забыл ключи от твоей квартиры… Прости, разбудил? — замялся парень.
— Рон, что ты здесь делаешь? — удивилась девушка, поправляя кошмар на голове.
Парень слегка нахмурился.
— Спасибо. Я отлично добрался. Как мило, что ты спросила, как мои дела, — подшутил он, улыбнувшись.
— Ох. Прости, — Гермиона поправила халат. — Давай, я помогу.
— О, нет. Я качал эту гору мышц не для того, чтобы твои хрупкие плечи таскали пакеты.
— Рон, я могу сама, потому что… — начала возражать девушка.
На что Уизли только закатил глаза.
— Ты
независимая, самостоятельная
женщина, — как скороговорку начал повторять он. — Знаю, знаю. Это скорее
моя
одержимость — таскать тяжести за тебя. Не отказывай мне в таком удовольствии, — лукаво подмигнул парень, по-хозяйски отправляясь на кухню и открывая шкаф. — О, надо же… фантик на месте. И почему я не удивлён?
Гермиона заглянула на полку шкафа. Кухня была самой редко-посещаемой ею комнатой. Нехватка времени и полный перегруз на работе просто не оставляли гриффиндорке возможности заниматься домашними делами. Отчасти она никогда и не видела себя идеальной хозяйкой, как Молли. Но это заставляло, с раздражительным ей снисхождением, качать головой рыжего друга, который раньше «знаменитой троицы» начал самостоятельно жить.
— Что за фантик? — спросила она.
— Положил его, чтобы проверить, покупала ли ты продукты без меня, — пожал плечами Уизли. — Видимо, нет, иначе ты бы его выкинула. Гермиона, сколько раз тебе повторять?
«Рон повзрослел раньше нас с Гарри в этом плане. Покупка продуктов и прочие бытовые дела. Это всё ещё что-то непривычное для меня»
.
Девушка отвела глаза и запрыгнула на столешницу, открывая бумажный пакет.
— Ох, а что это здесь? Пахнет восхитительно.
— Я взял круассаны с ветчиной и сыром и пару пирожных в пекарне за углом.
— А остальные пять пакетов? — изогнула бровь девушка.
— Продукты. Хлопья, молоко и полуфабрикаты. На другое у тебя никогда не бывает времени, — нахмурился он.
«И, как всегда, его опека и забота»
.
— Я же могу поесть в кафе.
— Учитывая, как поздно ты возвращаешься домой, кафе в твоём районе уже не работают. А трансгрессировать после еды вредно для организма, — начал ворчать Рон.
«Да, после того, как меня стошнило несколько раз, я так не делаю»
.
«Обычный мой ужин — яблоко и бокал алкоголя»
.
«Так себе диета»
.
— И когда ты стал таким, а? — приступила к круассану гриффиндорка.
— Пора взрослеть, Гермиона. Я уже четыре года живу отдельно, и у меня нет доброго Рона Уизли, который позаботится обо мне, — усмехнулся Рон, стягивая девушку со стола.
«Вечно он ворчит, что на стол садиться нельзя. Но я же здесь не готовлю. И не ем, кстати, тоже»
.
— Зато у тебя есть Гермиона, которая ведёт все твои финансы и бухгалтерию, — облизнула пальцы девушка.
Рон пристально проследил за этим движением и отвёл взгляд. Скулы его едва заметно сжались от напряжения.
— Просто это всё, кажется, совсем не моё, — улыбнулась она.
— Ничего. У тебя есть много других плюсов, — раскладывал продукты по полкам парень.
На нём хорошо сидел светлый джинсовый костюм с массивной курткой и белая футболка. Коротко постриженные рыжие волосы, добрые голубые глаза и россыпь веснушек на лице.
«Когда он был младше, это выглядело нелепо, но сейчас, когда мальчик уже стал мужчиной…»
«Понимаю почему девушки в кафе строят ему глазки»
.
«Он стал таким мужественным и…»
— но размышления её прервал сонный голос Избранного, что появился в дверях кухни, которая имела два входа: из гостиной и из коридора.
— Утро доброе, — буркнул Гарри, растягиваясь. — Диван твой просто кошмар!
— О, судя по запаху, вы вчера снова напивались. Могли бы и позвать, — обиженно буркнул Рон, открывая бутылку с водой и протягивая её Гарри.
— Это было незапланировано… Кингсли с Гарри пришли по работе, и мы решили выпить. Да и ты же всё равно не пьёшь, — хмыкнула Гермиона, облокачиваясь на столешницу, от чего халат приподнялся, ещё больше оголяя ноги.
Рон подошёл ближе, снимая с себя джинсовку.
— Чтобы дружить с вами, мне обязательно заливать в себя бутылку огневиски? — спросил рыжий, оттягивая халат на место и прикрывая бёдра гриффиндорки. — Это всё из-за вашей нервной работы!
Гермиона, вывернувшись, протянула руку и включила чайник.
— Ну, не у всех есть популярная сеть магазинов волшебных товаров. Надо как-то зарабатывать на жизнь, — пожала плечами Грейнджер.
Она с аппетитом доедала круассан и протянула один Избранному.
«Всё-таки завтракать такой вкусной выпечкой — это отдельное удовольствие».
— Никогда не поверю, что ты ходишь на эту работу ради денег, — отмахнулся Уизли, открыв холодильник. — Ты в курсе, что яйца протухли?
«Там были яйца?»
— Теперь, да, — кивнула Гермиона.
«И снова эти нравоучения…»
«Вечно он так. И когда мы успели поменяться местами?»
«Хотя с другой стороны… Ты бы слегла с заболеванием желудка, если бы не Рон и его забота».
Поттер, улыбаясь, смотрел на друзей и, кажется, снова почувствовал себя третьим лишним. Хотя таковым не являлся.
— Гарри, я купил новую метлу! — похвастался Рон. — На выходных жду вас с Джинни и Джорджем. Устроим игру в квиддич два на два. Гермиона — судья.
Гарри с Гермионой переглянулись. Дела, что разворачивались сейчас перед ними, совсем не предвещали свободных выходных. Последовало неловкое молчание.
— О, понятно, — протянул рыжий гриффиндорец. — Вы вообще в курсе, что мы с Джинни не клуб поддержки министерских трудоголиков?
— Рон, но это правда важно. Сомневаюсь, что мы управимся до выходных, — понурил голову Гарри.
— А в чём дело? — напрягся Уизли. — Нужна помощь?
«Дело. Должны показывать репортаж. Что же Кингсли решил сказать магловским репортёрам о тех взрывах и земных толчках?»
— Точно! Давайте включим телевизор. Должны показывать новости, — спохватившись, вылетела из кухни Грейнджер.
«Я совсем забыла».
«Артефакты. Кража. И он…»
Сердце привычно сжалось от напоминания, но девушка тряхнула головой, выгоняя прочь эти мысли.
«Нет! Хватит. Прошло столько времени. Забудь. Просто всё забудь. Вы поработаете над делом и разойдётесь, как в море корабли. Как взрослые, цивилизованные люди»
.
«Ты уже давно не та дурочка, что поведётся на его мерзкие игры. Так что выше голову. Этот самодовольный, гнилой ублюдок не стоит переживаний. Он вообще ничего
