. Надо заставить владельцев выкинуть из трюмов все их чертово контрабандное барахло и смываться отсюда, пока вся Станция не разлетелась на кусочки!
Эта идея вызвала всеобщее смятение. Но еще через несколько минут одна из дам почувствовала, что задыхается. И сразу же всем показалось, будто воздух и на самом деле стал спертым и бедным кислородом.
Тогда сотни людей, охваченных животным страхом, ринулись по коридорам к частным секторам, все и всех сметая на своем пути.
Глава 8
Два охранника проводили Фрэнка, Поплавского и Корина на третий уровень Станции. Это были темнокожие арабы-атлеты под стать Асташевскому, вооруженные обычными стуннерами, но правые карманы их бордовых кителей выразительно оттопыривались. Скорее всего там лежали бластеры — оружие, запрещенное на Станции, за ношение которого любое лицо могло схлопотать пять лет тюрьмы. Но стражи обычно никогда не покидали своих секторов, а здесь царили другие законы.
Корин спиной ощущал недоверчивые взгляды охранников. Их хозяин, арабский бизнесмен из Кувейта Аль-Багдир, пригласил электриков в свой четвертый сектор спустя несколько минут после сообщения об аварии в общей системе воздухоснабжения. Фрэнк, следуя указаниям Поплавского, некоторое время пытался препираться. Мол, все технические службы сейчас подняты на ноги, и отсутствие нескольких электриков будет расценено как нарушение служебного долга или даже саботаж. Но Аль-Багдир сразу же предложил пятьсот долларов наличными за простое подключение аварийных систем сектора, и Фрэнк, еще немного поломавшись для вида, согласился. Дик принял приглашение из шестого сектора, где за ту же работу обещали восемьсот долларов. Оба электрика предупредили, что возьмут с собой помощников, иначе с работой придется возиться слишком долго и их отсутствие на служебных местах будет замечено. Хозяева секторов неохотно согласились.
Остальные три частных сектора пока молчали, и это очень тревожило Поплавского. Ведь Марта могла находиться в любом из них. К тому же все «частники» имели свои собственные космолеты и в случае серьезной опасности могли просто улететь с «Орфея», захватив пленницу с собой. Оставалось надеяться, что сработают умело запущенные с подачи Поплавского слухи и всеобщая паника сделает свое дело.
С Диком пошли Саблин и Мирзоян. Асташевский был оставлен в мастерской в качестве «свободного нападающего». Он должен был смешаться с толпой и, прорвавшись в частные сектора, действовать самостоятельно.
Кому-то из спасателей могло повезти. Должно было повезти!..
Фрэнк подошел к белому кубу — пульту управления автономной воздухоочистительной системой и под бдительными взглядами охранников стал включать десятки тумблеров, готовя автоматику к работе. Тем временем двое спасателей, как было оговорено заранее, принялись за проверку кислородных генераторов, насосов и фильтрационных установок. Улучив момент, когда внимание охранников полностью переключилось на Фрэнка, Корин достал из сумки с инструментами робот-щуп и запустил его в лючок главного воздухопровода. Робот размером с кулак немедленно зажег свой телеглаз и зашагал крошечными намагниченными ножками по почти вертикальной внутренней стенке коробчатого воздухопровода.
Это был единственный козырь, который в сложившейся ситуации могли пустить в ход спасатели. Роботы-щупы использовались в основном в космолетах, где множество коммуникаций было труднодоступно для техников. Стоило соответствующим образом запрограммировать эти крошечные машинки, и проблемы диагностики любого агрегата или элемента несущих конструкций решались довольно просто.
Но сейчас умелые руки Саблина поставили перед роботами-щупами лишь одну задачу. Они должны были пройти по лабиринтам воздухопровода, найти все вентиляционные отдушины и, прильнув к ним телеглазом, сравнить изображения лиц всех попавших в поле зрения людей с фотографией Марты, заложенной в память. Чтобы обойти весь сектор, щупам должно было хватить около двадцати минут.
— Долго возитесь, — недовольно сказал один из арабов. — Хозяин будет недоволен.
Фрэнк обернулся и сказал:
— Ребята, не люблю, когда говорят под руку. Эту систему на моей памяти отключали только три раза, и то лишь во время ремонтных работ. Если в автоматике что-нибудь не так сработает или в сети случится короткое замыкание, вы будете дышать углекислым газом или чем-нибудь похуже. Согласны?
