Несомненно, демоны относятся именно к таким жестоким созданиям.
Сняв с шеи нечаянно снесенную с петель оконную раму и аккуратно поставив ее у стены, Ифиторель одним прыжком преодолел расстояние от окна до кровати. Деликатно стукнув разок по балдахинному столбику и сочтя, что приличия соблюдены, демон высунул из драпировок свою рогатую голову и широко улыбнулся, показывая белые зубы.
– Простите, я по срочному делу. Надеюсь, я не прервал вас на самом интересном ме… О! Да вы еще и не начали? Замечательно! Мне просто повезло! Слезь с него, девушка. Отпусти эту штуку! Кому говорю, отпусти мебель, а то поломаешь! Да что же это такое делается… У-у-у-уф! Брось столб! Кому говорю, брось! Ты смотри, какая упорная девица!
– Не смей поднимать руку на мою невесту, а не то… – грозно, как ему казалось, начал Квайл, но был немедленно засунут под одеяло, обездвижен и лишен возможности говорить– расшитая бисером думочка Найсы была словно специально создана для изготовления импровизированного кляпа.
Отлетевшая в угол Найса-Мария с шипением тигрицы попыталась дотянуться до лица демона, но он лишь усмехнулся и бросил в сторону строптивой красавицы ее собственный чулок. Побывав в руках чужака, родной предмет туалета неожиданно вытянулся в нескончаемую ленту и кинулся на хозяйку, стараясь привязать ее к торчащему из стены крюку.
Найса-Мария завизжала…
Тем временем этажом ниже Аарус Густ закончил приготовления к операции и, мельком взглянув на часы, занялся тщательным осмотром хомункулуса. Черри вздрагивал от щекотки и ежился под пальцами алхимика. Кдрат невозмутимо наблюдал за процессом, сидя в углу. На его невыразительном лице необъяснимым образом читалась насмешка – передовое, по человеческим понятиям, оборудование лаборатории Ааруса явно казалось гномьему садовнику примитивным.
Отщипнув от плеча Черри (невзирая на его протесты) микроскопический кусочек кожи, Аарус поместил его под увеличительную трубу и…
И немедленно в дверь начали тарабанить.
– Кто там?! – рявкнул алхимик.
Стук повторился гораздо настойчивей.
– Черт! И после этого Хиля будет утверждать, что у нее приличное заведение! Даже на минуту невозможно уединиться!
С прощальным скрипом ломаемых филенок дверное полотно упало на коврик, постеленный у входа. Три коротких ноги и один деревянный протез решительно ступили сверху.
– Гномы?! – изумился алхимик, оглядывая гостей.– Какого лешего?
– Здрасьте,– бодро отрапортовал первый визитер, приветливо помахав обрубком верхней конечности.– Мы за катализатором.
Кдрат придушенно застонал.
– Что-то я ничего не понимаю,– встряхнул волосами алхимик, поворачиваясь к гостю.– Почему они заявились сюда? Кдрат? Это не к тебе, случайно?
Садовник лишь обреченно махнул копаткой.
– Не успели… – догадался Аарус.– Что же… Мой ученик уже взрослый человек и должен сам отвечать за свои поступки. Третий этаж. Комната Найсы-Марии.
Кдрат деликатно кашлянул.
– Ах да! – вспомнил алхимик.– Если вы порядочные лю… гномы, то нанесете визит не ранее чем через десять минут. Мы обещали. Ох, боги, что это?..
Крик Найсы-Марии проник через перекрытие и ввинтился в уши подобно набату, заставляя вибрировать барабанные перепонки. Садовник вопросительно глянул на Ааруса, но ответный выпученный взгляд алхимика отлично заменил слова. Версию о том, что невинный студент поразил воспитанницу мадам Брунхиль настолько, что она заорала, словно ее режут, всерьез не рассматривал никто.
Десяти минут выдерживать не стали.
Бросились на третий этаж, спотыкаясь на плохо освещенных ступеньках и толкая друг другу на тесных площадках. Затем вышибли запертую дверь сразу в четыре плеча и остановились.
Найса-Мария бешено дергалась в тесных перекрутках невообразимо длинного чулка. Веселые занавески в розовых бутонах пытались сорваться с карниза и улететь на свободу в голое, лишенное рамы окно. Квайла в комнате не было.
– Шустрый мальчик,– не скрывая одобрения в голосе, произнес алхимик.– Не жалею, что взял его в ученики. Чувствую, большое будущее у парнишки. Чем-то меня в молодости напоминает, без дураков. Умение вовремя смыться – полезная для алхимика штука. Кдрат, будь другом, развяжи девушку. Господа гно… ах, вы уже и сами сообразили. Что ж, тем проще.
– Где он? – коротко спросил один из визитеров, наклоняясь к Найсе-Марии.– Где?
К чести Найсы-Марии надо сказать, что она не растерялась. Другая девушка на ее месте, скорее всего, упала бы в обморок или закатила истерику, встретившись за такой короткий промежуток времени сразу с несколькими странными существами. Но Найса-Мария только оскорбленно отшвырнула от себя короткопалую ручку гнома, мстительно изорвала в клочья присмиревший чулок и ответила почти спокойно:
– Если о моем женихе, то его здесь нет. Наглый черноволосый демон утащил Квайла с собой прямо из-под ме… прямо из кровати. Сказал, что он чертовски похож на одного древнего мага родом из этих мест и оттого позарез нужен городу для какого-то там неотложного дела. Обещал вернуть. Клялся, что, в случае удачного завершения дела, одарит, чем только пожелаем.
– И парень согласился? Поверил? Пошел на поводу у демона? – поразился алхимик.
– Нет,– язвительно возразила Найса-Мария.– Но сразу после демона в окно влетел ангел! Как полагается, с белыми крыльями и нимбом на затылке! Он повторил речь демона почти слово в слово! Что оставалось делать Квайлу?!
– Черт и ангел просят об одном и том же? – задумался Аарус.– Какая же напасть стряслась в городе? Что-то я ничего особенного не заметил…
Из частной коллекции начальника карантинной камеры
Восстановленные файлы памяти утилизированных «глаз», работавших в графском замке
После нескольких дней, наполненных событиями через край, бездеятельное ожидание на крыше казалось чем-то кощунственным. Время идет, а мы сидим. Пару раз я даже тайком попытался подстегнуть медлительные секунды, но, увы, ничего не получилось. Видать, обретенная способность оказалась явлением кратковременным. А жаль.
Вторая самозабвенно загорала неподалеку, задрав юбку выше колен и подставив лицо солнышку. Толстяк, как и положено лучшему другу, отирался рядом. От безделья он крутил в руках доставленные «Прометеем» нитки от скатерти-самобранки, и артефакт послушно выдавал «на стол» крошки, постепенно делая Третьего похожим на приготовленную к жарке пухлую котлетку, щедро обвалянную в толченых сухарях.
Строго на противоположном краю крыши расположились Положительные.
Отгородившись крыльями, группка из трех полевых работников нервно курила ароматические лавандовые цигарки и делала вид, что нас здесь нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
