мне и забирает концы чокера из моих пальцев. Легко застёгивает застёжку. Его кончики пальцев скользят по украшению, останавливаясь на мечике у основания моего горла.
— Ты ослепительна, — шепчет он.
— И ты тоже, — слова срываются прежде, чем я успеваю их обдумать. Но это чистая правда. Край его губ едва трогает лёгкая насмешливая улыбка — он, кажется, прекрасно это знает.
— Я не могу позволить себе быть одетым хуже всех. А как моя будущая жена, ты обязана соответствовать тому же стандарту, — он почти мурлычет слова мне в ухо. Его рука опускается, но тёмный взгляд продолжает держать меня, словно чувствует то волнение, которое я тщетно пытаюсь скрыть при мысли о замке Орикалис. — Банкет будет небольшим. Считай это репетицией перед Праздником Кубков.
— Кроме того, что там я собираюсь красть у твоего отца.
— Знаю, — он театрально вздыхает, но в голосе слышна насмешка. — Ну нельзя же веселиться всё время, не так ли?
Я тихо смеюсь, и он зовёт меня к двери.
Я следую за ним в коридор. В фойе нас уже ждут другие. К моему удивлению, мы не одни. Равин и Лей одеты в собственные парные наряды — полностью в чёрное и алое. Платье Лей разрезано, открывая облегающие брюки, а на её бедре висит украшенный меч, больше декоративный, чем боевой. Хотя я подозреваю, что в её руках и он смертельно опасен. Я завидую её свободе движения. Но по крайней мере мои карты надёжно спрятаны в кобуре на бедре под юбкой.
— Клара, это Сайлас, — официально представляет меня Каэлис человеку, которого я знаю куда ближе, чем позволительно. Сайлас тоже облачён в роскошный наряд.
— Приятно познакомиться, — я чуть склоняю голову, надеясь, что мой инстинкт скрыть наше знакомство верный.
— И мне, — Сайлас поддерживает игру, будто мы впервые видим друг друга. — Ну что ж, все готовы?
— Разумеется, — Равин нетерпелив.
— Сайлас — Колесница. Сегодня он доставит нас туда и обратно, — поясняет Каэлис. Иначе дорога до Очагa Судеб заняла бы как минимум три дня на карете.
— Вот это ответ на пару вопросов, — я улыбаюсь, когда Сайлас достаёт Колесницу.
Одним движением он активирует карту — и нас пятерых окутывает вспышка серебристого света. В тот же миг мы уже не в академии, а в маленькой гостиной замка Орикалис. Я слышу приглушённые звуки музыки и разговоров за дверью.
— Впечатляет, — говорю я с наигранным восхищением, будто впервые испытала силу карты. А потом, искренне любопытствуя, добавляю: — Сколько человек ты можешь переместить за раз с помощью Колесницы?
— Чем больше людей, тем выше риск, что магия пойдёт наперекосяк, — отвечает Сайлас. — Для безопасности я стараюсь не брать больше пяти-шести, включая себя.
Значит, армию не переместить.
— Завораживает.
— Тебе незачем вникать в способности других Аркан, — улыбается Равин. Но под этим кроется что-то ядовитое. — Ведь лишь корона имеет право пользоваться силой Старших Арканов.
— Разумеется, — я склоняю голову, демонстрируя почтительность. Помня о том, что говорили: другим кланам важно знать, что я не представляю угрозы, если Клан Отшельника вернётся. Мало кто понимает, что настоящая угроза — вовсе не он.
— Сюда, — Каэлис протягивает локоть. Его взгляд встречается с моим — в нём блеск чего-то игривого, чего-то опасно-соблазнительного. — Дорогая.
От этого слова по моим пальцам пробегает искра, когда я обвиваю его руку.
И вот я уже в самой гуще событий: мы проходим через двери, короткий коридор и оказываемся в огромном зале. Под сводчатыми потолками раскинулись фрески, рассказывающие историю королевства Орикалис: от давнего падения прежнего Ревисанского королевства, через клановые войны, до возвышения семьи Орикалис. Сотни лет истории — в ярких красках и свете хрустальных люстр.
В зале около сорока знати, сверкающих так же ярко, как картины над головами. Музыка достаточно громкая, чтобы заглушать разговоры — и гадания, что идут за столами. Зимнее солнцестояние традиционно время заглянуть в своё будущее на целый год вперёд, и этот бал явно следует этой традиции Сезона Мечей.
В центре зала вытянулся длиннющий банкетный стол, усыпанный декором так, что непонятно, куда ещё можно будет поставить еду. Мышцы Каэлиса напрягаются, когда он ведёт меня дальше в этот водоворот аристократии. Его присутствие становится странным, но крепким якорем в море знати.
— Начнём с кого-то попроще, — наклоняется он к моему уху. Когда я понимаю, что он ведёт меня к дружелюбному лицу, у меня вырывается слышимый вздох облегчения. Каэлис тихо смеётся, быстро возвращая себе серьёзность. — Верховный Лорд Влюбленных, позвольте представить вам мою невесту, Клару Редуин.
— Для меня честь, милорд, — я тепло улыбаюсь. — Мирион, рада видеть тебя.
Сын — словно копия отца. Те же густые ресницы, та же тёмная кожа. Различие лишь в том, что Иксил носит длинную косу, украшенную кристаллами и серебряными дисками.
— И я тебя, Клара.
— Для меня честь встретить женщину, которая восстановит Клан Отшельника, — Иксил касается губами моей руки. Я не могу понять: Каэлис отвёл взгляд из-за поцелуя или из-за упоминания Клана Отшельника. — Мой сын рассказывал мне о вас обоих. Особенно о том, как вы подходите друг другу. Какая же там была фраза? Ах да, «судьбоносная пара».
Мне придётся поблагодарить Мириона при встрече за эти слова, хоть он и знает, что это ложь. Особенно учитывая, что его отец — как Влюблённый — обладает чувством таких вещей. Он снова прикрыл меня. Все страхи, что я затаила ещё с первого дня в Святилище Старших Арканов, будто он раскроет, что мы с Каэлисом не влюблены, — рассеялись.
— Мы и сами так думаем, — я дарю Каэлису ослепительную улыбку, и он почти теряется, хотя быстро берёт себя в руки. Но я заметила его заминку.
— И с днём рождения, принц, — говорит Иксил. Я резко оборачиваюсь к Каэлису. Мои губы сами приоткрываются от удивления. Иксил замечает это. — Вы ведь знали?
— Это не имеет значения, — холодно отвечает Каэлис, поза его напряжённа.
— Мирион, как у тебя дела с Испытаниями Тройки Мечей? — торопливо спрашиваю я, уловив неудобство Каэлиса. — У третьекурсников ведь тоже экзамены в это время, верно?
— Верно… — и Мирион тут же начинает подробно рассказывать о проверках для вторых и третьих годов обучения.
Мы ведём светскую беседу с Верховным Лордом Клана Влюблённых и его наследником, затем идём дальше.
— У тебя сегодня день рождения? — тихо спрашиваю я, когда мы оказываемся вдвоём.
Каэлис не смотрит на меня. — К сожалению.
— Почему ты мне не сказал? — ясно, что этот день ему неприятен. Но меня всё равно кольнуло: он скрыл это от меня. — Я ведь должна знать такие вещи как твоя «смущающаяся невеста».
— Ты права, —
