перемену, — с отчаянием произнесла женщина. — Ты станешь бесплотным духом!
Рианет осмотрелась, но не смогла никого увидеть. Болото выглядело пустым.
— О да, зато человеческий разум идеально заточен для божественных превращений, — хохотнул мужчина. — Я не собираюсь оставаться собой. И, в отличие от вашего ритуала, мой вполне известен. Давно ли люди отказались от создания духов-защитников?
Леди Дельсийе уловила едва заметное движение и осторожно подошла к зарослям осота. Протянув руку, она хотела раздвинуть траву, но ее пальцы прошли сквозь колоски так, будто Рианет была призраком. И тогда она, осмелев, пошла вперед.
Там, на небольшой полянке, сидели двое. Усталый седой мужчина и женщина, вокруг которой колыхалось марево.
«Одна из безымянных богов, — с восторгом поняла Рианет. — Во многих книгах было написано, что внешность богов на фресках вымышленная, поскольку никто не мог разглядеть черты их лиц!»
— Принеся себя в жертву, ты лишишься собственных желаний, — хмуро проговорила богиня. — Твоей целью и твоим счастьем будет благополучие семьи. Именно семьи, ведь духа-защитника привязывают на кровь.
— Или на клятву, — усмехнулся мужчина. — Я все продумал. Те, кто не дадут клятву, не получат доступа к лабораториям и к особым коридорам-порталам.
— Но ведь…
— Мою жену и дочь бросили на съедение диким зверям, — он устало посмотрел на богиню, — а я был вынужден наблюдать. Ты правда думаешь, что у меня остались какие-либо желания? Я славно отомстил и хочу уйти. Из меня получится превосходный дух-защитник.
— Потомки обязательно все испортят, — вздохнула богиня.
— Я найду себе помощников, — пообещал он. — Иди, я же вижу, что тебе уже больно. Как там, на изнанке?
— Странно, — она пожала плечами, — мы меняемся. Один из нас уснул, и его магия… Она откликается на молитвы, но сам он не просыпается.
— Значит, и вы в итоге станете чем-то вроде меня.
Знойный полдень сменился дождем. В корнях огромного, мощного дерева лежал тот седой мужчина. Его тело до половины было погружено в темную, непрозрачную воду. Удивительно, но из-под воды виднелся краешек наклонно установленного круглого алтаря. Того самого, на котором сейчас идет сражение!
Вскинув руку, мужчина вырезал на своей груди последний знак, и все прочие кровавые надписи загорелись зеленым болотным огнем. Огнем, от которого пошли крошечные искорки.
— А сердце мое будет навеки сохранено в главном ритуальном зале Болотной Крепости, — выдохнул он и закрыл глаза.
Еще несколько мгновений, и Рианет вновь видит вокруг себя реальность.
— Тебе лучше сдаться, некрос, — чужое зловонное дыхание коснулось обоняния леди Дельсийе, — или она умрет.
Бросив взгляд вниз, Рианет поняла, что кристаллический щит был разбит. Мысли леди Дельсийе путались, слишком многое на нее обрушилось, и она не сразу смогла понять, что за ее спиной стоит безымянный монах.
Да еще и болотные огоньки бились об стену, об одну из отполированных плит.
— Рианет!
Нэйр был ранен. Левая рука повисла плетью, а рукав был пропитан темной кровью. На круглом алтаре остался лежать ректор.
— Нэйр, разбей плиту, прямо за твоей спиной, — выдохнула Рианет, — скорее!
Келберд обернулся и, судя по всему, смог увидеть болотников. Вот только спешно выпущенное заклятье оказалось бесполезным.
— Я сказал, сдавайся, — отрывисто повторил безымянный монах. — Встань на колени, подними руки за голову и…
— И молись о том, чтобы безымянные боги приняли твое жертвенное подношение.
Монах дернулся всем телом. Он, прижав Рианет к себе, резко обернулся и сдавленно зарычал, узнав Верховного Жреца. Сама леди Дельсийе видела главу храмовников лишь издалека, но… Кем еще мог быть высокий кряжистый старик с массивным посохом?!
— Ты всех погубишь! — выкрикнул безымянный монах. — Жертва наших богов пропадет зря!
— Они знали, на что шли, — сказала вдруг Рианет. — Они засыпали один за другим и не слишком-то об этом беспокоились. Дух Академии показал мне кусочек прошлого. Я видела богиню, видела, как зарождалась Болотная Крепость.
— Отпусти девочку, — приказал Верховный Жрец. — Все твои пособники отправились к богам.
— Нет, — выдохнул монах. — Ты не знаешь, кто соблюдает постулаты истинной веры!
Из-за спины Верховного вышел невысокий невзрачный мужчина. Он открыл записную книжку и начал лениво, скучающе зачитывать имена. Бесконечно длинную вереницу имен.
На краткое мгновение безымянный монах забыл обо всем, он жадно вслушивался в то, что произносил его противник. Этим воспользовались Нэйр и Лин-Торванс. Сдвоенное заклятье ударило по монаху и Рианет, разделив их. Безымянный отлетел к стене, а леди Дельсийе оказалась в руках любимого.
— И, разумеется, Виккари Лейн, ваша самая одиозная последовательница. — Мужчина захлопнул записную книжку. — Вы ведь рассчитывали, что мы не узнаем о ней, верно? Господа, вы едва не сорвали нам десятилетнюю охоту.
— Силки были расставлены слишком широко, — с отвращением произнес Лин-Торванс. — И если бы не мои студенты, я был бы принесен в жертву. Леди Дельсийе, что вы делаете?
Рианет, погрузившись в медитативное состояние, подошла к телу ректора и, зачерпнув пальцами его еще теплую кровь, устремилась к стене. Болотные огоньки слились воедино и приняли форму колдовского знака. Леди Дельсийе не знала его значения, они такого еще не проходили. Но она была уверена в том, что совершает благое дело. И потому она смело обвела знак по контуру. Крови хватило с трудом, но…
Через секунду послышался звон. Как будто что-то где-то разбилось. А еще через несколько мгновений послышалось биение сердца. Вначале оно прерывалось, как будто отвыкло. А после звук стал ровным, мерным.
— Кто-то пытался убить духа-защитника, — Рианет задумчиво улыбнулась, — но у него были помощники.
— А мы считали, что это просто выдохлись старые ритуалы, — тихо сказал невзрачный мужчина. — Вы не узнаете меня, леди Дельсийе?
Она с сомнением посмотрела на него и задумчиво проговорила:
— Нет, но могу предположить. Вы мэтр Бриер?
— Верно, — он кивнул. — Вы сможете освободить студентов и снять защитный купол с Академии? Я, признаться, трачу очень много сил на сопротивление охранной системе.
Эти слова были обращены к декану Лин-Торвансу.
— Я смогу. — Над алтарем появилась Кадрия Элеарская. — Защита была активирована ныне покойным ректором, снять ее можно, только принеся кого-нибудь в жертву.
— С чего бы нам вам
