метрах от каменного стола хозяйка впилась взглядом в то, что якобы разглядывал Константин, и не обратила внимания на расширившиеся глаза и высохшие слишком быстро слезы Ириэль.
— Милый, ты не мог бы наведаться в нижние этажи и проверить все ли в порядке? Боюсь, Орг затеял какую-то шалость, а мне надо срочно переговорить с гостьей. Я кстати оставила там для тебя подарок. Не благодари.
— И не думал, — Константин все еще продолжал изучать карту, — можете говорить при мне. Вряд ли я узнаю что-то новое, так что не стесняйтесь.
— Что ты! У меня нет от тебя секретов, — искренне обиделась Дэа, как и у Ири, правда, дорогая? Что ж, я просто хотела ввести ее в курс дела, но если Орг опять погасит камин, я не стану тебя греть. Помнишь, как в прошлый раз нам было хорошо?
— Не помню, — Константин удивленно посмотрел на Дэа, неужели она надеется, что такой дешевый трюк сработает? Но увидев, как сузились зрачки Ириэль, осекся.
— Так вот… — как ни в чем не бывало продолжила Дэа.
Дальше слушать не имело смысла, и Константин скрестив пальцы под столом вернулся к наблюдению за своими подданными. Дэа догадывалась, на кого он сделал главную ставку: стремление Люциса объединить озлобленный Таррполис и нейтральные горы Элейна в противовес ее островам было очевидным. Но вот о припрятанном до поры козыре она точно не подозревала. Подножка ждала ее в самом сердце подвластного ей королевства.
Глава 26. НАШЕСТВИЕ НА ЭЛЕЙН
Мне снился сон. Маман шла по улице. Я узнал город, это был Снурк. Ее волосы, которые я считал крашеными, были абсолютно белыми, как луч лунного света, упавший на ее голову и плечи.
Как она оказалась в этом мире, почему идет по городу дауров так уверенно, словно знает его давно? Она кого-то искала — заглядывала во дворы, прислонялась к окнам. Я окликнул ее, не надеясь, что меня услышат, но она обернулась, посмотрела рассеянным взглядом и пошла дальше. Не узнала. Мне стало страшно. Я понимал, что это сон, но слишком она напоминала признак, бродящий по пустым улицам и выискивающий кого-то в мире живых.
Я проснулся. Сердце колотилось о ребра. Но стук, который я принял сначала за стук сердца раздавался извне. Кто-то громко стучал в дверь.
Было темно и я не мог определить время суток. Окно комнаты, которую нам на троих выделили в Цитадели выходило во внутренний двор, и это не прибавляло освещения. Сначала я подумал, что красные отсветы на стенах отбрасывает маленькая красная луна, восходившая каждую ночь на восточной стороне неба, но когда я выглянул в окно, понял, что обе луны уже скрылись за горизонтом. Скоро рассвет, а то, что я принял за розоватые блики Дэа оказалось светом факелов в руках бурграхов, метавшихся во дворе.
Тарима и Кери в комнате не было, я быстро оделся и вышел по короткому коридору на порог, остановился и наблюдал за разворачивающимся передо мной хаосом. Когда это мне надоело, поймав за рукав бежавшего не слишком быстро бурграха, я спросил, что происходит.
— Дауры пришли, — был не очень понятным его ответ.
От удивления я ослабил хватку и бурграх, вывернувшись, исчез в темноте. Пришлось самому искать дорогу в тронный зал. Пару раз меня чуть не сбили с ног и даже не извинились. Неужели дауры такие страшные?
Гелион свернулась клубочком на троне, словно и не вылезала из него все это время. Перед ней стояли четверо — близнецы, джати и смотритель Путей были уже здесь. Я поспешил к ним, понимая, что многое пропустил. В курс дела меня ввел Тарим.
Начиная с полуночи у границ Холодных Гор начали появляться отряды ксантипской армии. Пока не ясно, как они смогли подобраться так близко незаметно для разведчиков Элейна. На мой вопрос, где остальные хозяева домов, Гур ответил, что они уже выдвинулись со своими отрядами навстречу противнику.
Значит, стену построить не успели. Но о том, что бурграхов застали врасплох речи тоже не было — шестирукие громилы всегда были готовы отразить нападение, и ничего, что последнее время желающих нападать на них не было.
В сопровождении отряда королевской охраны мы вышли из дворца и через открытые дворы цитадели отправились к северным воротам. Вокруг кипела работа. Бурграхи в форме цвета грозовой тучи уже построились и отряд за отрядом покидали высокие стены.
При появлении Гелион все замирало, солдаты вытягивались в приветствии, командиры одновременно хлопали всеми шестью руками — такая странная форма приветствия владычицы — и тоже замирали. Когда мы начали спускаться по склону, я почти оглох.
— В какой стороне находится командование армии дауров? — не поворачиваясь, на ходу спросила Гелион.
— За холмом, напротив северных ворот. Большая часть наших отрядов уже заняла позиции, оставшиеся патрулируют Цитадель и остальные направления.
— Насколько усилена охрана Врат? — продолжала спрашивать королева.
— Оборона организована согласна регламенту чрезвычайного положения, — ответил Гром, мастера готовы разрушить Врата при первой попытке проникновения.
Гелион едва заметно кивнула и, замедлив шаг, остановилась перед дверью в стене, окружавшей старый, кое-где покрытый зеленым мхом каменный дом на склоне горы.
Что могло привести повелительницу бурграхов в столь неприметное место, я понял, как только дверца открылась и из нее повеяло запахом, который ни с чем невозможно спутать — теплый поток воздуха окутал нас, словно мы начали спускаться в метро.
Факелы не понадобились. В темноте хрустальные рога Гелион засветились голубоватым светом. Гром последовал за королевой, по одному мы проходили врата и попадали в мир Путей. Когда дверь закрыли с той стороны, я понял, что Гура нет с нами. Джати остался охранять Цитадель с частью сопровождавшего нас отряда.
Восемь бурграхов, вооруженных до зубов, Гром и мы с близнецами следовали в темноте за сияющими рогами царицы.
За третьим поворотом появилась еще одна дверь. Она был открыта. Яркий свет и свежий воздух врывались в темноту. Я
