шумно выдохнула, помолчала какое-то время и вновь начала ругаться, недоумевая, что за чертовщина вообще происходит.
— Ты вообще волнуешься?
Я замерла с парой босоножек в руках. Вопрос Леоны был абсолютно нормальным, как и переживания в ее голосе. Что было ненормальным, так это моя попытка сделать вид, что проблемы не существует. Несмотря на возможную опасность, которая кружила вокруг, я все никак не могла заставить себя волноваться по-настоящему. И не потому, что не боялась. Это была моя защитная реакция. Привычка делать вид, что все под контролем.
— Волнуюсь, — неуверенно ответила я, откладывая обувь. — Но не хочу зацикливаться на этом, постоянно переживать и пугаться каждой тени.
— Шей…
— Ко мне приставили дополнительную охрану, и я не собираюсь доставлять проблемы и искать приключения. Пока эта история не закончится, я буду следовать правилам и находится в безопасности.
Только непоколебимая уверенность Колинна и Нэша помогала мне чувствовать себя увереннее.
— Что за музыка у тебя там играет? — поинтересовалась я, желая сменить тему.
— А… Это… Знаешь, вчера я поругалась с отцом и ушла из дома, а потом…
— Ушла из дома? — чуть взвизгнув, спросила я. — Ты?
Хоть Леона и была бунтаркой, но это обычно не распространялось на ее отца. Последнее слово всегда оставалось за ним, а Леона всегда покорно опускала голову и послушно выполняла все, что он хотел.
— Да, я ушла из дома, — повторила подруга. — Мне надоело слышать упреки и вечное недовольство. А еще я сказала, что не стану заниматься делами компании и сама стану певицей. Видела ты его лицо…
— Подожди. Но где ты ночевала?
Пауза.
— У Эммета.
В тот момент ничего на свете не могло остановить появление широкой улыбки на моих губах. Радостный возглас застрял где-то в горле, и чуть не подскочила на месте.
— Я знаю, что ты улыбаешься сейчас. — Леона цокнула. — Ничего не было, понятно?
— Было! — крикнул Эммет где-то рядом с ней. — Много чего было, малышка Шей.
— Замолчи! — шикнула Леона, и какое-то время по динамику раздавались звуки борьбы.
— Я не знаю, что было, — наконец сообщила подруга, когда Эммет, судя по всему, ушел. — Мы просто… были вместе. И это было так… чудесно.
— Я раза вас. Очень сильно.
Леона выдохнула, но в этот раз в ее голосе чувствовалась улыбка.
— Может, мне все-таки удастся стать такой же храброй, как Эммет, и пойти против системы Деонта?
Перед глазами появился образ реальной Леоны. Там, в настоящем мире, она была такой же бойкой, смелой и не подстраивалась под общественные нормы. Была преданной себе и верила в своих силы. Уверена, что как и та Леона, эта обязательно добьется своего.
Чуть позже, когда я сидела за столом и разглядывала ключ, в комнату постучал Барт.
— Как вы, госпожа?
— Близится конец, да? — спросила я в ответ. Мои руки подрагивали от неизвестности и предстоящей опасности. — Игра заканчивается.
Барт кивнул.
— У меня все еще есть шанс умереть?
— Да.
Я стиснула зубы. Это была всего лишь игра, и смерть в конце не повлияет на мою реальность. Но я все равно не хотела заканчивать так… Представлять, что в этом мире, пусть он и был игрой, останутся люди, оплакивающие Шейлин Фридман. Оплакивающие меня.
— Значит, мне нужно постараться выжить, — ответила я решительно.
Барт улыбнулся.
— Я верю, что у вас все получится. — Он прикоснулся пальцами к наушнику в ухе. — Машина подана.
После его слов по комнате не разнесся звон колокольчиков, который я страшилась услышать. Это успокоило. Встреча с Элданом не была выбором, предусмотренным историей. Выбором, который на эту историю мог повлиять.
Я хотела использовать любую возможность побыть с ним. Особенно сейчас, когда заканчивалось мое время в игре.
По пути на первый этаж прошло сообщение от Блейна.
Блейн: «Сегодня уезжаю в Италию примерно на неделю. Не против встретиться, когда я вернусь?».
После объявления о разрыве помолвки мы с Блейном решили не прекращать общение. Любви в наших отношениях все равно не было, поэтому я по-прежнему чувствовала себя комфортно, иногда обмениваясь с ним сообщениями. О том, что Блейн мог начать что-то ко мне испытывать, я старалась не думать.
Шейлин: «С удовольствием».
Когда я спустилась на первый этаж, Мэгги уже стояла у входа с зонтиком в руках.
— Сегодня обещают дождь, — пояснила она, увидев мой недоуменный взгляд. — Постарайтесь не заболеть, госпожа.
Я взяла зонт и глянула через окно на ясное небо. В играх часто добавляли дождь, чтобы сделать сцену более мрачной и угнетающей. Я надеялась, что безоблачное небо, такое же голубое как глаза Элдана, останется таким до конца дня. До конца игры, раз уж на то пошло.
Охранник открыл мне дверь, и я оглянулась, чтобы окликнуть Барта, но его нигде не было.
Мимолетное ощущение безысходности, которое появилось из-за отсутствия игрового помощника, я тут же подавила. Мне не стоило так часто полагаться на Барта. Особенно эмоционально.
Сев в машину, я несколько раз глубоко вздохнула с закрытыми глазами, уверила водителя, что со мной все в порядке и принялась рассматривать живописные пейзажи Деонта. Глаза старались запоминать мельчайшие детали.
Интересно, после возвращения домой я вспомню этот мир? Мне не хотелось забывать. А еще больше… Больше всего мне хотелось остаться. Но я не могла произнести этих слов вслух. Казалось, что так они станут еще реальнее. Как и нарастающая боль, которую я пыталась игнорировать.
Решив сместить фокус внимание на что-то более позитивное, я написала Леоне сообщение о том, что поехала на свидание с Элданом, и потянулась к бутылке с водой, которая, благодаря Мэгги, всегда находилась в моей машине. Из-за горячего воздуха во рту стало сухо. Я еще раз скептически посмотрела на небо. Может, Мэгги перепутала дни?
Элдан предложил встретиться возле небольшого парка, который находился рядом с его домом, зайти в пекарню на углу улицы и провести весь вечер у него дома. Колинн позволил это при условии, что вечером я обязательно вернусь домой. Он даже разрешил оставить только двух охранников на этаже, чтобы я не чувствовала себя некомфортно.
Машина свернула на нужную улицу. Я сжала пальцы от предвкушения и начала выглядывать Элдана через лобовое стекло. Он стоял недалеко от входа в парк с небольшим букетом белых ромашек. Улыбка расцвела на моих губах, и я не сразу поняла, что мир вокруг немного размылся.
Когда автомобиль остановился, я дернула ручку. Та не поддалась. Я повторила свои действия, хмуро глядя на водителя.
— Дверь не открывается.
В ответ тишина. Я не видела глаз водителя из-за солнцезащитных очков, но чувствовала, что он смотрел на
