она стояла абсолютно нагая, бесстыдно прижимаясь пышной грудью и бёдрами, пошлым движением направляя его широкую ладонь к себе, кладя её на низ впалого живота. Сама же Лецилла потянулась, вольготно демонстрируя женственные изгибы и снова опустила руки ему на плечи.
Демону вдруг стало противно.
Минри бы никогда так не вешалась на мужчину. Она бы никогда не стала так унижаться или завлекать мужчину подобным образом. Ни в одной из ситуаций.
— Да брось, красавчик, — снова прошептала Лецилла, касаясь губами небритой пару дней щеки. Прочертила губами дорожку до губ, чуть потянула своими нижнюю. — Ты не можешь долго сопротивляться… такие как ты ведь всегда предпочитают брать побольше… во всех смыслах…
— Не всегда, — Дамиан вдруг резко отстранился, грубо прищуривая чёрные глаза, бросая короткий взгляд на обнаженную фигуру. Знакомый жест, сулящий лёгкое раздражение. — Побольше хочется далеко не всегда. Перестань брать пирожные у вашего секретаря, Лецилла, тебе они действительно уже лишние.
— Что?! — Она крайне искренне и ошеломлённо захлопала пушистыми чёрными ресницами.
— То. Напомню, что ты получила образование боевого мага. Если этим не только хвастаться, но и пользоваться, будет куда полезнее. Вспомни на досуге, что такое меч и нож. Если планируешь и дальше ходить в таких облачениях, даже советую. Для эскорт-услуг твоего уровня, кружева на располневшем теле — это оскорбительно.
— Ну ты и сволочь, Дамиан, — отчётливо холодно процедила девушка. Наклоняться и подымать пеньюар было бы сейчас ещё более неловко, поэтому она обошлась сложёнными на пышной груди руками да недовольным взглядом. — Все со мной отлично. Если не желаешь, то просто…
— Просто я тебе напоминаю кто есть кто, — куда более неприятным тоном заметил наследник Дархэнаатра. — Мужчина всегда следит за тем, за что приходится платить. А я, — он чуть наклонился к ней, вглядываясь в лучистые зелёные глаза и окидывая фигуру соответствующим взглядом, — за это уже щедро заплатил. Щедрее, чем тебя бы оценил кто-то иной. Так что, пожалуйста. И запомни, дорогая, если сказано отвалить — следует отвалить. Я не чураюсь иных методов.
Он издевательски спокойно выпрямился, даже изобразил этичный кивок головой.
— Всетемных, леди Анкрийски.
Лецилла долго ещё кипела от негодования. После ухода, уже бывшего, любовника мгновенно захотелось раскромсать подаренный дорогущий ювелирный гарнитур. Запустить в стену или изобразить гордость да вернуть подачку громким жестом.
Благоразумие оказалось выше пустой женской досады. И роскошные украшения с бумагами на новую собственность все же перекочевали в сейф, заняв там крайне почётное место.
* * *
Рия тяжело, потихоньку передвигая ноги в грубых чёрных ботинках, дошла до заднего выхода ЛаНрискетона. На большее её не хватило — девушка опустилась прямо тут, усевшись на среднюю ступеньку. Подтянула ноги к себе, сложила на них руки. Почти мертвым взглядом уставилась куда-то вперёд.
С другой стороны дома слышались уже затихающие голоса, короткие разговоры. И пропадающие время от времени шаги — остальная семья готовилась ко сну, Рия была уверена, что та же племянница Агнесса давно заснула.
Боевой маг шумно выдохнула, обнимая колени руками и пряча в них лицо. Внутри было пусто, страшно и темно. А ещё очень-очень больно. От того, как все повернулось, от того, как сложилось. И от собственной беспомощности, когда не ты сама и никто другой не сможет тебя спасти.
Боль личного поражения была меньше осознания другой, горькой правды. Той самой, наконец-то с успехом разбившей все планы на предусмотренное будущее.
