Войны Фридриха II, постоянные и блестящие успехи его кавалерии принесли его высокую репутацию, тогда как не произведшая никаких перемен пехота, не проявившая себя новыми схемами или оружием, стремясь восстановить свое превосходство, в результате обусловила тот факт, что во время Наполеоновских войн именно кавалерия продемонстрировала свое явное превосходство на поле боя. Так обстояли дела, пока не изобрели нарезное оружие, а затем нарезное оружие, заряжавшееся с казенной части. Обладая большой дальностью действия и высокой точностью попадания, оно могло производить мощное и разрушительное огневое воздействие.
Теперь перемены сказывались в пользу пехоты, и весь опыт прошлого показал, что для кавалерии будет бесполезным жить только прошлым, надеясь, что она всегда останется успешной. Используя опыт своих предшественников, сегодня нужно пытаться применить старую и испытанную систему использования кавалерии в тех условиях, в которых она всегда действовала успешно и в прошлом.
Когда в XVI веке применение огнестрельного оружия и использование пик и алебард дали пехоте такое большое преимущество, конники того времени предприняли две необходимые меры, чтобы приспособиться к оружию, оказавшемуся настолько смертоносным в руках их оппонентов. Одна мера связывалась с возвращением первого использования конников на войне. Иначе говоря, вооружением конников как пехоты и использованием лошади только для быстрого перемещения. Таким образом были сформированы драгуны, которые использовались в течение многих поколений.
Другая система заключалась в том, чтобы скакать и стрелять из пистолетов прямо в лицо пехотинцам. Когда мы подойдем к рассмотрению организации кавалерии в будущем, то более полно рассмотрим лучшие реформы, побуждавшие кавалерию добиваться большего преимущества на основе применения современных принципов боя.
Что же касается особенностей боя в тех случаях, когда кавалерия сражалась против кавалерии, то бросается в глаза, что та сторона, которая вводила в действие последний резерв, наверняка одерживала верх. Вот почему полагалось, чтобы конница всегда сохраняла резерв. Нет более опасного времени для конницы, как в минуту после успешной атаки. Люди и лошади запыхались, линии пришли в беспорядок, повсюду суета, приказов не слышат или не слушают, и всякая атака свежих сил неприятеля в эту минуту беспорядка почти наверняка будет удачной.
Кавалерия всегда зависела от состояния лошадей. Если они не находились в соответствующем состоянии, если пренебрегали состоянием их копыт и не следили за их спинами, то лошади вскоре погибали, и тогда конница оказывалась бесполезной.
Кавалерия никогда не должна сдаваться, по крайней мере на открытой местности. Это должно быть аксиомой. Конница всегда должна прорываться, если же это оказывается невозможным, то рассеяться поодиночке, чтобы таким образом уйти от преследования. Отмеченными свойствами она всегда отличалась от других родов войск, которым это сделать трудно. Прекрасным примером служит случай, рассказанный в ХХ главе о Зейдлице, который прыгнул вместе со своей лошадью с моста, чтобы не быть захваченным в плен.
На поле сражения кавалерией всегда трудно управлять. Она легко рассыпается, и затем ее трудно собрать. В конном строю она может действовать только на удобной для этого местности. Конница не может вести оборонительного боя, но должна встречать атаку атакой. Конница не должна падать духом при неудаче, поскольку опрокинутая кавалерия может вновь собраться и атаковать, уверенно одерживая победу.
Кавалерия одинаково необходима, чтобы прикрывать отступление разбитой армии, и для преследования врага, когда одерживают победу. Атака кавалерии должна быть быстрой и не ожиданной, производиться решительно и энергично. Когда дается приказ атаковать, осторожность уступает место доблести и ярости.
По сравнению с другими солдатами кавалеристам полагается быть более толковыми, лучше обученными. Во время несения охранной службы, патрулирования и разведки конникам часто приходится полагаться на самих себя и действовать по обстановке. Подобные качества далеко не всегда требуются в пехоте или в артиллерии.
Глава 32. Организация конницы и ее подразделение
Линейная, или тяжелая, кавалерия
Тому, кто следит за развитием военной науки в последние двадцать лет, совершенно очевидно, что значительные улучшения в огнестрельном оружии существенно изменили условия ведения военных действий, область боевого использования кавалерии во многом сузилась и возможности достижения успеха существенно уменьшились. Система Фридриха II Великого сделала свое дело. Теперь нам пора подвести итоги и принять новую систему, которая бы подходила для современных реалий ведения боевых действий.
