Момент был скользкий. Выпали сейчас паренек «хочу быть самым главным демоном мира», и быть беде. А потом что? Взятки гладки. Но рыжий малец не подвел, сдержал слово. Величественным жестом указав на подготовленную пивную бочку, студент коротко сообщил, куда следует идти джинну. Выражение студенческого лица при этом было таким, что и я, и Вторая, и ангелы, и куратор поняли: парень с трудом удержался, чтобы не назвать другой адрес, весьма популярный в народе.
И хорошо, что удержался. Не представляю, что случилось бы, выполни джинн приказ дословно.
– Порядок,– удовлетворенно выдохнул куратор.– Сейчас он уберется, и нарыв как раз вскроется. Вот сейчас… Поднесите Рыжего к бочке! Затыкай бочку, Рыжий! Затыкай! Умница! Прирожденный герой! Уф, закончили… Пятый, выдай Ифиторелю обещанный нагрудник Владыки. Вторая, помоги Третьему и боевой группе. Мало ли что, будущее – штука капризная.
Тор. Обоз на площади перед крепостной стеной
– Все загрузили? А это откуда взялось? С неба упало? – проворчал Нилс, с сомнением взвешивая в руках пузатую пивную бочку.– Пустая…
– Да разве она наша? – удивился Хаспер.– Наверное, из замкового двора прикатилась. Ох, неладно стало в графском семействе после смерти пана Венге Коварного: то колдовские искры во все стороны, то табор цыганский, то взрыв башни… Теперь вот еще хлеще, джинна в город выпустили! И ведь что самое обидное – в завтрашних сплетнях опять все спишут на мафию. А при чем здесь мы? Ни при чем, ты свидетель. Видел только что, как этот зеленый пакостник горящее копье метнул?
Нилс, полностью погруженный в свои думы и не видящий ничего вокруг, рассеянно кивнул.
– Если бы не рыжий паренек, хана бы замку! – подвел итог Хаспер.– На лету поймал и затушил – не побоялся, молодец! Правда, не пойму, за каким чертом он на висячий мост полез. Тоже, наверное, со странностями. Так что с бочонком? Выбрасывать?
– Клади, в хозяйстве все сгодится,– махнул рукой Нилс.
– Молодец, сын мой! – похвалил настоятель с передней телеги.– Так, отпущения грехов тут, документы тут, продукты в дорогу на месте… Ну что, трогаемся? Ты не передумал?
Нилс молча покачал головой.
– Простите, пан приор, но мы уж как-нибудь сами,– не удержалась Варуша, независимо вздергивая худыми плечами.– Спасибо вам за награду, мы на эти деньги новый дом отстроим.
– С чугунными решетками на каждом окне,– тихо проворчал Нилс.
– Ладно, будем считать, что никто ничего никому не должен,– вздохнул настоятель, исподтишка косясь на своего бывшего монаха, а ныне вольного человека.– Не понимаю твоего упрямства. Ну что хорошего в деревне? Узкий круг общения, скудная пища для ума, каждый сосед знает про тебя все, вплоть до того, где у тебя сегодня прыщ вскочил.
– Вот и хорошо, что знает,– не скрывая сарказма, упрямо сказал Нилс.– Он про меня, я про него. Мы люди деревенские, простые, нам и узкого круга общения довольно.
– Эк, как тебя на службе Господу просветлило,– непонятно, с одобрением или осуждением, откликнулся настоятель.– Тверд, как скала. Ладно. Удачи тебе, сын мой, в новых начинаниях. С девчонкой решил, что собираешься делать? За деньги в балагане показывать? «Женщина-волчица»?
– Собираюсь выпороть как следует, вернуть родителям и приказать, чтобы одну с этого дня никуда не отпускали,– буркнул Нилс.– Лучше пусть вышивает вечерами. Норма: одна рубаха за три дня. (Варуша недобро зыркнула из-под густых бровей). Племяшка она моя, пан приор.
– Сочувствую,– ничуть не удивившись, кивнул настоятель.– Это сейчас сплошь и рядом. Если бы ты исповеди принимал, то… впрочем, не будем о чужих тайнах. Прощай, Нилс. Береги племянницу, деньги упрячь подальше. Извини, раз тебе не по дороге с нами, то провожатого до границы дать не могу. Но у тебя и так своя охрана имеется. Четвероногая. Да не скалься ты, дочь моя. Это не просто обидная шутка. Посматривай во время пути по сторонам, все же зрение и нюх у тебя не чета человеческому. Оружие какое-нибудь с нашей телеги возьмете?
Хаспер широким жестом профессионального торговца откинул дерюгу с ящика, дав возможность Нилсу изучить содержимое. Нилс изучал содержимое недолго.
– Нет,– отозвался он.– С саблями и мечами я управляюсь плохо. Палицу разве что.
– Дубинку? – хмыкнул Хаспер, с помощью меча разгребая кучу оружия, бесцеремонно сваленного прямо на дно.– Держи, вот тут у нас завалялась одна, за ненадобностью выкинуть хотели. Оружие дикаря.
– Напротив, настоящего мужчины,– с легкой ностальгической грустью возразил Нилс, вспоминая точильщика Рапала.– Настоящий мужчина в своей жизни что должен сделать? Посадить дуб, вколотить в ствол осколки гранита, а когда подрастет, вырезать из него палицу и оковать наплыв железом… Залазь на телегу, Варуша. Нам пора. До деревни не меньше двадцати часов ходу…
Из частной коллекции начальника карантинной камеры
Восстановленные файлы памяти утилизированных «глаз», работавших около башни семейного мага и в графском замке
Пленка нарыва вскрылась с мягким щелчком, словно яйцо, из которого готовится вылупиться змея. Сквозь едва заметную трещинку выползла полоска дыма.
Сам я в данный момент сидел на висячем мосту, раскачивая цепи ногами, и прощался с демоном. Обещанный нагрудник Владыки Ифиторель получил из моих рук и тут же примерил. Как и следовало ожидать, потрепанная роговая конструкция плотно легла на тело, придясь впору. Она всем впору, как я понял. Осталось только заполнить волосяные кармашки в правильном порядке идеальными кристаллами без изъянов, и новый правитель города Отверженных готов диктовать свою волю.
Волосы, из которых были сплетены кармашки, были разноцветными, от золотых и совсем седых до чернильно-черных. Раз, два, три… девять владельцев таскали прежде эти локоны на своих рогатых головах. А вот любопытно, где именно располагается этот город? Как там говорил куратор, сбоку от?.. Знать бы еще, где это самое «от»!
Тонкая лента дыма развернулась, ушла в небо, и на фоне серых туч проступили слабые контуры движущихся фигур. Со стороны замковой крыши послышался лязг металла о металл и чьи-то крики. Ангельские или чертовые – не разобрать.
Представив себе, как сейчас Положительные и наша сборная четверка начнут спорить друг с другом и наперегонки рубить тонкие веточки того, что могло вырасти в реальное будущее, я тихо вздохнул. От зависти к напарникам.
Расценив мой вздох как нечто недоговоренное, Ифиторель ласково погладил еще не заполненный нагрудник и вопросительно повернулся ко мне.
– Ты что-то хотел попросить, но стесняешься? Говори, я слушаю.
Жалкая фраза: «А можно курточку? На память?» так и рвалась с языка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
