— То есть вы, — взорвался Перси, — никакой, к чертям, не интендант? И вас специально подгоняли под этих сволочей? Под прикрытием, что ли? Боже, какие мы идиоты…
Загребайло не успел ответить, потому что Тхор, вдруг забарабанив всеми четырьмя руками по панели, испустил победный крик такой громкости, что мы чуть не присели.
— Вот оно! — возопил он. — Старый, совсем старый рукав, никто даже не помнит, кто его построил, но те, на крейсере, о нем наверняка не знают! Сейчас, через восемь минут, поворот — и все, утю-тю…
— А куда мы выйдем? — бросился к пульту Перси.
— Да никуда, в общем, там пустое место, но оттуда уже вызовем патруль, и…
— Погодите! — перебил Тхора Загребайло, внимательно всматриваясь в матрицу предполагаемых координат выхода. — Вот это везет так везет! Тхор, тормозите перед поворотом! Тормозите, мы должны потащить их за собой!
— Вы свихнулись? — не выдержал я. — Куда их тащить? У нас и так времени в запасе не осталось, они сейчас нас достанут!
— А! — отмахнулся Загребайло. — Что вы все трусите, Сэмэн? Там, в этой системе, прямо сейчас стоит большущая учебно-боевая группа ВКС Земли! Мы этих орлов вытащим аж тепленькими…
Тхор повернул голову, коротко глянул на нашего мучителя и рявкнул:
— Все в кресла! Приготовиться к повороту!
Перси тотчас же скользнул в кресло первого пилота и пристегнулся, а мы с Вилли заняли места второго навигатора и бортинженера.
— Сколько там того коридора? — отрывисто спросил Перси у Тхора. — Почему ты уверен, что мы успеем выйти раньше, чем они нас достанут?
— Коридор оборван, мы выходим в необитаемую систему на границе облака Альттона, — ответил ему гранг. — Ходовое время по коридору — пять минут плюс-минус туда-сюда… На пределе мы успеваем, но за моторы я уже не поручусь.
— Черт с ними, с вашими моторами, новые купите! — вмешался нервно ерзающий Загребайло. — Это я вам могу гарантировать. Главное — маневр, и готовьте связь на меня сразу же после выхода.
— Понял, готовлю, — отозвался Перси.
— Начинаем торможение! — выкрикнул Тхор.
Когда ударили носовые тормозные двигатели, мне на секунду показалось, что наш старик «Гермес» жалобно вскрикнул от боли. Я даже закрыл глаза. Но тягач выдержал — оттормозившись почти до трех М, мы ввалились в поворот, и Тхор тут же потянул на себя тугие сектора газа маршевых моторов. На дисплеях диагностической системы компрессоров началась сущая свистопляска.
— Идут! — восторженно выкрикнул Перси.
Он мог бы и не орать, мы с Вилли и так видели картинку на мониторах кругового обзора — вражеский крейсер, начавший тормозить почти одновременно с нами, вошел в давно заброшенный подпространственный коридор следом за «хвостом» «Гермеса». Дистанция опасно сократилась, и теперь мы не смогли бы уйти от него ни при каких обстоятельствах.
— Две минуты до выхода, — сообщил Тхор.
Я до боли закусил губу. Кажется, у меня даже поплыло перед глазами — по крайней мере, Перси, передававший Загребайло обруч системы дальней связи, показался мне каким-то размазанным.
— Повоюем теперь! — вдруг услышал я неистовый визг Тхора и в то же мгновение ощутил, что мы вывалились в реальное пространство.
Тхор ударил по тормозам, одновременно уводя наш «поезд» вниз, и тут полыхающий дюзами крейсер возник прямо над нами — выйдя из коридора, он не успел оттормозиться, и теперь, чтобы открыть огонь или, тем паче, брать нас на абордаж, ему пришлось бы совершать маневр радиусом в два миллиона километров. Загребайло же, не теряя времени, набрал на виртуальной панели какие-то одному ему знакомые коды и вышел прямо на командующего пока невидимой для нас эскадры.
Крейсер пошел на разворот. Похоже, его экипаж до сих пор не получил данные о присутствии где-то под боком боевых звездолетов Земли — а может, они, увлеченные погоней, не дали себе труда включить средства обнаружения. Тхор тем временем медленно тянул «Гермес» в сторону от вражеского корабля, с каждой секундой увеличивая тому градус маневра. Опытный военный астронавт, он знал, как потрепать противнику нервы. В какой-то момент он резко газанул, и теперь крейсеру пришлось менять еще и плоскость разворота.
Я понимал, что выигрываем мы в лучшем случае несколько минут: один же черт наш гораздо более маневренный и быстроходный противник подойдет вплотную, и тогда уже никакое искусство пилотов не поможет нам избежать абордажа. Но Загребайло, сидевший прямо напротив меня, выглядел даже веселым. Подмигнув мне, он вытащил из кармана флягу и сделал добрый глоток.
— Держи, Сэмэн, — предложил он мне. — Будь уверен, в этом деле вы не прогадали.
Я машинально взял емкость и хотел было возразить ему какой-то колкостью, но так и замер с раскрытым ртом. Преследовавший нас крейсер неожиданно ударил тормозными двигателями и прекратил маневр. Секундой позже его медленно обошла длинная острая игла земного корвета.
Тхор оттолкнул от себя штурвал и поник в кресле.
— Можно готовить карманы, — едва слышно произнес он. — Воевать на тягачах меня все-таки не учили…
Часом позже мы вошли в кают-компанию флагмана, и навстречу нам шагнул осанистый седой генерал с огромными бакенбардами и трубкой в зубах.
Мы с Перси невольно вытянулись, а Тхор, сотворив руками некую сложную фигуру, резко вздернул свои длинные уши вертикально вверх и замер, как статуя. Повернувшись к нему, генерал поднес ладонь к козырьку фуражки и, широко улыбаясь, проквакал что-то по-грангиански. Тхор расслабился, несколько раз кивнул башкой и отошел в сторону.
— Дорогие друзья! — заговорил генерал, пожимая нам с Перси руки. — Будьте уверены, что благодарность, которую я имею честь принести вам от имени Флота…
Через минуту мы уже пили превосходный коньяк.
Ну, что тут теперь говорить?… Если честно, то нам с сэром Персивалем так и не хватило духу рассказать Вилли о том, что подмену контейнеров мы заметили еще при загрузке! Да-аа… моторы мы в этой гонке сожгли напрочь, но зато компенсацию от Флота получили царскую и контракт на следующие три года подписали уже на других условиях. Гиперинтендант Загребайло оказался самым настоящим тыловиком, только вот служил он, знаете ли, в контрразведке. Странный тип, честное слово. Но и это еще не все. Когда мы с Перси отправились наконец в банк решать вопрос с кредитом, вежливая секретарша принесла нам на переговоры по чашечке маринованной морской капусты.
Так что кредит мы в тот раз не получили. Но — хоть Тхору и смешно, — если кто-нибудь когда-нибудь сунет мне под нос эти самые мешки… у меня ведь до сих пор иногда руки трясутся!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
