— Я люблю тебя, — тихо и кратко, утыкаясь носом ему в плечо. Никому этого, кроме него, не говорила.
Мой эльф аккуратно перебирается в положение надо мной, чтобы нависнуть и смотреть мне прямо в глаза. Ему-то хорошо видно, а я смущаюсь.
— Я сомневался, показываться ли тебе на глаза, — замялся он, что вызвало во мне вполне логичное удивление. — Задавался вопросом, любишь ли ты меня и сейчас, когда подле тебя еще один избранный. Это я не могу существовать без тебя, ты ничем не связана.
Немного зависнув от такого заявления, искренне улыбнулась. Господи, что творится в этой платиновой головушке, что ему пришли такие мысли? Разве я похожа на человека, который легко перестанет любить, если это чувство ему до этого досталось так сложно?
— Фаль, в моем мире избранных нет, — обняла его лицо руками, уловив отблески лунного света на его лице, который сейчас удачно отражался зеркалами в комнате. — Это те, кого мы выбираем сами. Я выбрала тебя, любимый.
Трепетное касание губ, которые едва дрожали от неудержимой улыбки. Тепло тела родного мужчины, которое я чувствовала даже через ткань сорочки, которой уже успела оправить. И отголосок боли от того, что ладонью нащупала новый рубец на его животе…
— Я боюсь за тебя.
Он прижимается лбом к моему лбу, распространяя блаженное спокойствие и любовь по моим венам. Вздыхает тихо, рукой вновь спускаясь куда-то ниже моего лица. Я вздрагиваю, но мягко кладу ладонь поверх его кисти.
— Тебе больше не нужно бояться, — хоть и тихо, но твердо произносит он, глядя на наши руки. — Я знал, куда шел за тобой, и сделал все, чтобы больше не проиграть.
Он пристально взглянул на меня, что даже в такой темноте почувствовала, будто вижу его непоколебимый взгляд.
— Почему ты такой самоотверженный? — помолчав с полминуты, все-таки выдаю я, злясь на себя, что являюсь причиной многих бед этого мужчины. — Если любишь, неужели не понимаешь, что я с ума сойду, если тебе снова навредят?
— Я больше не допущу этого, — прекращает попытки к разговору требовательным поцелуем.
Мое сердце готово выскочить из груди и, я понимаю, его тоже, так как чувствую его. Страшно хочу защитить его, но неумолимо поддаюсь соблазну слиться с ним и никуда не отпускать. Почему мы просто не можем быть вместе?
Когда момент страсти затихает, и я просто умиротворенно лежу на груди своего дроу, вырисовывая незамысловатые узоры на его коже, в памяти всплывает знание, которое не давало мне покоя какое-то время, когда впервые об этом услышала.
— Милый, — дождавшись мурлыкающее «мм?», решилась спросить: — Мне как-то сказали, что у дроу сокращение имени разрешено только самым близким. Почему ты позволил мне сразу так себя называть? Неужели так стремно имя твое произносила? — припомнила я слова Герриона, которые он сказал мне, в момент нашей встречи.
— Осторожно, — развеселился мой эльф. — Я же говорил, что ты стала дорога мне, считай, сразу. Это, можно сказать, случилось подсознательно. Поверь, я сразу сам удивился про себя. Такого со мной раньше не было, но оказалось очень приятно.
Эльф подтянул меня ближе к себе, чтобы чмокнуть в макушку.
— Но почему ты сразу мне про это не рассказал?
— А ты бы согласилась сразу к малознакомому эльфу обращаться, в нашем случае, почти интимно?
Я внимательно посмотрела в глаза любимому эльфу, сейчас так лукаво смотрящему на меня, что не улыбнуться ему в ответ стало просто невозможно.
Он поддался интуиции, или что там им руководило в отношении меня, но и я удивительно близко подпустила тогда едва знакомого мужчину, доверяла ему насколько умела. По сути, именно он научил меня этому чувству, доказал, что любить не страшно.
— Обещай мне одну вещь, — прошептала я, нежно касаясь его лица ладонью, которую он поймал, чтобы поцеловать. — Если у меня не будет получаться… Если я не успею взять свою силу под контроль, ты уйдешь.
Выражение лица дроу практически мгновенно переменилось. Возникло ощущение, что я ласкаю дикого зверя, который и опасен, и прекрасен одновременно.
