Первую остановку сделали в заливе Бодега, переименованный русскими в залив Румянцева. Кусков указал своим плотникам на подходящие места на берегу:
— Здесь построим факторию и склады… главный порт будет в Бодеге… а наше поселение — в том месте, куда мы пойдем завтра…
На следующий день «Чириков» остановился у возвышенного берега, где предполагалось строить форт. Пока погода стояла хорошая, Кусков торопил людей, чтобы как можно скорее разгрузить корабль. Иначе, если подует свежий ветер, кораблю нельзя будет оставаться так близко от берега — слишком опасны острые прибрежные скалы.
Люди торопились, довольно скоро все привезенное уже лежало на берегу. Бенземен, попрощавшись с Кусковым, поднял паруса на своем корабле и отправился обратно в Новоархангельск. Переселенцы остались одни в чужом, незнакомом месте. В случае нападения индейцев отступать было некуда.
— В первую очередь будем строить хороший, крепкий частокол, — приказал Кусков. — В случае нападения сможем укрываться за стенами, а жилища станем строить позже…
Хорошо помнил Кусков трагедию на Ситке в 1802 году и поэтому принял меры к тому, чтобы индейцы не застали их врасплох. Немедленно в лес была отправлена большая группа людей, чтобы заготовить лес для постройки стен форта. Все были хорошо вооружены. Кроме того, на плато все время находились вооруженные часовые. Там же стояли заряженные пушки.
5
Первые тяжелые плахи стен нового форта были поставлены 15 марта 1812 года. Кусков подгонял людей, чтобы закончить стены. И только все четыре стены были установлены, Кусков смог вздохнуть с облегчением:
— Теперь у нас есть защита, — сказал он, — можно начать строить помещения.
И, действительно, стены нового форта выглядели очень внушительно. Построены они были солидно, из тяжелых, толстых плах дюймов в восемь толщиной. Стены возвышались над землей на 12 футов. Кроме стен, на двух углах были установлены крепкие башни в два этажа, одна семиугольная, другая восьмиугольная, слегка выступающие вперед, что давало возможность в обеих башнях вести наблюдения за подходами ко всем четырем стенам форта.
Работа спорилась… люди торопились закончить главные постройки до наступления холодов. К осени все было готово. 11 сентября 1812 года, в день тезоименитства государя, произошло торжественное открытие новопостроенного форта, который был назван фортом Росс. Церемония открытия прошла очень торжественно… было предложено несколько названий, написанных на бумажках, и Кусков, вынувший одну из них, прочел название «Росс».
Внутри стен форта к этому времени уже было несколько построек. В углу стояла новенькая часовня, на задней стене которой висела большая икона Спасителя, привезенная Кусковым из Новоархангельска. Вдоль восточной стены были построены обширный дом в шесть комнат для правителя и такой же дом для русских промышленных. У другой стены стояла большая казарма; ее намеревались сделать главным складом. За стенами форта, снаружи, тоже было сооружено несколько изб — жилье для алеутов, кузница, кожевенный завод, пекарня и даже ветряная мельница, хотя использовать ее можно было только в конце следующего года. К весне 1813 года, через год после высадки на калифорнийском берегу, в форте Росс уже было девять зданий внутри форта, а кроме того, был сооружен колодец. Снаружи форта было разбросано около пятидесяти зданий. Все было построено крепко, добротно и внушительно.
Кроме крепких стен, внутри находилось двенадцать пушек. Часть из них стояла у ворот, а дула других угрожающе высовывались из амбразур угловых башен. Поистине крепость была неприступной для индейцев.
Вся жизнь форта была поставлена Кусковым на военную ногу, с регулярно сменявшимися часовыми у ворот и снаружи, зорко следившими за подходами к селению, особенно со стороны гор и леса.
Начало освоению Калифорнии было положено, и только будущее могло показать, — претворятся ли в жизнь честолюбивые планы Баранова и Резанова.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ: ПОЛИТИЧЕСКИЕ СОБЫТИЯ
1
Забегая на много лет вперед, мы видим, что маленькое селение Росс разрослось, стало важной промежуточной станцией для захода кораблей Российско-Американской компании. Побывали здесь в гостях у Кускова и прославленные кругосветные мореплаватели — капитаны Головнин, Коцебу и другие.
