Сенатор Стилвелл с большой помпезностью распахнул дверь и ввел гостей внутрь, самодовольно и двусмысленно улыбаясь.
— Насколько я понимаю, вас не надо представлять друг другу, — невозмутимо промолвил хозяин и, намеренно не глядя ни на кого из присутствующих, прямиком отправился к боковому столику за бокалом вина.
— О Боже! — прошептала Анна Лей, не сводя глаз с Райдера и прижимая руку к сердцу.
Мэри подумала, что последний жест слишком театрален. Она со все большим скептицизмом разглядывала леди. Холеная ручка Анны Лей легла на низко вырезанный край платья точно в том месте, где наилучшим способом могла бы привлечь внимание к полуобнаженным грудям.
— Маккей, — с запинкой пробормотал Риверс. Его глаза скользнули в сторону Мэри, чье присутствие поразило лейтенанта не меньше:
— Мисс Деннехи!
Мэри обратила внимание на то, что благодаря одинаковым золотистым локонам и младенческим голубым глазам Анна Лей с Девисом Риверсом напоминают пару превосходно дополняющих друг друга персонажей с рождественских открыток. По-мальчишески привлекательная свежая физиономия лейтенанта подчеркивала холеную красоту Анны Лей. Внезапно до Мэри дошло, что их взаимная привязанность во многом обусловлена тем, что в партнере они любили прежде всего свое собственное отражение. Ей стоило большого труда не высказать все это вслух.
Наконец ручка Анны Лей опустилась, а голубые глазки с прищуром уставились на Мэри.
— Итак, — промолвила красавица, намеренно растянув это слово, — ты и есть тот падший ангел, что явился Райдеру на помощь. Ты же была монахиней, не так ли? — Вопрос был задан вовсе не для того, чтобы получить ответ, который и так был известен. Анна Лей окинула Мэри с головы до ног критическим оком и продолжила:
— Наверное, после столь продолжительного воздержания было все равно под кого ложиться — пусть даже это дикарь-полукровка!
Мэри не колебалась ни секунды. В мгновение ока она оказалась возле Анны Лей и залепила такую пощечину, что юная леди отлетела к стене.
— Не распускай больше язык, — предупредила Мэри, — и мне не придется заниматься рукоприкладством! — Краем глаза она заметила какое-то движение со стороны лейтенанта Риверса и добавила, пригвоздив его к месту пронзительным взглядом:
— А ты держись от меня подальше, не то будешь валяться на полу вместе со своей сучкой!
Розовая физиономия лейтенанта стала пунцовой, он пыхтел и пыжился, как петух, собираясь схватиться с Мэри. Это ее ничуть не смутило.
— По-моему, вам следует присмотреть за мисс Гамильтон, — многозначительно произнес Райдер, перехватив взгляд Риверса. — Кажется, ей пустили кровь в первом раунде.
Риверс заколебался, словно его остановили на полпути к поединку с Мэри. Наконец он намеренно шумно перевел дух, якобы утихомиривая бушевавшую в груди бурю, и направился к Анне Лей.
Мэри презрительно повернулась к нему спиной. Лейтенанту ничего не оставалось, как достать носовой платок. Она понимала, что Райдер далеко не в восторге от устроенного ею спектакля, но даже и не думала извиняться.
— Этого нельзя было не сделать, — отчеканила она, возвращаясь на свое место подле мужа.
— Позвольте заметить, что нам удалось начать весьма неплохо, — вмешался сенатор, все еще стоявший у столика с напитками. — Ваше здоровье!
Анна Лей с помощью лейтенанта кое-как привела себя в порядок. Его платком она зажала угол рта. Блестевшие в голубых глазах слезы были самыми настоящими. У Мэри была нелегкая рука, и нежную щечку жгло будто огнем. Мисс Гамильтон холодно промолвила, глядя в глаза Риверсу:
— Убей ее.
— Ох, ради Всего Святого! — возразил Стилвелл. — Неужели нельзя было выдумать ничего более забавного?
Мэри не могла не удивиться. Она была готова поклясться, что сенатор просто сочится самодовольством. И где, интересно, генерал Хатчер с репортерами? Хватит ли им времени, чтобы занягь свои места у дверей? Кажется ли им эта стычка такой же забавной, как сенатору Стилвеллу? Мэри снова посмотрела на Райдера, но не заметила на непроницаемом лице ни малейшего признака тревоги.
Лейтенант Риверс не очень-то спешил выполнять приказ, отданный Анной Лей. Правда, при нем не было оружия — по крайней мере такого, которое бросалось бы в глаза, — но не было похоже и на то, что он вообще намерен подчиняться своей даме.
— Успокойся, — велел он, стараясь в присутствии Райдера руководствоваться своим умом. — Что тебе нужно, Маккей?
— Правду про каньон Колтера, — просто ответил тот.
— Правду? — фыркнул Риверс. — Ты же сам там был!
— Нет, я там не был, — возразил Маккей, глянув в сторону Анны Лей, которая выпалила, прежде чем лейтенант что-либо успел ответить:
— Неужели ты позволишь этому продолжаться?!
Поначалу Мэри показалось, что мисс Гамильтон обращается к Риверсу, однако, не дождавшись его реакции, вынуждена была проследить за злобным, выжидающим взглядом красавицы.
— Это немножко напоминает то, как ведут на заклание овец, — почти извиняющимся тоном заявил Уилсон Стилвелл.
Недоумение Мэри сменилось растерянностью, когда она обернулась и обнаружила, что в руках у сенатора вместо бокала вина оказался револьвер. До нее не сразу дошло, что последняя фраза, равно как и дуло револьвера, имели целью не Анну Лей с лейтенантом Риверсом. Все это направлялось на Райдера.
Хозяин повелительно взмахнул револьвером в сторону лейтенанта и приказал:
— Проверь, нет ли у него оружия. И ради Бога, будь осторожен!
Риверс торопливо приблизился к Маккею. Мэри, инстинктивно кинувшаяся на подмогу мужу, почувствовала, как руки Райдера мягко сжимают ей запястья и отодвигают в сторону. Затем разведчик отпустил ее и поднял руки вверх, чтобы лейтенант Риверс мог его обыскать.
Тот тщательно прощупал все складки одежды, выпрямился и отскочил назад со смешной поспешностью.
— Оружия нет, — доложил от Стилвеллу.
— Удивительно, — надменно приподнял бровь сенатор. — Я не ожидал, что ты допустишь такую оплошность.
— Все мы когда-нибудь ошибаемся, — ответил Райдер, медленно опуская руки. Он тут же обнял Мэри за талию ободряющим и в то же время предупредительным жестом и продолжил:
— Я не ожидал такого оборота событий.
— Никто его не ожидал, племянничек! — осклабился Стилвелл. — Никто! — И, держа их на мушке, приказал:
— Лейтенант, отведи их в погреб. Анна Лей, открой для них дверь. Вам позволяется участвовать в поимке. Я готов поделиться своею славой.
Анна Лей отняла платок от лица. Пропитавшаяся кровью ткань закрывала злорадную, жестокую улыбку. Переводя взгляд с платка на Мэри и обратно, она прошипела:
