— Но тогда, если бы дядин план не сработал и стало бы ясно, что в набеге не замешаны чихуахуа, все пришлось бы свалить на вашего отца. Судя по всему, вы приложили все силы, чтобы сохранить мне жизнь и чтобы сработал тот вариант, когда виновным должны были признать меня.
Анна Лей откликнулась не сразу:
— Мой отец в последнее время постоянно критиковал политику Вашингтона в отношениях с индейцами. И завоевывал все большее число сочувствующих. Уилсон с моим отцом… они не раз спорили по этому поводу публично и наедине. По-моему, Уилсон собирался включить папа в качестве жертвы в свой план задолго до того, как сообразил, что ты подходишь для этого больше. — Она снова откинула назад растрепанные волосы. — Ну и что с того, что я подтолкнула Уилсона к последнему варианту? Уж лучше пожертвовать тобой, чем моим папа!
— Вы чрезвычайно ловко добиваетесь своего, — с холодным презрением сказал Райдер. — Но мы до сих пор не добрались до золота.
— Похоже, ты слишком хорошо меня знаешь, — вздохнула Анна Лей. — Я была готова на все, только не на предательство твоего дяди!
— Значит, вы успели с тех пор передумать, — не удержалась от ехидного замечания Мэри.
— Это он первый обманул меня. — Мелодичный голосок вдруг поднялся чуть ли не до визга.
— Я имею в виду вашу связь с лейтенантом Ривер-сом, — уточнила Мэри. — Именно это предательство побудило его столкнуть вас с лестницы. Сенатору Стилвеллу было наплевать на все наши открытия по поводу резни в каньоне, пока мы не упомянули о вашей интрижке с лейтенантом. Это мигом привлекло его внимание. И он решил отомстить вам, используя нас.
— Он сразу поймет, что это ничего не значит, как только подумает как следует, — пожала плечами Анна Лей. — На что мне сдался этот Девис, когда Уилсон может дать во много раз больше? Я вовсе не собиралась стать лейтенантовой женой!
— Даже со всем тем золотом, что успели загрести? — удивился Райдер. — Уж оно-то наверняка смогло бы оградить вас от мелких жизненных неприятностей.
— Со всем золотом? — зло передразнила Анна Лей. — Сколько я, по-вашему, «огребла» за все заботы и хлопоты? Смею заверить, не так уж и много. Уилсон прибрал все к рукам, чтобы переработать руду в слитки. Да и потом, их нельзя было сразу пустить в оборот, не навлекая на себя подозрений. Пройдет немало времени, прежде чем можно будет воспользоваться этим богатством.
— Но ведь можно было бы утешать себя мечтами.
— Твой дядя отхватил львиную долю, а остальное пришлось делить между всеми.
— Но ведь это даже справедливо, — промолвил Райдер. — Им пришлось пойти на братоубийство.
Анну Лей снова пробрало холодом от его тона — словно сырой, промозглый воздух погреба вдруг высосал из нее все тепло. Она поймала себя на том, что дернулась, как от пощечины.
— Все они отлично знали, на что идут, — попыталась оправдаться мисс Гамильтон. — И приняли эти условия. Многие даже с радостью. Ты сам отлично знаешь, что когда дошло до дела — ни один из них и глазом не моргнул! И в живых не осталось никого, кто мог бы рассказать, что на самом деле случилось в каньоне, — кроме тех, кто все это сделал. — Она упрямо задрала нос, но прекрасный блеск голубых глаз пропал без толку в темноте подземелья. — И никто из них не проболтался!
— В отличие от вас, — устало заметила Мэри, прислонившись головой к стеллажу и закрыв глаза.
Стало быть, это правда. Анна Лей только что подтвердила ужасную правду о происшествии в каньоне. Одни солдаты в голубых мундирах против других. И не ради прав и свободы, а ради золота. Ее ноги продолжали скрести замазку между кирпичами в полу. Стараясь справиться с волнением, она произнесла:
— И все же, насколько я понимаю, вы все еще верите, что сенатор одумается и простит вас. — Анне Лей не требовалось отвечать — Мэри и так знала, что это правда. Она тронула за ногу Райдера и сказала:
— Мы получили все ответы. Что дальше?
Разведчик откликнулся не сразу, как будто не в силах был совладать с обуявшей его яростью.
— Праздновать победу и поджидать врага для последней схватки! — улыбнулся он наконец.
Озадаченная, Мэри безропотно позволила поднять себя на ноги и увлечь в глубь стеллажей с бутылками.
— Куда вы? — обеспокоилась Анна Лей, без толку щурясь во тьму. — Вы что, меня бросаете?
Райдер не удостоил красавицу ответом. Ощупывая рукой ряды бутылок, он обратился к Мэри:
— Есть ли какой-нибудь сорт, который тебе особенно хотелось бы попробовать?
— Райдер, ты же знаешь, я почти не пью, — нахмурилась Мэри.
— Я и не думал, что мы будем пить.
— Но тогда — что же мы…
— Разобьем их! Разобьем их все до одной!
— И будем поджидать врага! — медленно прошептала она, осененная догадкой. — Райдер Маккей, мне нравится ход ваших мыслей. — И она проворно вытащила со стеллажа первую бутылку. — Пожалуй, я начну вот с этой!
Райдер нащупал ее лицо, сжал в ладонях и нежно поцеловал, промолвив при этом:
— Будь осторожна. А я поднимусь наверх, к дверям.
— Я так и думала, — кивнула Мэри. Вскоре она услыхала, как разведчик просит посторониться Анну Лей и поднимается по ступенькам.
Первую бутылку пришлось бросить об пол несколько раз, прежде чем та разбилась. И к тому же звук оказался недостаточно громкий, по мнению Мэри. Потрачено было столько труда, а бутылка разбилась с обидно глухим стуком.
— Вряд ли это кто-то услышит, — посетовала она.
Анна Лей кое-как пробралась в темноте к стеллажам.
— А ну-ка, дай мне. — Ухватившись за стеклянное горлышко покрепче, она швырнула бутылку в ту сторону, где должна была находиться стена, выходившая в коридор, — Надо знать, куда бросать. А я бывала у Уилсона в погребе и раньше.
— Как это мило с вашей стороны! — сухо откликнулась Мэри.
Неожиданная помощь Анны Лей вовсе не разбудила в ней дружеские чувства. Она вытащила бутылку и бросила в нужном направлении. Та моментально разбилась. Она бросила еще, потом еще. Анна Лей присоединилась к ней, и обе дамы принялись швырять бутылки в стену. Где-то над головой раздался тяжелый топот ног. Сенатор Стилвелл мчался по коридору, спасать свою возлюбленную коллекцию марочных вин.
— Он сейчас будет здесь! — прошептала Мэри.
— Да, — откликнулась Анна Лей. — Он идет.
Последнее, что удалось увидеть Мэри, — вспышка света вокруг двери и сенатор Стилвелл, распахнувший ее настежь. Еще она успела подумать, что ей повезло: бутылка, которой Анна Лей заехала ей по голове, оказалась крепкой и не разбилась.
— Уилсон, внизу! — вскричала Анна Лей. — Это ловушка!
Однако предупреждение все равно опоздало. Сенатор уже пересчитывал головою ступеньки своей лестницы, выронив револьвер. Райдер успел как пружина развернуться из своего укрытия и нанести дядюшке сильнейший удар под ребра. Уилсон Стилвелл охнул и полетел вниз, причем с такой силой, что Райдеру вот уже во второй раз за весьма непродолжительный срок пришлось кубарем скатиться с лестницы, будучи увлекаемым падающим сверху телом.
