с трудом разлепила опухшие от сна глаза. Под ребра мне снова прилетело — только на этот раз носком кованого сапога, так что я подлетела как ужаленная.
— Себя так пни под копчик! — Заявила я, отодвигаясь в тень, подальше от стражников. Они переглянулись с тревогой во взгляде.
— Ты откуда тут? — Спросил один.
— С нее … ба упала, — зевнула я и махнула рукой, — в общем, я ведьма. И прибыла сюда, как и должна была, за королевским судом и наказанием. Мне.
Стражники дружно рассмеялись, один из них отдал товарищу копье и подхватил меня под локоть, увлекая к первой из решеток, что перегораживали пространство перед дворцом.
— Уж не знаю где ты дыру сыскала, бродяжка, чтобы попасть сюда. Вот нам мороки другой больше нет, как гонять вас, оглоедов бездомных, от дворцовых ступеней. Что, на пороге трактира тебе ночевать не разрешили, да? — Приговаривал он, уволакивая меня от дворца.
— Я ведьма! — Вопила я и упиралась ногами, отчаянно спотыкаясь при этом. — Меня сюда специально везли наказывать! Если не веришь — сейчас чего-нибудь сколдую с тобой, только чур не жаловаться, потому что я тебя предупредила. Отпусти меня!
Стражник замедлил шаг, о чем-то подумал, затем рывком поставил меня перед собой и подбоченился:
— Ну валяй! Наколдуй мне чего-нибудь! — И он ехидно осклабился.
Я шмыгнула носом. Потом слегка напряглась.
— Желаю тебе простыть, так, слегка, но зато надолго, — спокойно сказала я и сложила руки на груди. Стражник вдруг скорчил рожу и принялся судорожно ощупывать свое лицо двумя руками, издавая короткие испуганные вопли. Двумя руками он дергал себя за нос — в каждой руке по носу, прекрасная симметрия, на мой взгляд.
— Э! Ты чого? Верни как надо! — Растерянно вопил он, оглядываясь на товарища, который так покатывался со смеху, что поронял все оружие.
— А хочешь — я тебя убью? — Проникновенно спросила я, заглядывая ему в глаза. Стражник попятился и испуганно замахал руками, забыв уже что у него два носа.
Неожиданно второй стражник заткнулся, а рядом с нами образовалась высокая тощая фигура в темных одеждах с короткой синей мантией, едва прикрывающей лопатки.
— Это еще что такое? — Хищно спросил пришедший и внимательно оглядел оробевшего двуносого стражника, а затем меня. — Ты сделала?
— Я, — сокрушенно вздохнула я, — он не верил, что я ведьма.
Тощий снова поглядел на стражника и велел мне:
— Сделай как было!
— Пожалуйста, — разочарованно пожала плечами я и легко взмахнула рукой, хотя в этом не было надобности, — вот, держи свой драгоценный один штука носа. В следующий раз верь услышанному.
Тощий отпихнул стражника и схватил меня за плечо, с силой вдавив пальцы:
— Имя! — Резко выдохнул он мне в лицо, затем другой рукой вцепился в мое левое запястье, развернув его вверх, и принялся осматривать.
— Джуди Прист, — представилась я и тощий на мгновение оцепенел. Он медленно поднял глаза и как-то иначе посмотрел на меня. Мне стало зябко и не по себе. Ну, начинается.
— Ведьма Джуди Прист? — Тихо уточнил тощий и принялся осматривать мою правую руку. — А метка где? Зачем ты ее спрятала?
— Как где? Где обычно — на левой руке, — удивилась я и подняла означенную конечность к своим глазам, метки там не было, — сказать честно — я не в курсе куда она делась. Но она была. Рандаргаст видел и подтвердит если что.
— Рааандаргаст, — с хищным прищуром протянул тощий и вдруг одним движением швырнул меня в стражника, велев тому, — к старшему мэтру ее! Не слушать, не разговаривать, не прикасаться. А ты …
Он вдруг схватил меня за шею, и я почувствовала от его прикосновений болезненный холод, а потом что-то с силой сжало меня. Схватившись за шею, я с невыразимой тоской ощутила плотное кольцо ошейника.
— … идешь со стражником и делаешь все, что тебе скажут, — закончил тощий, склонившись прямо к моему лицу, — без этих ваших бабских выпендрежей. Вернусь — лично пообщаюсь с тобой, поверь, у меня к тебе есть много интересных вопросов.
Легким стремительным шагом он направился к решетке, на ходу открывая ее каким-то замысловатым магическим жестом. На этот раз ошейник сидел так плотно, что передавливал мне дыхалку и причинял неудобство.
— Магистр Порядка, — пробормотал стражник, боясь прикоснуться ко мне. Он топтался рядом, не зная как заставить меня двигаться. — Надо же как! Лишь бы теперь не наказали нас! Ну, давай, ведьма, иди!
И я пошла в сторону замка. У ступеней нас перехватил второй стражник, вручив товарищу его оружие и с недоумением посмотрев на меня.
— Я к старшему мэтру, — коротко пояснил тот, что вел меня, — ты, если что, никому не сказывай, что тут было, а то нам обоим влетит.
— Ясно дело! — Кивнул второй, провожая нас взглядом, в котором читались страх и неодобрение. Мы вошли во дворец каким-то невзрачным, незаметным в тени колоннады входом, что был в дальнем углу — явно для таких вот неторжественных встреч, вроде моей. Тяжелые тени дворцовых коридоров немедленно легли мне на плечи, будто свинцовая мантия.
— Что же ты так-то, ведьма, — не выдержав, заговорил стражник, качая головой, — зачем же ты пришла, коли знаешь, что тебя накажут? Ну и бежала бы себе куда подальше. Да хоть у кого из дивных жить бы осталась — они вас, ведьм, любят.
— Так надо, — выдавила я сквозь зубы, и мы оба замолчали, пересекая коридоры, поднимаясь и спускаясь по ступеням, переходя по галереям и снова ныряя в темные причудливые закутки. Я очень быстро потеряла чувство направления, впрочем, не особо думая о том, куда меня ведут. Явно не на завтрак, к королю в гостиную. Хотя я бы не отказалась пожрать. Наконец, когда у меня уже начала кружиться голова — то ли от всех этих поворотов и переходов, то ли от голода, — мы остановились перед непримечательной дверкой и стражник постучал. Услышав невнятный бубнеж, он приоткрыл дверь, сунул туда голову и с безграничным почтением в голосе сообщил:
— Магистр Порядка из Ордена велел доставить вам некую ведьму … виновную вроде.
— Впусти! — Велел ему густой мягкий голос. Стражник открыл дверь пошире и впихнул меня внутрь. Дверь с силой захлопнулась. Я огляделась: большое светлое помещение, в котором я оказалась, было по всем стенам, от пола до потолка, увешано полками. На них стояли книги, туго затянутые в переплеты из кожи, дерева и металла, а также грудами валялись свитки. Прямо по курсу виднелось окно, длиной во всю стену, вдоль которого располагался столь же бесконечно длинный стол, заваленный всякими любопытными штуками. Справа, у маленького окошечка, за неудобной
