подлинный мотив войн[1267]. В застольной беседе 10 октября 1941 г. он сказал: «Изначально война была не чем иным, как борьбой за кормовую площадку. Сегодня речь снова идет о природных ресурсах. Согласно воле творения, они принадлежат тем, кто их себе завоевывает»[1268]. В соответствии с этой точкой зрения, Гитлер придерживался мнения, что Первая мировая война была также в конечном счете обусловлена экономическими причинами, главным образом — по его мнению, вполне естественной — реакцией англичан на угрозу, которую Германия представляет для их экономических интересов. Впервые Гитлер высказал тезис об экономической экспансии Германии как причине Первой мировой войны в своей речи 17 апреля 1920 г.: «Немец создал англичанину серьезную конкуренцию. Немецкий инженер и т. д. быстро вытеснил английского. Мы тоже начали экспортировать товары. <…> Не прошло бы всего несколько лет, и Германия стала бы торговым государством номер один в мире. Англия распознала это и соответствующим образом сориентировала свою политику. Сначала были предприняты попытки сокрушить Германию с помощью экономических мер, таких как таможенные пошлины, размещение штампов на немецких товарах (Made in Germany) и т. д. Но это не принесло успеха. С тех пор ненависть к нам неизмеримо возросла, и Англия уже подумывала о том, чтобы уничтожить нас, развязав войну. Английская политика изоляции!»[1269] В речи 26 мая 1920 г. Гитлер объяснил причину мировой войны тем, что «Англия стала бояться немецкой конкуренции на мировом рынке. <…> Англия, однако, не имела средства, чтобы мирно побороть Германию, и поэтому она перешла к такому средству, как насилие»[1270].
17 июня 1920 г. Гитлер выдвинул следующий аргумент: «Подъем Германии, ее освобождение от английского капитала, конкуренция на мировом рынке, ее растущий экспорт, ее процветающие колонии, которые сделали метрополию независимой от сырьевых товаров английских колоний, трансатлантические судоходные линии, ее значительный торговый флот и, наконец, ее опасный военный флот, угольные базы и сухопутная армия вызвали зависть и страх Англии и стали причиной войны»[1271]. Он повторял этот тезис в многочисленных речах, а также в книге «Майн кампф». В ней он утверждал, что экономическая экспансия Германии должна была неизбежно привести к тому, что «однажды Англия стала нашим врагом»: «Было более чем нелепо возмущаться тем — но это полностью соответствовало нашей собственной безобидности, — что Англия позволила себе в какой-то день воспротивиться нашей мирной деятельности с грубостью воинствующего эгоиста»[1272].
Важность этого аргумента для Гитлера проявляется хотя бы в необычайной частоте его упоминания в речах, статьях, письменных материалах и в беседах[1273]. Он упоминается не только в его ранних речах, но и после захвата власти. Гитлер приводит его в своих застольных беседах, например 23 июня 1941 г., как и за 20 лет до этого в своих речах[1274]. Таким образом, в отношении этой оценки причин Первой мировой войны речь идет о фундаментальной константе в мышлении Гитлера.
Точка зрения Гитлера на то, что немецкая стратегия экономической экспансии была решающей причиной Первой мировой войны, соответствовало распространенной тогда в Германии теории британской коммерческой зависти как причины войны. В опубликованной в 1922 г. книге Йоханнеса Халлера говорится, что тезис о британской коммерческой зависти как причине мировой войны «во время войны повторялся до оскомины, а после поражения его приверженцы не устают проповедовать его снова и снова»[1275]. Выдающиеся личности и ученые отстаивали эту теорию в бесчисленных обращениях, речах, книгах и публикациях[1276]. В одной из наиболее широко распространенных книг того времени, в книге Германа Штегемана «История войны» («Geschichte des Krieges», 1917), которая, по словам Эрнста Ганфштенгля, близкого доверенного лица Гитлера, была одной из его любимых книг[1277], германо-британский антагонизм также в первую очередь оправдывается с точки зрения торговой политики и выставлен как решающая причина войны[1278]. Эта теория, которая была широко распространена в то время и которая в настоящее время отвергается исторической наукой, по крайней мере, в качестве единственного объяснения причин Первой мировой войны, в тогдашний период привлекалась самыми разными политическими течениями для подкрепления своих тезисов. Даже в рамках ленинской теории империализма важное значение приобрело утверждение о том, что чрезвычайно высокое экономическое развитие Германии и вытекающая из этого конкуренция с другими империалистическими державами, особенно с Англией, в конечном итоге должны были привести к войне.
Соответственно, сам по себе тезис Гитлера не был оригинален и вполне мог рассчитывать на широкое одобрение. Однако выводы, которые он сделал из этого, и сочетание с его экономическими и внешнеполитическими представлениями не были способны без оговорок привести к консенсусу. Гитлер ни в коем случае не помышлял о том, чтобы морально осудить англичан из-за их коммерческой зависти. Такой наивный взгляд вряд ли соответствовал бы его мировосприятию, несущему отпечаток социал-дарвиниз-ма и политики насилия и диктата. Для него тот факт, что Англии пришлось ответить на германскую торговую конкуренцию войной, был вполне естественным, совершенно оправданным и понятным, имея в виду британские интересы. Вывод Гитлера был таким: если мирная стратегия, т. е. «экономическое завоевание мира», в конечном итоге неизбежно должна привести к войне, то она, по существу, оказывается иллюзорной. Следовательно, противоречие между численностью населения и жизненным пространством не могло — такова логика Гитлера — быть разрешено «мирным путем», поскольку и стратегия мирного решения, т. е. политика экономической экспансии, должна в конечном итоге обязательно привести к военному конфликту, и как раз с той страной, которую он так желал видеть своим союзником. Для Гитлера попытка устранить возникшую диспропорцию между численностью населения и жизненным пространством с помощью экспортоориентированной политики была в конечном счете «обходным путем», который, однако, был в любом случае крайне проблематичным и неосуществимым по другим причинам, которые будут изложены ниже. Существенной причиной скептицизма Гитлера относительно возможности идти по этому пути была теория «свертывания рынков».
Теория «свертывания рынков» как аргумент против стратегии экономической экспансии
Эта теория впервые встречается в речи Гитлера 6 августа 1927 г. Он в ней вновь изложил свой тезис о несоответствии между численностью населения и продовольственной базой и рассмотрел различные возможности согласования обоих факторов друг с другом: «И есть еще одна возможность, это экспорт товаров. Только эта возможность призрачная; не одна Германия продвигается по пути индустриализации и вынуждена проводить эту индустриализацию, но точно так же и Англия, Франция и Италия. И в последнее время Америка тоже пополняет ряды таких конкурентов, и самое сложное — это не так называемое повышение производительности, а самое сложное — это расширение сбыта. Вот это и есть сегодня главная проблема в этом мире, в этом самом мире, который повсюду индустриализируется и
