– Ты не балуй, музыкант, – словно угадав его мысли, строго сказал Неверов. – Даже не вздумай тут Рэмбо изображать, пожалеешь.
– Что вам… что тебе нужно? – мрачно спросил Олег.
– Хороший вопрос. Интересуешься, значит, зачем я вас, сладкая парочка, навестить решил? А самому ничего в голову не приходит?
– Нет. Говори ты.
– Надо же, какой сердитый, – Неверов мерзко захихикал и слегка наклонив голову вперед, спросил у Светланы, – а ведь мог бы быть и полюбезнее, как считаешь, куколка? Хотя бы ради тебя? На тебя ведь он так не рычит?
Светлана заметно вздрогнула, но промолчала.
– Отпусти ее, – сказал Олег. – Я, действительно, не Рэмбо, зачем тебе заложники?
– Не, мне так спокойнее. Вдруг тебя на подвиги потянет – лучше подстраховаться, – он нахмурился и резко сменил издевательски-любезный тон на холодный, приказной. – Хватит болтать. Давай, деньги.
– Деньги? – удивился Олег.
– А ты думал я чайку попить заглянул, на огонек? Я ведь теперь беглый преступник, мне за все наличными надо расплачиваться. Так что, не томи, открывай кубышку. Где она у тебя?
– В комнате.
– Ну так иди туда! – в крике Неверова прорвалось раздражение. – Только смотри мне, без шуток! Руки на виду держи!
Олег пожал плечами и, держа руки на уровне плеч ладонями вперед, прошел в комнату. Включил свет, предупредил, не оборачиваясь:
– У меня не очень много.
– Давай все, сколько есть.
– Хорошо, – Олег открыл секретер, достал из лакированной палехской шкатулки пачку купюр, положил на стол.
«Эх, если бы у меня здесь лежал пистолет…» – Олег покосился в сторону Неверова. Тот, подталкивая Светлану в спину, но так и не убрав ножа от ее горла, заставил ее передвинуться. Теперь они стояли справа от двери в комнату, у самой стены. – «Если бы у меня был пистолет, я бы все равно ни черта не смог сделать. Стрелять не умею, а на испуг его не возьмешь!»
Олег сделал пару шагов, потянул на себя узкий ящичек высокого комода, вынул тонкую стопку долларов, тоже бросил на стол. Повернувшись лицом к Неверову, медленно и плавно достал из внутреннего кармана куртки бумажник, высыпал оттуда все деньги, добавил к ним ворох бумажек из карманов.
– Все. Больше нет.
– Действительно, не густо, – согласился заметно повеселевший Неверов, – а у мадамки твоей?
Левой рукой он выдернул из рук Светланы сумочку и бросил ее Олегу.
«Швырнуть сейчас сумочку обратно, ему в лицо и тут же прыгнуть самому… если не попытается уклониться, то потеряет, хоть на пару секунд, ориентацию, а если попытается – еще лучше, можно сразу врезать ему по башке со сей силы… черт, в любом случае, рука с ножом дернется и тогда…»
Олег послушно порылся в сумочке, извлек перетянутую резинкой пачку сторублевок, присоединил к остальным.
– Неплохо. А теперь золотишко.
– Да я, как-то не особенно увлекаюсь, – Олег развел руками. Заметил блеснувшие часы и спохватился, – ах, да! Вот.
Он расстегнул браслет золотой «Омеги», бросил на деньги сверху.
– И все? – недоверие в голосе Неверова примерно наполовину было смешано с разочарованием. – Может еще какие цацки есть?
– Цацки? Запонки подойдут? – Олег открыл другой ящичек секретера, взял две небольших черных коробочки, открыл, показал их содержимое Неверову.
– Вали до кучи, – согласился тот. И поинтересовался, без особого любопытства, – а чего обе пары одинаковые?
– Какие подарили, – пожал плечами Олег.
– А ты? – строго спросил Неверов у Светланы, скосив глаза вниз, на ее пальцы, на которых не было даже обручального кольца. – Где твои цепочки-колечки?
Светлана беззвучно шевельнула губами. Секунду он внимательно смотрел на нее, потом немного отодвинул лезвие. На пару миллиметров, не больше.
– Говори, не бойся.
– У меня все дома осталось. Забыла.
– Что же ты так неаккуратно собиралась… – начал было журить ее Неверов, но его прервал звонок в дверь. Его рука непроизвольно дернулась и отточенное лезвие задело кожу зажмурившейся Светланы. Олег дернулся к ней, но его остановил страшный взгляд Неверова.
– Кто? – шепотом спросил он.
– Откуда я знаю? – обозлился Олег. – Что ко мне, мало народу ходит?
Звонок снова залился настойчивой трелью. Неверов закусил губу.
– Ладно. Посмотри, кто там и гони в шею. И имей в виду, мне только рукой шевельнуть… не вздумай на помощь звать.
Он ничего не ответил. Просто пошел в коридор и открыл дверь. И едва не ахнул, сам не зная, от радости или от испуга. Очень трудно оценить, как ты выглядишь со стороны, поэтому Олег не представлял себе, каким его увидел Керженцев, но реакция Павла Александровича, в любом случае, оказалась довольно неожиданной.
– А я к вам за хлебушком, Олеженька, – его добродушно-веселый голос абсолютно не соответствовал серьезному, даже напряженному выражению лица. – Выручите уж старика, по-соседски!
И беззвучно, четко артикулируя, спросил: «Неверов?»
– Да, да, конечно, – закивал Олег, указывая в сторону комнаты и с отчаянием заглядывая Керженцеву в глаза. – Вам черного или лучше батон?
«Там Светлана!»
Керженцев поднял руку и из-за его спины бесшумно выдвинулся Дон, в обычном своем камуфляже. Показал Олегу пистолет, вопросительно поднял брови.
«Нет, – отрицательно мотнул головой тот, – нож!»
И приставил ребро ладони к горлу.
– Пожалуй, лучше батончик, – рассудительно сказал тем временем Керженцев. – Если я вас не обездолю, конечно.
– О чем речь, дядя Саня! – рядом с Доном, так же бесшумно вырос второй парень в камуфляже, незнакомый. Олег не то, чтобы совсем успокоился, но появилась надежда, что эти ребята сумеют спасти Светлану. – Одну минуточку, сейчас принесу!
Он вопросительно вытаращился на Керженцева, дескать а теперь мне что делать? Тот кивнул в сторону кухни, и Олег послушно метнулся туда. Громко стукнув крышкой хлебницы, схватил начатый батон, тяжелой рысью промчался обратно, протянул его Керженцеву:
– Вот, дядя Саня, берите!
– Спасибо, голубчик, – прогудел Керженцев, не делая ни малейшего встречного жеста, – а я завтра отдам. Утречком пойду погулять, так загляну в булочную. Ну, счастливо, Олеженька, спасибо…
Он приоткрыл дверь и захлопнул ее. Снова одними губами, но помогая себе выразительными жестами, сказал:
«Возвращайтесь в комнату. Говорите с ним. Отвлекайте.»
Олег кивнул, сунул батон на полку с обувью и прошел мимо неподвижных парней. В комнате все было по-прежнему. Ну, разве что, Неверов был теперь так же бледен, как Светлана. Увидев Олега, спокойно входящего в комнату, он шумно выдохнул. Потом спросил:
– Кто это был?
– Сосед из тридцать четвертой квартиры. За хлебом приходил, – ответил Олег. И добавил язвительно, – здесь что, плохо слышно было?
