разрезам на полу и потолке, я использовала меч, но маньяк закрылся щитом. Конечно, я не собиралась всерьёз вредить ему, скорее просто напугать, максимум — разрубить палочку. Но для него этого оказалось недостаточно. Когда загорелся коридор, я, вероятно, попыталась разрушить его щит «Редукто», «Бомбардой» или другим взрывным заклинанием, но сил не хватило, и их просто отразило в сторону — в стены, в ближайшую дверь. Одно, должно быть, куда-то мне же под ноги — в результате меня отшвырнуло в сторону окна. А дальше я, возможно, попыталась сбежать хоть как-нибудь. Уничтожила окно и часть стены — у меня, среди прочего, был при себе магический предмет, очередная «шутка» близнецов Уизли, — Гермиона достала из кармана небольшой стеклянный шарик и показала его остальным. — Есть такое заклинание трансфигурации, «Дуро», делает любой объект, даже ткань или жидкость ненадолго твёрдыми, как камень. А есть и обратное, «Флюидум», которая на пару минут делает твердые материалы, даже камень и дерево, жидкостью. Оно сложное, шестой курс, сама бы я наколдовать такое не сумела. Близнецы запечатали его в шар, и, если произнести заклинание и разбить его, чары срабатывают на ближайшие предметы.
— А что мешало просто выбить окно «Фенестрой»? — спросил Моррис. — Там даже осколков в раме не останется.
— Я пока не умею им пользоваться, — неохотно признала ведьма. — Есть много способов разбить окно, но я, вероятно, уже запаниковала и поступила именно так, как поступила. Во всяком случае, следы «Флюидума» там потом нашли в виде «капель» камня и стекла внизу и в коридоре. Последнее, что я успела сделать, это использовать «Флагранте». А после — не знаю, возможно, в меня попало оглушающее заклинание, возможно, обрушилась часть пола, но так или иначе — я выпала наружу из окна. Ну, а там меня уже поймал Люциан Боул, за что ему огромное спасибо. Не думаю, что падение с шестого этажа на землю мне бы понравилось, — попыталась она свести всё к шутке, но всё равно получилось слишком уж мрачно, да и улыбка у ведьмы получилась совсем неубедительной.
— Вы теперь встречаетесь? — спросила одна из девочек, кажется, её фамилия была Пикс.
— Н-нет, — смутившись, Гермиона резко замотала головой, заставив и без того непослушные волосы спутаться ещё сильнее. — Он на три года меня старше, к тому же я с Гриффиндора, а он — со Слизерина. Какие у нас могут быть отношения?
— А разве это так важно? Один факультет или разные.
— Обычно нет, но Гриффиндор и Слизерин… У нас особый случай. И давайте вернемся к маньяку, — резко сменила Грейнджер тему. — В общем, уже через неделю, в лазарете, когда ко мне начали пускать друзей, я попросила одного из старших Уизли использовать «Приори Инкантатем» на палочку и узнала, что последнее моё заклинание в тот вечер, как я и сказала, было «Флагранте».
— Это которое обжигающее проклятье? — уточнил кто-то.
— Нет, похожее. Заклинание «Флагранте» позволяет писать в воздухе огнём, — объяснила Грейнджер и вывела палочкой в воздухе свои инициалы, провисевшие в виде огненных линий ещё несколько секунд, прежде чем исчезнуть. — Вряд ли я собиралась перед побегом оставить маньяку какое-нибудь оскорбительное послание, так что мы пришли к выводу, что я, опасаясь худшего, оставила записку для других. Но беда в том, что к тому времени, как мы об этом узнали, коридор давным-давно отремонтировали. Мы опросили, наверное, с полсотни человек, чтобы воссоздать всю картину, добрались и до привидений, и даже пришлось общаться с мистером Филчем и домовыми эльфами, которые потом убирали разрушения. Но в итоге мы смогли напасть на след. Удалось узнать достаточно точно, что перед падением я выжгла на полу несколько смазанных букв: «з. П. Л.».
— «З» это, видимо, «злодей»? — спросил Макэвой.
— Да, это было первое, о чём мы подумали. Сложности начались с «П.Л.». Мы с самого начала предположили, что я узнала преступника, иначе не стала бы давать такую туманную подсказку себе или другим. А потом пришлось сесть и перебрать всех студентов, кого я в школе знаю хотя бы по имени, чтобы выбрать подходящих. Патриция Льюис, Лайон Паркер… мы проверили всех с такими инициалами, но это оказалось бесполезно.
— И только к маю вы догадались, что на самом деле «П» это не имя и не фамилия? — спросил один из магглорождённых.
— Да. Мы… — ей явно нелегко было признавать свою ошибку. Но ведьма всё-таки пересилила себя и продолжила: — Я не могла подумать, что преступником окажется один из учителей. Хотя стоило бы… Профессор Локхарт — мы начали следить за ним скорее уже от безнадёжности. И представьте себе наш ужас, когда однажды вечером он просто вышел из своего кабинета и попытался в одном из коридоров оглушить Колина Криви, первокурсника с нашего факультета. Оказалось, что я дралась в тот раз с профессором Защиты от темных искусств.
— Но ведь в газетах писали, что он действовал не по своей воле. Что он был одержим, — возразили ей.
— Был, это я могу подтвердить. В тот раз он шел, держа в руках странную тетрадь, бормотал что-то себе под нос, а за ним следовал призрак. Причем даже не плыл, а шел по полу, только беззвучно. Красивый парень, по возрасту — старшекурсник, может, даже выпускник. И на нём была школьная форма Слизерина. Он отдавал команды, а профессор слушался. Приказал напасть на мальчика, потому что «нужно ещё немного магической силы», а потом вмешались мы втроём. В этот раз обошлось без меча — «Ступефай», «Экспеллиармус», «Риктусемпра» и так далее. Простые чары, но их хватило, чтобы выиграть время и достаточно нашуметь, а потом на помощь прибежали старшекурсники. Все к тому времени давно уже были на нервах, и народ собрался быстро. Профессор сумел отбиться ото всех, нескольких даже оглушил, но ничего смертельного старался не применять, хотя призрак кричал ему иное. До того, как подоспели учителя и деканы, он сумел отступить к подземельям и скрыться там. Как позже выяснилось — ниже обычных коридоров и классов находился тайный вход в лабораторию Салазара Слизерина, одного из основателей школы, открыть который можно лишь произнеся пароль на языке змей.
— Профессор Локхарт был змееустом? — удивилась Пикс.
— Нет. Призрак слизеринца был. Он заперся там внутри, а профессора и деканы остались охранять дверь и ждать авроров, которым уже послали сообщение. Они появились через полчаса, сразу два десятка человек. Кто видел, говорят, что они аппарировали в Хогсмид, а оттуда неслись бегом. Все, даже немолодые. Ну, а потом учеников разогнали по спальням, а авроры пошли внутрь за преступником. Остальное вы, полагаю, из газет знаете не хуже меня, — пожав плечами, добавила Грейнджер. — Внизу
