— Наверное, вы действуете исходя из самых возвышенных целей? — иронично улыбаясь, промолвила Марта.
Аль-Багдир сурово взглянул на нее.
— Разумеется, — сухо ответил он. — И не надо так скептически улыбаться, госпожа Шадрина. Понимаю, у вас лично остались не очень приятные воспоминания о наших прежних встречах, но что поделать? Ставка в этой игре с марсианским оружием слишком велика, и даже ваши молодость и красота не остановили нас. И мы добились своей цели! Кстати, и вы, как я вижу, чувствуете себя весьма недурно. Искренне рад этому. Да, мы действовали по отношению к вам жестоко, но вместе с тем весьма деликатно, разве нет?
Марта вспыхнула:
— Деликатно? Вы держали меня в своих темницах словно подопытного кролика, рылись своими грязными руками в моей памяти… Признайтесь, я ведь могла погибнуть или потерять разум из-за ваших изуверских экспериментов?
— Все могло случиться… — уклонился от ответа Аль-Багдир. — Но этого не произошло, и я очень рад.
В разговор вновь вмешался Поплавский:
— Итак, господин Аль-Багдир, вы сказали, что сейчас близки к своей цели. Выходит, вы пока не нашли марсианских звездолетов?
— Нет, пока — нет. Но мы на верном пути.
— Можно поинтересоваться, — а что вам удалось разыскать?
— Хм-м… Ну что ж… Алексей, принеси нашу находку под номером 11-4.
Симпатичный белобрысый юноша кивнул и вышел из зала. Он вернулся несколько минут спустя, неся в руках какой-то предмет, закутанный в белую материю, и положил его на стол перед хозяином.
Аль-Багдир осторожно снял белый лоскут, и перед взором спасателей предстал какой-то странный, наполовину оплавленный агрегат. Из уцелевшей его части торчали толстые жгуты и десятки оборванных проводов.
— Наши ученые считают, что это — обломок агрегата из системы управления двигателем, — пояснил Аль-Багдир. — Элементная база та же самая, что и на многих найденных нами марсианских машинах. Сомнений нет — это часть марсианского корабля, разбившегося при столкновении с одним из маленьких астероидов.
Поплавский с надеждой спросил:
— Выходит, от космического флота марсиан остались одни обломки?
Аль-Багдир рассмеялся.
— И не надейтесь, мистер Поплавский. Мы уверены, что два или, по крайней мере, один корабль уцелел.
— Откуда такая уверенность? — спросил Корин.
— Откуда? Хм-м… Нам об этом рассказал один человек, который видел марсианский корабль своими глазами.
— Колонист?
— А кто же еще? — помрачнев, процедил Аль-Багдир.
— Прекрасно! — просиял Поплавский. — Судя по вашей кислой физиономии, Аль-Багдир, этот человек бежал. Вряд ли бы вы стали его убивать.
— Мы найдем его, — пообещал Аль-Багдир. — Колония находится еще в зародыше, и мы держим все ее крошечные миры под контролем.
— Ага, значит, и другим колонистам удалось бежать? — с надеждой спросил Саблин. — То-то я вижу, на космодроме нет ни одного их корабля…
Араб нахмурился и нервно постучал пальцами по столу. Ему явно не нравилось, какой поворот принял разговор.
— При чем здесь колонисты? — раздраженно буркнул он. — Мы не варвары и не собирались уничтожать этих людей, тем более что они почти безоружны. Знаете, мне лично господин Селивестров даже симпатичен. Я еще на Земле читал его труды и восхищался острым, проницательным умом этого выдающегося мыслителя.
Собственно говоря, некоторые его идеи использовались при составлении манифеста ЛИМП.
Спасатели были поражены.
— Что? — едва выдавил из себя Поплавский. — Вы — и Селивестров? Что может быть общего между вами?
— Общее одно: мы одинаково смотрим на природу человека и, в частности, на элиту человечества. Да, семя зла в человеке неистребимо, и никому и никогда не удастся разбудить совесть во власть имущих. Конечно, кормящиеся из их рук СМИ и интеллигенция утверждали и будут утверждать иное, но история человечества доказала обратное. У вас в России был поставлен важнейший эксперимент: попытка построения рая на Земле — и чем она закончилась? Полным крахом. Почти вся ваша коммунистическая элита в полном составе въехала в эпоху дикого капитализма и продолжала насилие над народом, которое начали большевики в начале прошлого века. Значит, идеология здесь ни при чем, все дело в природе человека. А она такова, что на Земле издревле ведутся войны и развитые цивилизации ничуть не уменьшают природную агрессивность и алчность людей. Прошедший двадцатый век оказался рекордным по уничтожению себе подобных. Были уже опробованы и новые виды оружия — атомное, химическое, биологическое. Заодно пышным цветом расцвели и десятки других проблем: начиная от неумеренного потребления природных ресурсов и кончая первыми раскатами будущих экологических катастроф. Чернобыль стал первый звонком — но услышал ли его хоть кто-нибудь? Нет. А ведь большинство построенных полвека назад атомных станций ныне уже выработали свой ресурс и находятся на консервации. А это те же атомные бомбы, которые могут взорваться без всякого взрывателя, причем в любой момент.