— Я не стану давать тебе это обещание, — он подался вперед, хищно прищурив глаза. Тут впору бы коже покрыться мурашками от такого тона, но я постаралась не отвести глаза. — Это все равно, что отказаться от тебя, а я жизни не пожалею ради того, чтобы быть с тобой.
Ни за то бы не подумала, что когда-нибудь окажусь под подобным влиянием его голоса. Ему невозможно перечить, даже если я абсолютно с ним не согласна. Я очень хочу, чтобы он выжил, да я бы на что угодно пошла, чтобы его защитить, но что мне делать с тем, что он не желает, чтобы я его защищала?
— Фалькониэля больше не существует без Аи, как и Аи без Фалькониэля, запомни, — непоколебимо произнес мой хранитель, внушая мне мысль, что это единственная правда во вселенной. — И я устраню любого несогласного с этим.
75. Мое сердце для тебя
Сердце затопило нежностью при взгляде на такого решительного, такого непоколебимого и такого родного дроу, смотреть на которого совсем недавно могла позволить себе только мечтать. Не прерывая зрительного контакта, придвинулась, чтобы прижаться к его сомкнутым губам. А после даже с закрытыми глазами ощутить, как его глаза закрылись тоже, а сердце под моей ладонью зашлось в приступе неровного сердцебиения.
Мой. Самый лучший. Самый любимый.
— Тогда не смей умирать, — прошептала ему в губы, ловя болезненный вздох, ощущая всю тяжесть разлуки, которую мы пережили вдвоем. — Слышишь, любимый?.. Не смей.
— До смерти тебя люблю, — протянул он, все еще ловя мое дыхание, а я поежилась. Уж то, что «до смерти», он реально доказал. — На сердце моем твое имя написано, я никогда тебя не оставлю.
Прижимаемая к сильному телу, уткнулась носом Фалю в шею, так удобно примостившись у него под бочком. Его руки осторожно поглаживали мое бедро и спину, а я наслаждалась касаниями его теплой обнаженной кожи. В отличие от меня, ничем, кроме одеяла, мой эльф свое тело не прикрывал.
— Мне придется скоро уйти, — через некоторое время, с сожалением выдохнул Фаль, так и не размыкая рук, чтобы я не смогла отстраниться. — Спасибо за сегодняшнюю ночь, моя нежность. Благодаря тебе я смогу дышать какое-то время.
— Не уходи, — не смея поднять на него глаз, попросила, обеими руками сжав его ладонь. Кажется, если отпущу, он исчезнет, растворится, все окажется сном, а я снова останусь одна. Снова буду в неведении, как он, все ли с ним хорошо. — Еще слишком рано, побудь еще немного.
Пару секунд на осознание моих слов, и мой эльф, осторожно обняв, притягивает меня к себе:
— Нежная моя, — его тело теплое. Закрываю глаза, чтобы лицом спрятаться у него на груди. — Родная, я буду рядом. Нас теперь ничто не разлучит, слышишь, девочка? — шептал он мне в макушку, не переставая поглаживать.
Я, не открывая глаз, закивала доверчиво, не желая отстраняться. Не знаю, как он представляет себе то, что говорит, но я ему верю. Сама пугаюсь, что подставляю своего бесстрашного эльфа, сама вынуждаю его рисковать, едва ли справляюсь со своим эгоистичным порывом заставлять его не покидать меня. Ему бы забыть меня, жить, как жил раньше, не беспокоиться, что кто-то может расправиться с ним из-за ревности.
— Ты говорил, что тогда тебя спасли Рена с Деасом, — приоткрыла глаза, чтобы взглядом найти одну из чаш спальни с тлеющими угольками. — Фаль, ты понимаешь, что это чудо? Второй раз такого не произойдет.
— Второго раза я не допущу, — спокойно отозвался утвердительный голос, словно и правда был уверен в своих словах. Он что, стал бессмертным, и я чего-то не знаю?
— Но как они нашли тебя? Мне казалось, у Рены была четкая цель достигнуть Ресса по своим делам, как вышло, что спустя время они выследили наш путь, да еще и вместе с Деасом? Я думала, он путешествует без особого плана.
— Скоро у тебя появится возможность самой спросить у них это, — мой дроу улыбнулся, пальцами закопавшись в мои волосы, и теперь ласково перебирая их по всей длине.