В памяти один за другим возникали небольшие сцены прошлого. Сейчас Рия им не сопротивлялась: не могла.
Она делает шаг назад, почти сразу же оступается: садовник ещё не убрал инструменты. Небольшие лопатки мешаются под ногами.
— Держу, — крепкие руки вовремя подхватывают её под плечи, легко подымают обратно.
— Риэль? — она подымает к нему голову.
— Он самый, малышка, — двадцатилетний юноша с улыбкой поправляет ленточки на её аккуратном платьице. — Я к твоему брату, Нерис дома?
— Кажется.
Клатриэль кивает, уже почти разворачивается к дому. Но чуть медлит, вдруг чуть наклоняясь и непривычно посерьёзневшим взглядом рассматривая почти десятилетнюю девочку.
— Что? — Рия отодвигается, смешно хмурится. — Чего ты?
— Запоминаю, — он снова усмехается, протягивает руку, заправляя тёмный локон ей за ухо. — Ты вырастешь очень красивой девушкой, малышка.
Она чуть самодовольно, вот так по-детски прищуривается.
— Надеюсь, что ты вырастешь разумным, — вдруг легко фыркает Рия, глядя на парня.
— Разумным? Ты хочешь, чтобы я был именно разумным? — уже в голос смеётся Риэль. — Я ведь уже вырос, моя маленькая госпожа.
— Не вырос, — резонно замечает она. — Иначе ты бы не говорил всегда про красоту. Лишь про внешность.
— Да, ты права, — с улыбкой соглашается боевой маг. — Но, Рия, твоя красота… она далеко не только во внешности. Ты всегда будешь для меня такой: настолько, просто самой красивой. И я с удовольствием повторю это каждый раз.
Девочка уже мотает головой, понемногу шагая в сторону садовой арки. По-взрослому обдумывая его слова. Почему-то именно этот момент навсегда запомнится в памяти. Как тот, с которого Клатриэль отныне будет всё ближе и ближе.
Брюнетка вздрогнула, зажмурила глаза. Пока она продолжала сидеть в прежней позе, прочувствовав каждое воспоминание.
У Рии не получается встать. По крайней мере, не сразу. Она опирается на локти и колени, подымается на ноги куда медленнее, чем следовало бы.
Соперник издевательски хмыкает. Мотает в руке небольшую кувалду — своё излюбленное оружие. Смотрит на вымотанную девушку, начинает покачивать железку в руках, намереваясь нанести новый удар.
Брюнетка даже не может сопротивляться. Просто не хватает сил.
Тому не хватает буквально полуметра. Резким движением Рию чуть оттесняют назад, пряча за крепкой атлетичной статью.
Клатриэль, недобро глядя на парня, быстро, почти незаметно блокирует удар, откидывая того на значительно расстояние назад. Девушка уже не скрывает тяжёлое дыхание, интуитивно касается взмокшим лбом плеча друга в чёрной форме академии.
— Что тут делают выпускники?! — от трибун слышится повышенный тон преподавателя. — Адепт ДерВангель, потрудитесь покинуть полигон.
— Профессор Тамсин, это же первокурсники! — резко возражает тот, продолжая стоять перед Рией, частично закрывая её спиной. — Адептка ИуренГаарских не может выходить в полный спарринг, Вы же видите, что она не готова, это слишком!
— Риэль, не надо, — тихо бормочет девушка ему на ухо. — Мои проблемы, что я не справляюсь…
Профессор Тамсин, поджарый узколицый брюнет, раздраженно поджимает губы.
— Адепт ДерВангель, потрудитесь покинуть занятие, — ледяной голос. — Так же жду у себя докладную о Вашем внезапном отношении к занятиям первого курса. Несмотря на выпуск, вижу у Вас слишком много свободного времени, и, пожалуй, передам ректору об этом факте.
Клатриэль почти не реагирует. Сухо, равнодушно кивает, поворачиваясь к подруге.
— Как ты? — тихий
