Мохаллет разразился проклятиями. Потом снова закричал:
— Уаллах! Вам никогда самим не выбраться отсюда!
Док расхохотался от души. Смех его выражал полную уверенность, что он сможет добраться отсюда до Баштана.
Мохаллет поменял тактику:
— Мы убьем ваших людей, которые в наших руках!
— В чем заключается сделка? — спросил Док.
— Вы вернетесь на борт и принесете с собой механизм, необходимый для погружения, который вы забрали. За это обещаем вам жизнь. Мы не причиним вам вреда и возьмем вас с собой.
— Мы не вчера родились! — прокричал Док.
— При чем тут дата вашего рождения? — не понял Мохаллет. Видно, в американском сленге он не ориентировался.
— Я просто хотел сказать, что мы не настолько наивны, чтобы поверить вашим обещаниям!
Прозвучало еще несколько проклятий.
— Каковы ваши условия? — спросил Мохаллет.
— Вы и ваши люди должны покинуть лодку. Все до одного!
— Нет! — взвыл Мохаллет.
— В таком случае вам придется полностью нам доверять и держать нас в курсе происходящего. Лодку поведет наш экипаж, и мы доставим вас на ней куда вы захотите.
— Уаллах! Это нам подходит! — слишком поспешно принял предложение Мохаллет.
Ренни сжал свои огромные кулаки.
— Вот мерзавец! Да он же не собирается выполнять условия!
— Как и мы, — . холодно заметил Док. — Не было сказано ни слова о том, что мы не попытаемся одолеть Мохаллета, если представится возможность.
Глава XIV
Поцелуй свиньи
Док, трое его людей и беловолосая девушка пошли к берегу. Оружие было при них.
— Эй, Док, — прошептал Монах. — У тебя ведь нет никакого механизма. Куда ты его спрятал?
— Я ничего не снимал.
Монах заморгал маленькими глазками: — Значит, это Джонни и Длинный Том что-то…
— Что-то придумали, — закончил за него Док. — Видимо, они сами что-то сняли и сделали вид, что эта деталь у нас.
От "Ныряющей в ад" отчалили лодки. В каждой было всего по одному человеку.
Ренни ворчал: — Устраивает представление, чтобы мы поверили в честную игру.
В скалах за спиной друзей появились коричневые бойцы. Они решительно сжимали в руках оружие, но не стреляли и не приближались, так как уже научились с большим уважением относиться к этим своим противникам.
Док с друзьями сели в лодки. Девушка нерешительно последовала за ними. На ее красивом лице застыло страдальческое выражение.
— Она переживает, что втравила нас в такую неприятность, — догадался Монах.
Док обратился к ней на пальцах.
— Не надо о нас тревожиться.
Она с трудом улыбнулась.
— У нее сильный характер, — признал Хэм, рассеянно играя тростью.
— Жаль, что мы не успели выслушать ее рассказ.
— С этим придется подождать, пока не наступят перемены к лучшему, сказал Док. — Стоит нам хоть чуть-чуть замешкаться, как этот лис Мохаллет придумает какой-нибудь хитрый ход, чтобы нас потопить.
На борту Мохаллет со своей свитой встречал Дока и его товарищей. Оружия у них не было видно.
— Видите, мы свое слово сдержали, — ласково замурлыкал Мохаллет. — А теперь сделайте одолжение, установите на место снятую вами деталь.
Он обшаривал Дока взглядом, стараясь понять, где же спрятана эта деталь.
Док спросил требовательным тоном:
— Где двое моих людей?
Привели Джонни и Длинного Тома, без следов побоев, но со связанными руками.
— Разрежьте веревки! — сердито бросил Док.
Его приказ выполнили.
— А теперь мы пойдем вниз и вернем на место механизмы, — заявил Док.
— Только все вместе, будьте добры! — распорядился Мохаллет.
Хабеас Корпус, вислоухий поросенок Монаха, все время был при нем. Монах ни за что не расстался бы с такой великолепной возможностью досаждать франтоватому Хэму. Спускаясь вниз, Монах нес своего забавного любимца на руках.
Тесной группой они двинулись вперед. Девушка и Мохаллет шли последними.
Док очень тихо прошептал на ухо Длинному Тому:
— Так что же вы там сняли?
— Ничего! Я просто закоротил некоторые провода, подающие ток к механизму руля погружения и всплытия.
Мохаллет заметил, что они обменялись несколькими словами, но ничего не расслышал. Он протиснулся к ним.
Притворная улыбка обнажала его неестественные драгоценные зубы. Попустительствовать всяким заговорам за своей спиной он не собирался.
— Само собой разумеется, все разговоры должны вестись в моем присутствии, — ухмыляясь, заявил он.
Док Сэвидж бесстрастно выслушал это, а потом заговорил вполголоса.
Резкие гортанные и щелкающие звуки быстро следовали один за другим.
Мохаллет вперил свой единственный глаз в Дока. Второй оставался неподвижным, как у мертвеца. Мохаллет не понял ни единого слова! Впрочем, никто, кроме него и Монаха, и не слышал ничего.
Мало кто мог бы понять эту речь. Это был язык древних майя в чистом, первозданном виде. Народ майя жил когда-то в Центральной Америке. Он обладал высокоразвитой цивилизацией, не уступавшей цивилизации Древнего Египта, а может быть, и превосходившей ее.
Док и его друзья научились этому языку у горстки оставшихся в живых потомков древних майя, когда были у них, в неизвестной всему остальному миру долине, затерянной в горах Центральной Америки.
Эта долина и стала впоследствии источником сказочных богатств Дока. В ней находилось месторождение золота с практически неисчерпаемыми запасами. Потомки майя добывали это золото. У них был мощный радиоприемник.
На связь с ними Док выходил в заранее обусловленные дни ровно в полдень. Достаточно было ему передать, по своему радиопередатчику несколько слов на языке майя, как через несколько дней ему отправляли караван ослов, нагруженных сокровищами. Стоимость груза обычно измерялась миллионами.
Это богатство имел право использовать только Док, и только для осуществления цели своей жизни — карать зло и устранять несправедливость, где бы они ни появлялись на всем земном шаре.
Мохаллет ничего этого не знал, и его озадачили странные слова. Зубы его по-собачьи оскалились и он рявкнул:
— Извольте говорить на тех языках, которые я понимаю!
Док никак не отреагировал. Монах, улыбаясь и почесывая за ушами поросенка, сказал мягким голосом:
— Я отнесу малыша в свою каюту.
— Ты останешься с нами! — приказал Мохаллет, при этом его злое лицо уродливо исказилось.
Монах удалился, не обращая на него внимания. Мохаллет в ярости посмотрел ему вслед, но ничего не предпринял. Док и остальные двинулись дальше. Несколько коричневых бандитов тем временем присоединились к Мохаллету. Двое или трое из них прошли вперед. Они даже не скрывали, что опасаются подвоха.
