отличается от среднего тахионца.
Плюс ко всему, человек, работающий в этой области, имеет возможность помогать… настоящим людям. Продление жизни — вот, что хочет каждый человек. Возможность иметь детей — тем, кто лишен этой возможности. Излечение практически любой болезни. Создание новых органов взамен старым и любой части тела.
Ольс вздохнул и произнес:
— Собственно, именно этим занимаюсь я, и также занимался Корах.
— Вы изобретаете искусственных людей? — вскинула брови Люси.
— Кстати, именно по этой причине я знаю английский, — кивнул Ольс. — Мне часто приходится присутствовать на Земле и Мете и проводить исследования.
— То есть тахионцы могут присутствовать на Земле и Мете? — удивилась Люси. — Вы же сказали, что все тахионцы покинули…
— Да, но совсем перестать посещать богатые ресурсами планеты было бы очень глупо — особенно планеты, пригодные для человеческой жизни. Многие в данный момент работают на обеих планетах: занимаются добычей полезных ископаемых, наблюдениями за развитием событий на планетах и так далее. Однако посещения планет строго отслеживаются.
— А искусственные люди? Они присутствуют на других планетах?
— Немного. В основном, бракованные.
— Бракованные?
— С ошибками. Я осведомлен о некоторых случаях, когда избавлялись от партий ошибочных изобретений таким образом. Последний такой случай, правда, был около сотни лет назад.
— И в чем же… состояла их неисправность? — задала вопрос Люси, уже догадываясь, что за случай он имел в виду.
— Это были специально спроектированные люди для работы прислугой. Но через некоторое время их нарочитая доброжелательность исчезала, и они начинали истреблять себе подобных. Неприятная ошибка, связанная с некачественной разработкой головного мозга.
— И их просто отправили на другую планету, чтобы они истребляли друг друга? — округлила глаза Люси.
— Судя по всему, их разработчики не хотели делать это собственноручно. Это, конечно, один из существенных минусов нашей профессии.
Люси слушала его, не веря своим ушам. Что же происходило сейчас на острове Счастья?
Поборов дрожь, она вновь обратилась в слух.
— Та война показала всем, — говорил Ольс, — что человек нуждается в контроле. Что несмотря на прогресс в развитии, появление недоступных ранее возможностей, алчная и конфликтная человеческая натура никуда не исчезнет. И даже после усовершенствования человеческой жизни продолжала существовать преступность — она же, к сожалению, есть и сейчас.
После войны люди объединились, и уже четыре тысячи лет мы живем, связанные единой сетью. Ее название тебе ничего не скажет, но можно называть это сетью мыслей. Каждую секунду, каждое мгновение, все без исключения люди на Тахионе общаются между собой. В любой точке мира каждый знает в сию же секунду, какие события происходят на планете. Эта сеть контролирует перемещения, действия, обмен информацией — все фиксируется и обрабатывается мощнейшими компьютерами. А благодаря новейшим способам коммуникаций с другими планетами, все без исключения знают, что происходит и в отдаленных частях солнечной системы.
Сеть — также глобальный поворот в нашей истории. С помощью нее каждый человек мыслит общим. Каждый тахионец — неотъемлемое звено в цепи огромной системы, стремящейся к развитию. Мы стали похожи друг на друга — и в то же время каждый человек уникален.
Ольс вздохнул
— Но… и эту, с первого взгляда, идеальную вещь — сеть, — как оказалось, можно обмануть. Появились взломщики, появились возможности обойти систему. И это повлияло на твою бесследную пропажу. Система, повторюсь, фиксирует абсолютно все передвижения абсолютно всех людей. Но она дала сбой.
И после этой пропажи стало абсолютно невозможно отыскать тебя. Как найти, через какой инвер и на какую планету тебя переместили? Это представлялось невозможным даже с нашими способностями. Сколько не велись поиски, все было тщетно.
Однако больше двадцати лет похищений больше не совершалось. Все уже практически забыли про это… А сегодня появилась ты.
Люси потерла глаза.
Она не знала, верить ему или нет. Она не могла понять, охватить сознанием все, что только что услышала, сидя на этой скамейке в практически безлюдном парке.
— Я до сих пор не могу осознать, — покачала головой она. — Все, что вы рассказали про Тахион и про его жителей… Но где все это? Где люди, города? Где вы живете?
Ольс усмехнулся.
— Конечно. Ты до сих пор не можешь этого увидеть. — Он обвел рукой открывающийся перед ними пейзаж. — Что, по-твоему, сейчас перед тобой?
— Лес, — пожала плечами Люси. — Деревья, тропы…
— А теперь попробуй посмотреть на это через свое сознание, — сказал Ольс. — Ты ведь знаешь, как это сделать?
Люси перевела взгляд вперед.
Он что, шутит?
Тем не менее, она сконцентрировалась, пытаясь рассмотреть что-то еще.
Постепенно она начала видеть что-то новое. Перед ее глазами, словно мираж, начинало появляться нечто. Она не могла определить, что это, или как-то описать словами.
Это были словно тонкие прутья, металлические стержни, возникшие в воздухе и постепенно увеличивающиеся вверх, к небу, и вниз, к земле.
Сердце бешено застучало в груди. То, что она видела, было странным и пугающим. Люси не выдержала и опустила голову на руки, закрыв ладонями лицо.
— Это может показаться чем-то сверхъестественным, — подал голос Ольс. — Но в этом, поверь, нет ничего страшного. Все, что ты видишь, — это наша жизнь.
Люси подняла голову. Прутья исчезли, и перед ее глазами снова был лес.
Она вздохнула и, собравшись с духом, снова устремила взгляд вперед.
Прутья появились вновь, и Люси стала наблюдать за их трансформацией. Они постепенно удлинялись, расширялись, уходили вдаль. Постепенно из тонких линий возникали плоскости и объемы, и через мгновение Люси с глубочайшим изумлением поняла, что видит.
Это были дома.
Бесчисленное множество зданий, словно проявляясь, возникало перед ней вместо деревьев. Как колонны, здания вздымались ввысь, становясь в глазах Люси все выше. Свет заходящего солнца освещал их металлическую поверхность, а мириады окон отбрасывали огненно-красные блики.
Люси не могла унять участившееся дыхание: это было настолько ошеломляющим, настолько величественным!
Она медленно осмотрелась: повсюду, по всем сторонам она видела лишь дома.
В некоторых окнах горел свет; однако все вокруг казалось с первого взгляда безжизненным. Лишь несколько людей появлялись на короткий миг, а затем исчезали вновь. Не было видно и транспорта.
Люси продолжала осматриваться, не в силах отвести взгляд.
А что если…
Если эта сеть, о которой он говорил, и впрямь существовала… Люси была способна увидеть и ее.
И в этот момент она увидела жизнь.
В ее мозг нарастающим потоком стала поступать информация.
Она стала видеть людей. Как же их было много!
За долю секунды Люси впитала в себя столько, сколько не могла бы узнать, наверное, за несколько лет на Земле.
Это был
