дело и сдвинулось бы с мертвой точки. Кончено, не исключено, что за этим ничего и не последовало бы, но все-таки можно было хотя бы на что-то надеяться. Но только наши женщины не пойдут на это.
Я думаю, что эта мысль угнетала его больше всего. Я вспомнил о том нашем разговоре, по дороге к дому женщины, которая, судя по тем отзывам о ней, что мне довелось услышать, обладала обеими качествами: и мужеством, и силой воли. И этой женщиной была миссиз Рэндалл.
* * *
К северу от Кохассет, приблизительно в получасе езды от центра Бостона, расположен шикарный жилой массив в духе Ньюпорта, протянувшийся вдоль полоски каменистого берега — старые особняки в окружении аккуратных зеленых лужаек и с открывающимся видом на море.
Дом Рэндаллов оказался огромным четырехэтажным особняком белого цвета, выстроенным в готическом стиле с замысловатыми балконами и башенками. Разбитая перед домом лужайка спускалась по склону берега к самой воде; всего к дому прилегали владения примерно в пять акров. Я проехал по длинной посыпанной гравием дорожке и припарковал машину на небольшой площадке рядом с двумя «порше»: черного и канареечно-желтого цвета. Очевидно, «порше» считался здесь семейной машиной. Слева к дому был пристроен гараж, в котором сейчас стоял серый «мерседес». По моему мнению, его держали здесь для слуг.
Я вышел из машины, размышляя над тем, удастся ли мне вообще, и если удастся, то каким образом, миновать преграду в виде привратника, когда парадная дверь дома открылась, и какая-то женщина сошла по ступеням крыльца. Она натягивала перчатки на ходу, и судя по всему, куда-то очень спешила. Увидев меня, она остановилась.
— Миссиз Рэндалл?
— Да, это я, — ответила она.
Не знаю, кого я тогда ожидал увидеть, но уж определенно не такую женщину, как она. Высокая, длинноногая красавица в бежевом костюме от Шанель, с волосами черными и блестящими, как смоль, и с большими, темными глазами. На вид она казалась не старше тридцати лет.
Несколько мгновений я стоял, тупо уставившись на нее, ощущая себя полнейшим идиотом, но в то же время будучи не в силах взять себя в руки. Она недовольно нахмурилась и нетерпеливо бросила мне:
— Что вам здесь надо? Я спешу.
У нее был немного глухой голос и чувственные губы. Речь ее казалась тоже очень правильной: ровная интонация, немного напоминающая ту, с которой говорят англичане.
— Нельзя ли побыстрее, — торопила она. — Говорите же.
— Мне хотелось бы поговорить с вами, — сказал я, — о вашей дочери.
— Падчерице, — быстро уточнила она, проходя мимо меня и направляясь к черному «порше».
— Да, о вашей падчерице.
— Я уже все рассказала полиции, — объявила она. — А как раз сейчас я из-за вас могу опоздать на важную встречу, так что с вашего позволения…
Я сказал:
— Мое имя…
— Я знаю, кто вы такой, — перебила она. — Джошуа говорил о вас вчера вечером. Он предупредил меня, что вы, возможно, станете искать встречи со мной.
— Ну и..?
— И он сказал мне, доктор Берри, предложить вам убраться к черту.
Она изо всех сил старалась разозлиться, но я видел, что у нее это никак не получается. Во всяком случае лицо ее выражало нечто совсем другое, нечто сродни любопытству или же испугу. И это мне показалось довольно странным.
Она включила зажигание.
— Счастливо оставаться, доктор.
Я нагнулся к ней.
— Выполняете распоряжения мужа?
— Обычно я поступаю именно так.
— Но не всегда, — заметил я.
Она собиралась уже тронуться с места, но остановилась, рука ее по-прежнему покоилась на переключателе скоростей.
— Что, простите?
— Я хотел сказать, что ваш муж не совсем представляет себе, что происходит, — пояснил я.
— А по-моему, он все прекрасно понимает.
— Вы знаете, что это не так, миссиз Рэндалл.
Она заглушила мотор и пристально посмотрела на меня.
— Я даю вам ровно тридцать секунд на то, чтобы убраться за пределы чужой частной собственности, — сказала она, — и успеть сделать это прежде, чем я вызову полицию. — Она заметно побледнела, голос ее дрожал.
— Вызовите полицию? На мой взгляд это крайне неразумно.
Выдержка подвела ее, и она больше уже не казалась такой самоуверенной, как прежде.
— Что вам здесь нужно?
— Я хочу, чтобы вы рассказали мне, что произошло той, ночью, когда вы отвезли Карен в больницу. Ночь с воскресенья на понедельник.
— Если это вас так интересует, можете пойти и взглянуть вон на ту машину, — с этими словами она указала на желтый «порше».
Я подошел поближе и заглянул вовнутрь.
Такое не приснится даже в кошмарном сне.
По-видимому, изначально обшивка салона была светло-охрового цвета, но теперь вся она стала красной. В крови было все. Сидение водителя было в крови. Сидение рядом с водителем было темно-красным, тоже от крови. В крови же были и кнопки на приборной доске. Руль местами был тоже испачкан кровью. Коврик на полу превратился в сплошную кровавую корку.
В этой машине пролился не один литр крови.
— Откройте дверцу, — предложила мне миссиз Рэндалл. — Потрогайте сиденье.
Я не стал возражать. Сиденье было влажным.
— Три дня уже прошло, — сказала она. — А оно все еще не высохло. Вот сколько крови потеряла Карен. Вот, что сделал с ней этот убийца.
Я захлопнул дверцу.
— Ее машина?
— Нет. У Карен не было своей машины. Джошуа не разрешил ей обзаводиться машиной до тех пор, пока ей не исполнилось бы двадцати одного года.
— Тогда, чья это машина?
— Моя, — ответила миссиз Рэндалл.
Тогда я кивнул в сторону черного автомобиля, за рулем которого она теперь сидела.
— А эта?
— Это новая. Мы купили ее только вчера.
— Мы?
— Я купила. Джошуа не возражал.
— А что будет с желтой?
— В полиции нас попросили пока подержать ее у себя, на тот случай, если она понадобится как вещественное доказательство. Но как только будет можно…
Я снова спросил:
— Так что же все-таки произошло ночью в воскресенье?
— Я не обязана отчитываться перед вами, — заявила она, поджимая губы.
— Разумеется, не обязаны, — вежливо улыбнулся я. Я знал, что все равно добьюсь своего; в ее глазах был страх.
Она первой отвела взгляд, глядя вперед перед собой через лобовое стекло.
— Я была дома одна, — заговорила она наконец. — Джошуа срочно вызвали в клинику. Вильям живет в студенческом городке при медицинском факультете. Карен в тот вечер должна была ехать к кому-то на свидание. Примерно в половине четвертого утра я проснулась от того, что на улице сигналил автомобиль. Я встала, накинула халат и спустилась вниз. Там стояла моя машина с заведенным мотором и зажженными фарами. Сигнал все