Так какую же проблему удалось решить в двадцатом веке? Массовый голод по-прежнему ежегодно уносит миллионы жизней. Здравоохранением пользуются в полном объеме лишь элиты. Качественное образование доступно только самым состоятельным людям. Я уже не говорю, что именно в двадцатом веке получили широкое распространение всевозможные человеческие пороки…
— Например, грабеж на Марсе и похищение людей, — вставила Марта.
Аль-Багдир укоризненно взглянул на нее.
— Не путайте лекарство и болезнь, госпожа Шадрина. Мы действовали точно так же, как поступила бы Земля, если бы наш ЛИМЛ вовсе не существовал. Марс все равно был бы украден — уж слишком лакомый это кусок. Все разговоры профессиональных болтунов об общечеловеческих ценностях — чушь, жвачка для толпы. Крупные государства всегда борются между собой: за нефть, газ, новейшие технологии, лучших ученых и так далее. А здесь далекий Марс с его технологиями и машинами… Какая-нибудь страна наверняка использовала бы такой чудесный шанс, чтобы резко усилить свою мощь. Что бы тогда произошло на Земле? Однажды уже американцы пытались испугать человечество, взорвав две атомные бомбы, но вы, русские, вовремя восстановили равновесие… Да, ЛИМП собирался украсть Марс — чтобы его не украла ни одна из сверхдержав.
— Но тут у вас под ногами стала путаться группа «Дельта»… — тихо пробормотал Поплавский.
— Именно так, — поморщился Аль-Багдир. — Мы контролировали все главные направления, но, к сожалению, упустили из виду маленькую тропинку… Если бы вы знали, сколько сил нам пришлось потратить, чтобы замять дело об «украденном» Марсе! Но, увы, джинн оказался выпущен из бутылки, и обратно его уже не запихнешь.
— И тогда вы занялись главным — марсианским супероружием, — добавил Корин.
— Точно, — весело сказал Аль-Багдир. — К счастью, его на Марсе нет. Мы знаем, что оно находится на борту марсианских кораблей. Госпожа Шадрина рассказала, где его искать, пусть и не по своей воле. И ЛИМП вскоре…
— …установит в Солнечной системе диктаторский режим? — продолжил молчавший до сих пор Саблин.
Аль-Багдир снисходительно кивнул.
— Можно сказать и так — разве в словах дело?
— И настанет на Земле мир и благодать… — покачал головой Поплавский.
Аль-Багдир сурово нахмурился.
— Не все сразу, господин Поплавский, не все сразу. Однако порядок мы сумеем обеспечить. Не спорю, придется действовать жестко, а порой даже жестоко. Мы кое-что знаем о природе марсианского сверхоружия, и будьте уверены, армии всех сверхдержав получат очень неприятные сюрпризы. Например, они лишатся своих ядерных вооружений, баллистических ракет; авианосцев и еще много чего. Мы потребуем отставок всех правительств и жестоко накажем непокорных — так, что весь мир содрогнется. Отныне везде будут руководить наши наместники, кстати, очень достойные и уважаемые люди. Но они будут действовать не в интересах своих держав, а исключительно в общечеловеческих интересах. Если, скажем, в Уганде настанет голод, то никому не придется ходить по ООН с протянутой рукой — мы сумеем быстро обеспечить голодающим эффективную помощь. Начнется очередной конфликт в Нагорном Карабахе, родине господина Мирзояна, — и наши силы быстрого реагирования накажут мятежников. Ваш диктатор Сталин, кстати, показал, как можно таким путем усмирять в корне все национальные розни. И разве между народами вашей страны к концу века не созрела если не дружба, то хотя бы терпимость? Сталин безжалостно уничтожал тех, кто разрушал, исходя из своих национальных интересов, великую империю — и мы точно так же будем поступать с теми, кто попробует нарушить мир и спокойствие на Земле.
