Читаем без скачивания Фантастика 1981 - Коллектив авторов

Пытаясь включить в эту массу и рабочий класс, увести его от идеалов научного социализма и столкнуть в болото антипрогрессизма, обволочь реакционной утопией устойчивости мелкой собственности и примитивного ремесла, упоминавшийся Кальтенбруннер декларирует, будто в случае серьезного кризиса рабочие рискуют потерять больше, чем только свои цепи, клеветнически изображает их как главную силу консерватизма.

Представители левой социал-демократии справедливо считают, что неоконсерваторы, по существу, борются против «левых преобразователей системы», ратуют за возрождение староконсервативных, реакционных представлений о государстве и обществе, за огульное отрицание социального прогресса, за антидемократизм. Выдвигая представление о человеке как о существе по своей природе несовершенном, ограниченном, неподдающемся дисциплинированию, неоконсерваторы мелкобуржуазного толка выдают тоску по сильной власти, способной обеспечить порядок и сохранить стабильность условий существования мелкобуржуазной массы в капитализме, «очищенном» от противоречий своего развития. Авторитарное государство представляется ими чуть ли не в виде единственного гаранта «действительности конкретной свободы» личности в гегельянском истолковании.

Уроки истории свидетельствуют об опасности вспышки мелкобуржуазных иллюзий и попыток их претворения в жизнь.

Эти же уроки свидетельствуют о том, что наиболее подверженная ударам капиталистического роста мелкобуржуазная масса превращается в социальную базу самой мрачной реакции именно в периоды обострения противоречий капиталистической системы. Так было в России в начале века, когда только последовательно пролетарская линия большевиков во главе с В. И. Лениным вырвала в процессе социалистической революции страну из мелкобуржуазного хаоса и насилия, в Германии 30-х годов, где фашистский шрам не зарос и до наших дней, в Китае после отхода в 60-х годах от интернациональной пролетарской линии и попытки реализации на практике маоизма, в ряде других стран. Все это свидетельствует об опасности вспышек мелкобуржуазного реакционного романтизма, которые могут быть использованы крайне правыми силами.

В мире, наполненном буржуазной литературой, призванной убить в человеке мечту о социальной справедливости, воскресить мракобесие и политическую реакцию, правда и подлинно оптдмизм концентрируются на стороне научного коммунизма.

Вот, почему решающее значение приобретает жизнеутверждающий анализ социального облика будущего в научных исследованиях и научной фантастике, показ человека будущего, его духовного и интеллектуального мира. Никакое описание чудес техники решить эту задачу не может. Коллективизм выступает как антипод индивидуализма, прежде всего мелкобуржуазного индивидуализма. Но его трактовка как источника ликвидации человеческой индивидуальности в корне ложна. Именно социалистический коллективизм и является той единственной питательной почвой, на которой расцветает многогранная человеческая индивидуальность.

Коммунистическое общество, по мысли Маркса, направленное против «грубого, уравнительного коммунизма», вовсе не является абстрактным отрицанием мира культуры и цивилизации. Уравнительный коммунизм, требующий всеобщей нивелировки и общности нищенских благ, не допускающий ничего, что возвышается над определенным низким уровнем, есть всего лишь отражение психологии старого жадного обывателя в новом историческом движении.

По Марксу и Энгельсу, коммунизм вовсе не собирается «насильственным образом» устранить таланты. Напротив. В пределах коммунистического общества — единственного общества, где самобытное и свободное развитие индивидов перестает быть фразой, — это развитие обусловливается именно связью индивидов, связью, заключающейся отчасти в экономических предпосылках, отчасти в необходимой солидарности свободного развития и, наконец, в универсальном характере деятельности индивидов на основе имеющихся производительных сил. Дело идет здесь, следовательно, об индивидах на определенной исторической ступени развития, а отнюдь не о любых случайных индивидах, не говоря уже о неизбежной коммунистической революции, которая сама есть общее условие их свободного развития. Сознание своих взаимоотношений также, конечно, станет у индивидов совершенно другим и не будет поэтому ни «принципом любви» или devonement (самоотверженностью), ни эгоизмом» [Mapкс К. и Энгельс Ф. Соч…т. 3, с. 441].

Миру нищеты, уравниловки, насилия над личностью, чудовищной унификации, к которому ведет капитализм, коммунисты — противопоставляют материальный и духовный расцвет личности на коллективистской базе производства, труда и жизни, совершенствование не по пути нивелировки людской массы, а самих условий существования подлинно развитой личности труженика, творца, обогащенного духовно и нравственно. Этот идеал научно обоснован марксистско-ленинским мировоззрением, именно он вдохновляет лучшие произведения советских фантастов. Об этом говорил космонавт В. Севастьянов при обсуждении фильма «Космический рейс» накануне дня космонавтики в 1980 годуг «Мне сейчас вспоминаются картины Р. Викторова «Москва «*-.

Кассиопея» и «Отроки во Вселенной», а также телеспектакль «Солярис»… Конечно же, каждому из нас хочется видеть на экране не технические подробности и устройства космических кораблей будущего, а человека будущего. Фантастический жанр предоставляет художнику широчайшее поле эксперимента. Необычные условия космического полета… все это фон, высвечивающий новые. черты человека…» Советская фантастика, творящая видение совершенного человека из будущего, отталкивается от реальной действительности пробуждения в личности каждого начал творца и созидателя, развития всесторонних способностей и душевной гармоничности людей новой социальной формации.

ЛАРИСА МИХАЙЛОВА

«Ретро» в научной фантастике

Советский читатель благодаря сложившейся в нашей стране традиция переводов научной фантастики Англии и США познакомился ео многими значительными произведениями прогрессивных писателей этих стран. У нас лучше знают тех писателей, наиболее плодотворный период творчества которых пришелся на, — пятидесятые годы. Это прежде всего Айзек Азимов, Артур Кларк, Джон Уиндем, Клиффорд Саймак, Теодор Старджон, Пол Андерсон, Фред Хойл и Хэл Клемент.

Журнальная научная фантастика 30-40-х годов у нас почти неизвестна. Поэтому, когда в сборнике «Пять зеленых лун» [Пять зеленых лун. М. «Мир», 1978.] был помещен рассказ Джека Льюиса «Кто у кого украл?», написанный в начале пятидесятых годов, причины его появления могли показаться не вполне очевидными.