— Какими же? — встряхнув головой, робко спросил я.
— О твоем визите мне донесла одна моя… подруга, — несколько пометавшись, формулируя последнее слово, пропела Yenna'fore. Меня тут же посетило чувство, будто подобное объяснение я уже где-то слышал. Не упоминал ли эту загадочную «подругу» и тот дух в Трелонии?
Ненадолго покончив с толками, Дева принялась медленно, осанисто обступать мою застывшую в недоразумении фигуру, то и дело приближаясь ко мне носом и коротко вдыхая. Говорить о том, что я чувствовал себя самое малое неуютно, думаю, не стоит.
— Да-а… — отведав запаха моей шеи, протянула дух. — Я не ошиблась. Это бесспорно ты.
— Я не понимаю…
— Поймешь, — прервав меня, сказала Yenna'fore. — Когда настанет время, перед тобой явятся все ответы. Мне их раскрывать велено не было. Она сама решит, когда ты должен все узнать.
— Как же я устал от недомолвок, — высказал вслух первые пришедшие в голову мысли я.
— Знаю. — Она вернулась, снова встав передо мной. — Но придется набраться терпения, хоть тебе временами и кажется, что его чаша уже переполнена. Я не имею права раскрывать тебе что-либо. Во всяком случае, раньше начертанного момента. Мое предназначение состоит лишь в том, чтобы проторить тебе короткую и безопасную дорогу.
Вдруг за спиной послышалось звонкое и частое шуршание, словно издаваемое зависшей над ухом стрекозой. Отчасти, я оказался прав. Роняя золотистую пыльцу, на открытую ладонь Yenna'fore, быстро прошмыгнув в воздухе, уселось маленькое, размером с бабочку, бледное существо. Оно было охвачено светлым сиянием, имело за спиной три пары длинных и прозрачных, испещренных жилами крылышек, две трехпалые руки, одну худую ножку, а также дутую, казавшуюся непропорциональной остальному тельцу головку с парой больших черных буркал.
— Это Fioare — Путеводная Тень, она проведет вас к цели, — дернув ладонью, отчего существо чуть подпрыгнуло, промолвила Дева, а затем переплыла взором на немо стоявшего, понурив голову, эльфа. — А ты, Eruouil Eurenghad, сын Eurenghayas из дома Kyowoun'vaet сопроводишь Феллайю на его тропе.
— Внимать глас твой, госпожа мой Yenna'fore, и не сметь противиться, — протарахтел Эруиль, мельком зыркнув исподлобья на ее лилейные плечи.
Лесная Владычица, удовлетворенная ответом, отвесила короткий кивок. С ее длани тут же соскочила Путеводная Тень и, потрескивая крыльями, свистнула мне за спину, чуть обдав мое ухо устремившимся ей вслед ветром. За ее полетом из воды, порождая обширный плеск, принялись появляться небольшие и плоские камни, точно брусчаткой укладывая водную гладь. Мы с Эруилем, обернувшись, в немом заворожении наблюдали за тем, как это крохотное сияющее создание летело над прудом, проделывая в пространстве озорные вращения. И лишь когда Fioare, достигнув того берега, остановилась у первого же дерева, зазывающе махнув нам рукой, мы вспомнили о Yenna'fore. Только вот на месте Девы теперь удалось уловить лишь тут же подхваченную и унесенную ветром ввысь спелую зеленую листву. Взлетев длинным спиральным рядом выше крон, поток сгустился и, рассыпаясь блестящими золотистыми искрами, ринулся обратно в просеку. Не прошло и пяти секунд, как листья пропали в чащобных глубинах, а деревья, вновь привстав на корнях, принялись, гулкими шагами, смыкаться.
* * *
Путь сквозь глухую пущу оказался отнюдь не гладким. Пробираясь через колючие кусты и бурелом, сметая на пути паутины и плющи, пригибаясь под слишком низко раскинувшимися древесными лапами, я не уставал завидовать проворности порученной нам в проводники Fioare. Это маленькое существо, плетя в воздухе незатейливые кружева и сея веселый треск, задорно порхало на своих прозрачных крылышках, иногда оседая на ветвях и корча нам, тяжело идущим вслед двуногим, дразнящие рожицы.
— Забавное создание, — прихмыкнул я, нарушая устоявшееся между мной и эльфом еще от самого острова молчание.
Он все это время шел практически не поднимая глаз, с каким-то восхищенным отрешением глядя под сапоги. Впрочем, я тоже пребывал в немалом замешательстве после увиденного и услышанного, но столь сильно поражен не был. Наверное, для эльфийского народа вживую узреть свою Yenna'fore, означало получить от Судьбы великую честь или нечто вроде того. Хотя, если особо набожный человек узреет того же Кальвина[11], то реакция, верно, получится сходная. Я уже успел привыкнуть ко всяким там духам и прочим магическим чудесам. Про Эруиля, судя по его внешнему смущению, такого сказать было нельзя.
— Да, Fioare — тот еще проказник, — разомкнув ссохшиеся губы, тихо, с хрипотцой проговорил первородный. — Вернее… Так их описывать легенда.
— То есть эти творения — не обычные обитатели Тьенлейв?
— Точно. Это прислужник Yenna'fore, как и прочий Amannilespri… Прости, — сконфуженно сказал эльф, глянув в мои непонимающие глаза: — Я все время забыть, что ты не знать эльфийский… Amannilespri — мелкий дух, дитя Yenna'fore, ее первый помощник. Как я тебе говорить раньше, такой дух есть у любой камень или дерево, но есть и личный дух Yenna'fore, который она посылать на выручку прочий обитатель лес. Эльф, например. Хотя в наш случай — не только эльф… — Эруиль осекся, едва не нанизавшись глазом на в последнюю секунду выглянувшую из ночного полумрака острую ветку, а затем, грозно рыкнув, вскрикнул. — Kote'mo! Да когда ж мы уже прийти?! Сколько можно?!
Услышав это, летевшая чуть впереди Fioare вдруг резко остановилась, зависнув в воздухе, оглянулась на эльфа и злокозненно прищурилась. Обиженно дернув плечиками, она взлетела, уселась на толстый сук бука, скрестила руки на груди и надуто отвернулась.
— Перестань, он не хотел тебя задеть… — попытался я оправдать первородного в глазах мелкого духа. На что, впрочем, получил только гневный и писклявый выговор на непонятном языке, а после Fioare, перекинув взгляд на эльфа, скривила рожицу, показав тому язык, и вновь отвела глаза.
Эруиль, коротко выдохнув, медленно подступил к облюбованному духом дереву. Подняв взгляд на Путеводную Тень, он принялся спокойным и размеренным голосом излагаться на эльфийском. Поначалу Fioare не обращала на оправдательные, судя по тону, речи эльфа никакого внимания, но в итоге оттаяла, а дослушав последнюю фразу первородного даже как-то приободрилась. Оживленно кивнув, она с нескрываемой лыбой вскочила на ножку, махнула мне рукой и еще более пылко, чем прежде, устремилась дальше в пущу.
— Что ты ей такого сказал? — едва мы возобновили движение, спросил Эруиля я.
— Ничего особенный, — пожал плечами он. — Просто подкупить она.
Я ухмыльнулся.
— Чем можно подкупить духа?
— Той же, чем и любой ребенок — лакомство. Я ведь не зря сказать, что Amannilespri — это дитя Yenna'fore. И она так же, как и любой дитя, падок до сладость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