Хотя форт Росс и сильно разросся и благодаря этому стал важной продуктовой базой для Новоархангельска, с течением времени и с ростом благополучия столицы Русской Америки его роль стала ослабевать. Форт Росс вырос до своих пределов и, ограниченный с одной стороны океаном, а с другой — горами, производить продуктов мог ограниченно. Для расширения его деятельности нужно было выходить на земели в районе залива Бодега и долины реки Славянки, а это могло вызвать серьезные политические осложнения на международной арене.
Когда форт Росс не смог больше полностью удовлетворять требования в продуктах, Баранова обвинили в недальновидности при выборе места еще и потому, что Росс не имел удобной гавани, и судам приходилось подходить к нему с большим риском и только при тихой погоде. Как Баранов, так и Кусков настаивали на том, что первоначально форт прекрасно выполнял свою миссию.
Не их вина, что после смерти Баранова и отъезда Кускова на родину, следующие правители компании в Америке не приняли никаких мер к расширению владений форта.
Конечно, директорам компании приходилось считаться с международной обстановкой, которая кардинально изменилась с тех пор, как Резанов совершил свое историческое путешествие в Калифорнию. Быстро меняющееся политическое положение требовало от правления компании весьма осторожного поведения.
Началось с того, что в Испании вспыхнула революция, и это движение вскоре перебросилось во все испанские колонии его католического величества. Момент был более чем подходящий для русских начать дальнейшее продвижение в Калифорнии и отвоевывать земли у испанцев. Время, однако, был пропущено, и с ослаблением испанского влияния в Калифорнии произошло усиление влияния совершенно неожиданного соседа — молодых Соединенных Штатов Америки. Соединенные Штаты уже всунули палку в колеса русской колесницы тем, что поспешно вышли к устью реки Колумбия, где компания Астор немедленно основала свою факторию. Капитаны иностранных кораблей, заходившие в Новоархангельск, рассказывали Баранову, что агенты Астора усиленно раздают индейцам медали с изображением первого своего президента Джорджа Вашингтона. Возможность для устройства селения на реке Колумбия была потеряна.
2
После основания 11 сентября 1812 года форта Росс Кусков немедленно принял меры к закреплению своего положения, прежде всего стараясь сблизиться и подружиться с соседними индейцами. Как только индейцы поняли, что русские не пытаются распространяться дальше и мирно занимаются своими делами, они стали иногда посещать форт Росс. Кусков, хороший тактик, очень быстро установил дружеские отношения с вождями племен. Может быть, ему помогла в этом ненависть индейцев к испанцам, обращавшимся с ними с необычайной жестокостью. Кусков обещал индейцам защиту от испанцев, если индейцы формально закрепят передачу Российско-Американской компании небольшого клочка земли, где находился форт. Те охотно это сделали.
Основание форта Росс было чувствительным ударом для испанцев в Монтерее и Сан-Франциско. Об этом тут же было сообщено в столицу испанских владений в Америке город Мехико, а затем специальной депешей уведомили правительство в Мадриде.
Началась долгая дипломатическая переписка и взаимные обвинения. Каждый раз, когда Кусков получал из Монтерея требование разрушить форт и убраться обратно на Ситку, он тактически оттягивал время и писал, что он маленький человек и что испанцам нужно обращаться с подобными требованиями в высшую инстанцию — к правителю в Новоархангельск или еще лучше — в Петербург.
Пытались испанцы направлять протесты «его превосходительству» губернатору Русской Америки Баранову, но результат был все тот же. Баранов неуклонно отвечал им с большими задержками, что этот вопрос должен разбираться высшими правительственными инстанциями в Петербурге и Мадриде.
Шли не только месяцы, но и годы, пока приходил очередной ответ на протест. Все это время Кусков продолжал свою деятельность по расширению владений и влияния форта. Мало того, несмотря на натянутые отношения с испанской администрацией в Монтерее, Кусков своими искусными дипломатическими мерами сумел расположить к себе испанских миссионеров и приобрел у них скот, домашнюю птицу и семена для посевов. Это положило начало развитию сельского хозяйства в новой колонии.
