Монаху проще было бы усыпить его пулей милосердия, но это не было бы так больно, а Монах жаждал отомстить за девушку.
Второй темнолицый выпустил девушку и пустился наутек. Он успел сделать только два прыжка. Монах настиг его и заключил в свои медвежьи объятия. У парня сломалась рука. Сила Монаха была неизмеримой. Удар ладонью по голове — и нападавший уже лежит без сознания.
Девушка поблагодарила Монаха слабой улыбкой, и он засиял от гордости.
— В укрытие! — строго напомнил ему Док.
— Зачем? Пусть покрасуется, кокетничая с нею, и даст себя подстрелить, — предложил Хэм.
Монах, поманив за собой девушку, нырнул под защиту камней.
Какое-то время стояла напряженная тишина, изредка разрываемая выстрелами. Друзья перевели свои скорострельные пистолеты в режим одиночных выстрелов. Почти каждая смуглая голова, появляющаяся в их поле зрения, получала начиненную химическим составом пулю, после чего немедленно наступал глубокий сон. С такой сверхъестественной меткостью Мохаллет и его люди никогда не сталкивались.
Вскоре головы перестали появляться.
Док вполголоса обратился к девушке. Он перепробовал различные диалекты арабского языка и местные наречия племен, обитающих в пустыне.
Наконец девушка обрадовалась и быстро заговорила.
Док послушал ее и покачал головой: — Она говорит на языке, который в отдаленном прошлом был сирийским, но сейчас настолько искажен, что мне потребуется несколько часов разговора с нею, чтобы правильно понимать друг друга.
Док снова перешел на язык пальцев. Он медленно формировал слова, делая большие паузы между ними. Так опытный телеграфист передает текст новичку.
Ответ занял много времени.
Потом Док перевел ее рассказ остальным.
— Они перехитрили ее. На берег ее привезли ночью.
Она не видела, как копали ямы и прятались. С нею была небольшая группа людей. Когда они увидели приближающуюся подводную лодку, инсценировали панику. Девушка попыталась бежать во время этого переполоха, и ей это удалось. Конечно, она и не подозревала, что они специально создали ей условия для побега.
— Я так и знал, что она не виновата, — обрадовался Монах.
— Ребята, держитесь все вместе! — сказал Док. В следующую секунду на том месте, где он стоял, никого уже не было.
Док направился в ту сторону, откуда он слышал незадолго до того голос Мохаллета. Он хотел, если удастся, захватить негодяя. Это убийца, и пока он на свободе, людям грозит опасность.
Кроме того, Мохаллет был в центре всех событий последних дней. Нет сомнений, что он мог бы объяснить присутствие здесь этой необычной девушки с белыми волосами, которая может изображать английские слова пальцами, но не умеет произносить их вслух и которая испытывает ужас перед таинственными дикарями, которых называла Белые Звери.
Док не сомневался: попав к нему в руки, эта темная личность расскажет все, что знает. У Дока имелось немало способов заставить человека говорить.
Мохаллета, однако, он не нашел.
Зато наткнулся на притаившегося человека с ружьем и в бурнусе. Тот успел только испуганно вскрикнуть, прежде чем удар железного кулака оглушил его.
Еще один из бойцов Мохаллета увидел бронзового великана издали. Он вскинул ружье и выстрелил, но когда пуля долетела, видимой цели уже не было, только каменная россыпь да раскаленное небо.
Люди Мохаллета отступали, напуганные сверхъестественной меткостью стрельбы тех, на кого они напали.
Внимание Дока привлекли выстрелы с той стороны, где была подводная лодка. Он нашел высокий выступ скалы, откуда было видно, что происходит.
Джонни и Длинный Том подвели лодку ближе к берегу, очевидно, рассчитывая впоследствии вступить в бой. Намерения их были хорошими. Но при подобном повороте событий, этот шаг оказался пагубным.
Немного дальше по берегу люди Мохаллета спустили на воду легкие лодки с навесными моторами, погрузились в них и теперь, стреляя, неслись к подлодке.
Вокруг "Ныряющей" вода пузырилась от выстрелов. Это не были пули милосердия! Этот град свинца нес смерть.
Джонни и Длинный Том вынуждены были из-за слишком большого численного перевеса арабов отступить с палубы. Лодка не могла погрузиться, так как была слишком близко к берегу. Уйти на более глубокое место уже не было времени, палуба кишела людьми Мохаллета.
Мохаллет был в одной из лодок. Он склонился над люком.
— Сдавайтесь! — закричал он по-английски. — Иначе мы сбросим глубинную бомбу!
Несколько секунд было тихо. Слышали или нет слова Мохаллета в подводной лодке, было неизвестно.
— Сдавайтесь! — повторил Мохаллет. — Иначе мы также убьем тех, кто на берегу!
Видимо, Джонни и Длинный Том чуть-чуть приоткрыли люк. Последовал разговор вполголоса, поэтому Док ничего не смог расслышать. Затем люк открылся и Мохаллет со своими людьми заползли внутрь подводной лодки.
Под прикрытием валунов Док возвратился к своим друзьям и беловолосой девушке.
Ренни заметил своим гулким голосом: — Похоже, мы попали в переделку.
— Да, — подтвердил Монах, — мы явно попали в полосу невезения.
Док медленно кивнул. Хотя по его лицу нельзя было догадаться, какие чувства он сейчас испытывает, он обвинял себя в непредусмотрительности. Как он мог попасть в такую примитивную ловушку! Он должен был обнаружить спрятавшихся на берегу людей, как бы хитро они не замаскировались.
Все объяснялось тем, что внимание его отвлекли переговоры с беловолосой девушкой.
Вслух Док произнес: — Потеря бдительности. Небрежность неминуемо должна была привести к проколу. И привела.
Монах безуспешно пытался поговорить с девушкой на пальцах.
Сокращенные слова, которые она употребляла, приводили его в отчаяние.
— Будь я проклят, — пожаловался он, — эта ее стенография решительно на по мне.
— Давай, я попробую, — сказал Док. — Мне не терпится услышать ее историю.
Однако, разговору не суждено было состояться. Не успел Док изобразить и десятка знаков, как с "Ныряющей в ад" раздался громкий крик:
— Эгей, Док Сэвидж!
Это был голос Мохаллета.
Док не ответил. Он считал, что молчание должно несколько поколебать самоуверенность Мохаллета.
— Я хочу заключить с вами сделку! — донеслось с лодки.
— Какую? — хотя Док и не повысил голос, его было слышно на далеком расстоянии.
— Такую, которая сохранит вам жизнь!
— Не будете ли вы так добры объяснить, что именно угрожает нашей жизни сейчас? Ведь та свора псов, которую вы именуете своими последователями, опасности для нас не представляет.