Опыт Франко-прусской войны позволил установить несколько основных моментов. Во-первых, он показал, что даже храбрейшая кавалерия, смело и энергично атакующая, почти наверняка будет перебита ужасным разрушительным огнем винтовок, заряжающихся с казенной части, и другого оружия. Прусская пехота, уверенная в мощи своего оружия, встречала натиск атакующих французских конников, находясь в своем обычном строю, и отражала последних исключительно силой огня. Во время битв при Верте, Марс-ла-Туре и Седане, независимо от того, с какой стороны производилась атака или откуда пехота встречала атаку, результат в равной степени оказывался катастрофическим для кавалерии.
При Верте французские кирасиры атаковали необычайно доблестно, но были почти полностью уничтожены. Однако их усилия вовсе не оказались напрасными, поскольку остановили продвижение пруссаков и фактически прикрыли отступление французской армии.
При Вионвиле атака кирасир и улан Бредова почти оказалась для них роковой, однако ее следует рассматривать как успешную, потому что удалось предотвратить удар, который почти наверняка привел бы к поражению прусской армии и, следовательно, во многом способствовал победе. Конники принесли огромную жертву, но, повторим, конечный результат возместил все потери.
Эти атаки были единственными, которые можно считать до известной степени успешными, число же тех, которые оказались безрезультатными, очень велико. Так, например, при Вионвиле днем 16 августа генерал Фруассар приказал, чтобы генерал де Прейль немедленно атаковал пруссаков, иначе будет все потеряно.
Атаку произвели доблестным образом в две линии. Кирасиры отважно устремились вперед, но были встречены таким огнем, что их строй нарушился, и они оказались вынужденными отступить. За несколько минут потери французских кирасир составили убитыми и ранеными 22 офицера, 208 нижних чинов и 243 лошади. Прусская пехота не потеряла в ходе этой атаки ни одного солдата.
Атаки при Седане привели к тому же – огромные потери кавалерии и никакого результата. Из опыта войны 1870–1871 годов, полученного ценой огромных потерь и почти полного уничтожения пожертвованной для этого конницы, есть возможность при известных обстоятельствах выиграть время в критическую минуту, остановить натиск врага и даже склонить колеблющийся исход сражения на свою сторону – во всех таких случаях принесенные жертвы окупаются достигнутым результатом. Но обстоятельства современной войны таковы, что случаи, когда возможно не напрасное жертвоприношение, весьма редки, и, следовательно, действия кавалерии на поле боя в соответствии со старой системой весьма ограничиваются.
Все же в будущем будут случаи, когда кавалерию могут ввести в сражение, чтобы атаковать пехоту или другие рода войск, следовательно, всем армиям полагается иметь некоторое количество кавалерии, соответствующим образом обученной, оснащенной и организованной. Принимая сказанное как допущение, сделаем вывод, что одна четвертая часть кавалерии должны быть такого типа, и тогда возникает вопрос о том, как ее следует вооружить, оснастить и организовать.
Сама идея предполагает, что если хоть частично начать использовать другое вооружение, то необходимо произвести особые изменения, чтобы кавалерия смогла начать применять некоторые из новейших изобретений ради собственной выгоды. Конница уже делала это с огнестрельным оружием, на некоторое время, но впоследствии опять вернулась к образу действий Александра Великого. И все же рыцари, взявшие на вооружение петронели, сделали в то время лучшее из того, что было возможно.
Первая идея, которая приходит в голову, – это вооружение современной конницы теми же винтовками, что и у пехоты. Однако это оружие, требующее тщательного прицеливания и спокойной стрельбы, поэтому оно совершенно не подходит для конников в бою.
Конники, скачущие по открытому полю, являются крупной и явно выставленной мишенью для припавших к земле пехотинцев, которые, в свою очередь, почти не видны конникам издали. Следовательно, стрельба из винтовок с коня не должна допускаться ни против пехоты, ни против конницы. Таким образом выходит, что конница при атаке не может извлечь никакой пользы из самой совершенной винтовки.
