Банк роскошный, современный, сдержанно-изысканный. Повсюду приглушенные голоса, гулкие полы и бледно-зеленое стекло с узорами. Я прохожу к стойке информации.
– Могу я вам помочь, мэм? – Молодая женщина адресует мне ослепительную неискреннюю улыбку, и на мгновение я жалею, что переоделась в джинсы.
– Я бы хотела снять крупную сумму денег.
Мисс Неискренняя Улыбка изгибает еще более неискреннюю бровь.
– У вас есть счет в нашем банке? – Ей не удается скрыть свой сарказм.
– Да, – бросаю я. – У нас с мужем здесь несколько счетов. Его имя – Кристиан Грей.
Глаза ее чуть заметно расширяются, и неискренность уступает место шоку. Она еще раз окидывает меня взглядом с головы до ног, в этот раз – со смесью неверия и благоговения.
– Прошу сюда, мэм, – шепчет она и ведет меня в небольшой, скудно обставленный кабинет с одной стеной из бледно-зеленого стекла. – Пожалуйста, присаживайтесь. – Она указывает на черное кожаное кресло у стеклянного стола, на котором стоит современный компьютер и телефон. – Какую сумму вы желаете снять сегодня, миссис Грей? – любезно осведомляется она.
– Пять миллионов долларов. – Я смотрю ей прямо в глаза, словно запрашиваю такую сумму наличными каждый день.
Она бледнеет.
– Понятно. Я приведу управляющего. Простите мой вопрос, но у вас есть удостоверение личности?
– Есть. Но я бы хотела поговорить с управляющим.
– Разумеется, миссис Грей.
Она торопливо уходит. Я опускаюсь на стул; волна тошноты грозится захлестнуть меня – и тут мне в поясницу неприятно вдавливается пистолет. Только не сейчас. Надо взять себя в руки. Я делаю глубокий очищающий вдох, и тошнота отступает. Нервно смотрю на часы. Двадцать пять минут второго.
В комнату входит мужчина средних лет. У него редеющие волосы, но одет он в строгий дорогой костюм темно-серого цвета и галстук в тон. Он протягивает руку.
– Миссис Грей. Я Трой Уилан. – Он улыбается, мы обмениваемся рукопожатием, и он садится за стол напротив меня. – Моя коллега сказала, что вы хотели бы снять крупную сумму денег.
– Совершенно верно. Пять миллионов долларов.
Он поворачивается к своему компьютеру и нажимает несколько цифр.
– Обычно мы просим о предварительном запросе на большую сумму. – Он замолкает и улыбается мне ободряющей, но надменной улыбкой. – К счастью, однако, мы держим наличный резерв для всего северо-западного Тихоокеанского побережья, – хвастается он. Господи, он что, пытается произвести на меня впечатление?
– Мистер Уилан, я спешу. Что мне надо сделать? У меня мои водительские права и наша общая чековая книжка. Мне надо просто выписать чек?
– Все по порядку, миссис Грей. Могу я взглянуть на ваше удостоверение личности? – Из общительного позера он превращается в серьезного банкира.
– Вот. – Я протягиваю ему свои права.
– Миссис Грей… тут написано Анастейша Стил.
Ой ты, черт побери.
– А… да. Э…
– Я позвоню мистеру Грею.
– Нет-нет, в этом нет необходимости. – Проклятье! – У меня должно быть что-то с моей фамилией по мужу.
Я роюсь в сумке. Что же у меня есть? Вытаскиваю кошелек, открываю его и нахожу наше с Кристианом фото на кровати в каюте «Красавицы». Это я не могу ему показать! Вытаскиваю свою черную «American Express».
– Вот.
– Миссис Анастейша Грей, – читает Уилан. – Да, это подойдет. – Он хмурится. – Это в высшей степени не по правилам, миссис Грей.
– Вы хотите, чтоб я сказала своему мужу, что ваш банк отказался выдать мне требуемую сумму? – Я расправляю плечи и меряю его своим самым надменным взглядом.
Он медлит, дабы успокоить меня, я думаю.
– Вам придется выписать чек, миссис Грей.
– Конечно. Вот этот счет? – Я показываю ему свою чековую книжку, силясь унять колотящееся сердце.
– Да, пожалуйста. Еще вам нужно будет заполнить кое-какие дополнительные бумаги. С вашего позволения, я отлучусь на минуту?
Я киваю, и он поднимается и выходит из кабинета. И снова я длинно выдыхаю. Я и не представляла, что это будет так трудно. Неуклюже открываю чековую книжку и вытаскиваю из сумки ручку. Просто взять и обналичить чек? Я понятия не имею. Дрожащими пальцами вывожу: «$ 5 000 000».
О боже, надеюсь, я поступаю правильно. Миа, думай о Миа. Я не могу никому сказать.
Пугающие, мерзкие слова Джека преследуют меня: «Никому не говори, иначе я трахну ее, прежде чем убить».
Возвращается мистер Уилан, бледный и сконфуженный.
– Миссис Грей? Ваш муж хочет поговорить с вами, – бормочет он и указывает на телефон на стеклянном столе.
Что? Нет.
– Он на линии. Просто нажмите кнопку. Я буду за дверью. – У него хватает совести выглядеть смущенным. Я бросаю на него злой взгляд, чувствуя, как кровь вновь отливает с лица, когда он поспешно ретируется за дверь.
Черт! Черт! Черт! Что я скажу Кристиану? Он узнает. Он вмешается. Он – опасность для своей сестры. Рука моя дрожит, когда я протягиваю ее к телефону. Подношу трубку к уху, стараясь утихомирить свое неровное дыхание, и нажимаю кнопку первой линии.
– Привет, – бормочу я, тщетно силясь успокоить нервы.
– Ты уходишь от меня? – Слова Кристиана – мучительный, срывающийся шепот.
Что?
– Нет! – в ужасе выдыхаю я. О господи, нет, нет, нет! Как он мог такое подумать? Из-за денег? Он думает, что я ухожу из-за денег? И в момент ужасающей ясности я сознаю, что единственный способ удержать Кристиана на расстоянии, на безопасном расстоянии, и спасти его сестру… это солгать.
– Да, – шепчу я. И обжигающая боль пронзает меня, слезы застилают глаза.
Он издает испуганный возглас, почти стон.
– Ана, я… – выдавливает он.
Нет! Я ладонью зажимаю рот, заглушая свои воюющие эмоции. Кристиан, пожалуйста. Не надо. Я борюсь со слезами.
– Ты уходишь? – говорит он.
– Да.
– Но почему наличные? Значит, дело с самого начала было в деньгах? – Его пронизанный мукой голос едва слышен.
Нет! Слезы струятся по моему лицу.
– Нет, – шепчу я.
– Пяти миллионов достаточно?
Пожалуйста, прекрати!
– Да.
– А ребенок? – Голос его срывается.
Что? Я прижимаю ладонь к животу.
– Я позабочусь о ребенке, – бормочу я. Мой Маленький Комочек… наш Маленький Комочек.
– Это то, чего ты хочешь?
Нет!
– Да.
Он резко втягивает воздух.
– Забери все, – шипит он.
– Кристиан, – всхлипываю я. – Это ради тебя. Ради твоей семьи. Пожалуйста. Не надо.
– Забери все, Анастейша.
– Кристиан… – И я чуть не ломаюсь. Чуть не рассказываю ему о Джеке, о Миа, о выкупе… «Просто доверься мне, пожалуйста!» – безмолвно молю я его.
– Я всегда буду любить тебя. – Голос его хриплый. Он вешает трубку.
– Кристиан! Нет… я тоже люблю тебя.
