Славин обратился к водителю:
— Игорь, вот сейчас у тебя хорошая возможность доказать, что «Волга» — это не «Москвич». Сам же меня не раз убеждал в этом.
Шофер, не отвечая, еще крепче взялся за руль и сильнее нажал на акселератор. Скорость резко возросла. Наконец, уже на самой окраине, впереди показалась автомашина. Вскоре все поняли, что это «Москвич».
— Он, — тихо сказал Славин и приказал: — Оружие к бою! — Помолчав, обернулся и попросил: — Хлопцы, если придется стрелять, ради бога, не цельтесь ему в голову и левую часть груди, так хочется с ним живым поговорить!
«Волга» настигла «Москвич» как раз у крайних домов, Славин приказал водителю:
— Включи сирену!
Сквозь рев мотора послышался пронзительный вой сирены. Казалось, что от этого воя даже снег завихрился сильнее. Но «Москвич» не остановился, только взял чуть левее. Славин передернул затвор пистолета и левой рукой опустил стекло. В салон занесло снег. Славин попытался прицелиться в заднее колесо «Москвича», но глаза мгновенно залепило снегом.
Майор приказал водителю:
— Игорь, возьми чуть левее, чтобы удобнее было прицеливаться.
Водитель взял чуть левее, и теперь правое колесо «Волги» вспаривало на дороге, как раз по центру колеи «Москвича», нетронутый, свежий снег. Славин высунул руку с пистолетом. В жизни ему не раз приходилось стрелять, но сейчас этот выстрел был особым. И еще, Славину, который никогда в жизни не гонялся за славой, в эти секунды очень хотелось поразить цель с первого выстрела. Тот, кому приходилось стрелять по бешено вертящемуся колесу, знает, как трудно попасть в него. А тут еще ночь, метель, тряска...
Глухо ударил выстрел, и «Москвич» заюлил. Колесо пробито! Щедров, очевидно, попытался удержать машину на дороге, но «Москвич», вильнув несколько раз в сторону, слетел в неглубокий кювет. Вверх взметнулось целое снежное облако. Оно не успело опуститься, а работники милиции были уже возле «Москвича». Щедров в этот момент открыл дверку и выбрался из машины. Он судорожным движением выхватил из кармана наган и направил его на Славина, но мощный удар кулака Мочалова опрокинул бандита в снег. Подрезов крепко зажал руку с оружием и отобрал его. Славин достал из кармана наручники и протянул их Мочалову:
— На, Ваня, примерь это ему.
Послышался металлический щелчок, и преступник был обезврежен. Владимир Михайлович взял у Подрезова наган и, обращаясь к Мочалову, сказал:
— Да, Иван Петрович, по заключению экспертизы пули, обнаруженные в теле Алексея Васильевича, выстрелены из этого оружия...
64
СЛАВИН
Наконец морозы спали. Но зима, несмотря на то, что на улице стоял март, еще прочно удерживала свои позиции. Весна пока была только на календаре. Часто ночами улицы засыпало снегом, и на уборку выходила вся техника службы очистки города. Но люди чувствовали приближение весны. Особенно это было заметно вечером седьмого марта. Мужчины задумчиво стояли у витрин магазинов, ломая голову, чем обрадовать любимых, в цветочных магазинах появилась мимоза.
К концу рабочего дня в ленинской комнате собрались все сотрудники отдела. Состоялось собрание, посвященное Дню восьмого марта. Доклад сделала старший следователь Хацкевич, молодая симпатичная женщина, которая после окончания юрфака работала в милиции. Заместитель начальника отдела зачитал приказы министерства, управления и начальника отдела, а Славин вручал отмеченным в них работникам грамоты и подарки.
Неожиданно открылась дверь, и в ленкомнату вошел начальник управления. Он сделал Славину знак «продолжай, мол» и тихонько присел на свободный стул. После вручений грамот и подарков майор поздравил присутствующих с праздником и, не закрывая собрания, сказал:
— К нам прибыл начальник управления. Я так думаю, товарищ генерал, что вы прибыли к нам исключительно по поводу праздника.
Генерал улыбнулся и, направляясь к столу президиума, ответил:
— Вы правильно подумали, Владимир Михайлович.
Генерал поздравил собравшихся с наступающим праздником и сказал:
— Я хочу поздравить и вашего начальника Владимира Михайловича Славина... — В зале грохнул дружный хохот. Генерал весело смеялся со всеми, а потом, продолжая улыбаться, пояснил: — Сегодня ему присвоено очередное специальное звание «подполковник милиции».
Все дружно зааплодировали.
Славин встал и смущенно смотрел на сотрудников, чувствуя их хорошее отношение к себе.
После собрания генерал вместе со Славиным зашли в кабинет. Посидели, поговорили о проблемах милицейской жизни.
— Владимир Михайлович, что ты скажешь, если мы будем рекомендовать тебя на должность начальника ОБХСС города?
Славин задумался и по привычке начал чертить на чистом листе бумаги какие-то фигурки.
Затем он поднял на генерала глаза.
— Раз вы меня спрашиваете, значит, такое предложение можно понимать не как приказ?
— Конечно.
— Тогда бы я отказался.
— Почему?
— Ну, во-первых, я в ОБХСС никогда не работал...
— Но начальник райотдела курирует эту службу, и, как я вижу, ты вполне справляешься с этим. Твое отделение постоянно занимает первое место в городе. Да и опыт работы в милиции большой, лично я уверен, что ты потянешь этот участок работы.
— Спасибо, товарищ генерал... и за предложение, и на добром слове спасибо, но разрешите мне еще здесь поработать. Если признаться вам честно, то много задумок имеем.
Славин откровенно поделился своими мыслями и сказал:
— И мне очень хотелось бы это новое интересное дело довести до конца.
Генерал встал, прошелся по кабинету, остановился напротив Славина. Подполковник тоже поднялся со стула.
Генерал сказал:
— Ну что ж, может, ты и прав, Владимир Михайлович. Давай работай пока здесь, а мы будем помогать осуществлять тебе твою задумку...
Славин проводил начальника управления к машине и, когда тот уехал, предупредил дежурного, что пойдет домой. Накануне праздника он решил прийти домой пораньше. Еще в обеденный перерыв он забежал в ГУМ, купил подарки и большой букет мимозы. Владимир Михайлович шел по улице, с удовольствием вдыхая свежий, слегка морозный воздух. Вдруг он услышал женский голос. Кто-то неуверенно звал его по имени. Славин обернулся. Перед ним стояла незнакомая женщина и вопросительно смотрела на него. Она снова спросила:
— Вова, ты?!
Славин присмотрелся к ней внимательно и ахнул: перед ним стояла Козлова.
— Козлова, Лена? Откуда?
Они обнялись и поцеловались, вызвав удивленные взгляды прохожих.
