мусульманских захватчиков индуистские храмы вновь открылись, и на открытие храма Минакши торжественно доставили освободителя – Кампану. Впервые после сорокавосьмилетнего перерыва в храме открыто проводилось богослужение (Francis, 1906: 39). Важной частью политики Кампаны было восстановление индуистских храмов, пострадавших от войск султаната. Активную роль в деле восстановления храмов сыграла элита. Например, в 1371 году один из подчиненных Кампаны по имени Гопана восстановил изображение Ранганатхи в Шрирангаме, а это означало, что богослужения в храме возобновляются.
Виджаянагар, который на протяжении многих лет был защитником индуизма и покровителем индуистских храмов, в 1565 году в битве при Таликоте пал. Столица была отдана противнику на разграбление. Отстраивать опустевший и полностью разрушенный Виджаянагар бежавшее руководство страны не стало. В опустевшей и покинутой всеми столице среди руин остались жить лишь дикие звери. Удивительно, но храм Вирупакши, будучи центральной святыней Виджаянагара, каким-то чудом уцелел, и богослужения в нем продолжаются по сей день, хотя от других зданий, особенно от дворцов, не осталось камня на камне.
Война Виджаянагара с мусульманским окружением представляла собой противостояние ислама и индуизма. Против такого взгляда на события некоторые возражают и аргументируют это тем, что противостоящие армии в религиозном отношении были неоднородны, поскольку на стороне Виджаянагара наряду с индуистами сражались и мусульмане[356], а против Виджаянагара выступали и индуисты. Тем не менее, обе стороны использовали религию как консолидирующий фактор (Алаев, 2003: 136). И со стороны мусульман война с Виджаянагаром являлась именно джихадом. Впервые об этом они официально объявили в 1502 году, а затем в 1509 году и в 1565.
Чтобы увековечить свою победу, воины ислама целенаправленно возводили мечети в тех местах, которые для индуистов были особенно важны. Например, в Матхуре, которая считается местом рождения Кришны, большую часть бывшего храмового комплекса заняла мечеть. А в 1527 году по приказу первого могольского императора Бабура в северной части Индии, в Айодхье, на холме Рамкот (Крепость Рамы) была построена мечеть Бабри, или Бабура. Считается, что она находится на месте древнего индуистского храма, маркировавшего место рождения царевича Рамы.
Конечно, с тех пор прошло очень много времени, но индуисты до сих пор болезненно воспринимают события тех лет, ведь для них эти места по-прежнему остаются чрезвычайно важными. Еще в 1949 году индуистская организация Akhil Bharatiya Ramayana Mahasabha прямо возле мечети устроила чтение священного текста «Рамачаритаманаса», которое продолжалось девять дней без перерыва, после чего, установив в этой же мечети мурти Рамы, ее представители стали призывать собратьев по вере прийти получить даршан божества. И тысячи индуистов потянулись к Раме за даршаном. Мусульмане не желали мириться со сложившейся ситуацией. Так дело впервые дошло до суда[357].
Конфликт не утихал. В 1992 году многотысячная толпа индуистов разрушила мечеть, которая к этому времени находилась в аварийном состоянии и не функционировала. Инцидент привел к серьезным столкновениям между индуистами и мусульманами, в результате чего погибло более двух тысяч человек. На месте разрушенной мечети по решению суда Археологическая служба Индии (ASI) провела раскопки спорного участка. В ходе раскопок выяснилось, что на месте мечети ранее находилось строение, которое было идентифицировано как индуистское. Мусульманская сторона не соглашалась с такими выводами, считая отчет Археологической службы поддельным.
В 2010 году по решению суда обеим сторонам была выделена земля под строительство культовых сооружений, но обе стороны этим решением остались недовольны, и споры продолжались еще несколько лет. Только 9 ноября 2019 года было вынесено окончательное решение суда. Верховный суд постановил, что на месте мечети быть храму Рамы, а мечеть должна быть построена в другом месте. И 5 августа 2020 года премьер-министр Индии Нарендра Моди прибыл в Айодхью, чтобы в благоприятное время (ровно в 12.30 дня) заложить первый камень в основание будущего храма Рамы.
После падения Виджаянагара индуистские храмы по-прежнему страдали от вторжения мусульманских армий. Например, в XVIII веке храм Чидамбарам подвергся нападению Хайдара Али. Он был взят приступом конницей майсурского раджи. Дикшитарам пришлось спрятаться в лесу, забрав свои сокровища и богов. Община дикшитаров разбрелась кто куда, и в Чидамбарам вернулись всего четыре сотни семей. Те же, кто по каким-либо причинам не смогли вернуться обратно, перестали считаться жрецами и именоваться дикшитарами[358].
За исключением отдельных случаев мусульманские захватчики не щадили ни храмы, ни мурти, ни жрецов, а новые порядки отнюдь не способствовали развитию индуистской культуры. С разрушением огромного количества храмов времена для жречества наступили не самые лучшие. В некоторых местах религиозная жизнь довольно продолжительное время находилась в упадке, как и храмовая культура в целом. Ситуация усугублялась массовыми обращениями в ислам местного населения. Например, Сикандар Бутшихан из Кашмира (1389–1413) отличился осквернением храмов, жестокими преследованиями и насильственным обращением в ислам тысяч индуистов. Точно так же Джалал-уд-Дин из Бенгалии (1414–1430), сам обращенный, обратил в ислам сотни индуистов (Ticku, Shrivastava, Iyer, 2019: 10). Известно, что в ислам были обращены сыновья Сангамы, которые попали в плен, а после возвращения в индуизм основали индуистскую империю Виджаянагар.
Такие обращения происходили веками – как на Севере, так и на Юге, причем зачастую процесс приобщения к исламу проходил весьма жестко. В хронике «Футухат-и-Фируз-Шахи» рассказывается о том, что на брахманов распространялась джизья, индуистские богословы подвергались репрессиям, выявлялись и предавались казни новообращенные мусульмане, державшиеся за прежние индуистские обычаи (Котин, 2005: 45). В основном такая ситуация была характерна для Севера, хотя на Юге тоже периодически случалось нечто подобное. Но на Юге, в отличие от Севера, власть мусульман была недолгой.
Зачастую обращения в ислам были массовыми. Речь идет о сотнях, а порой и о тысячах человек. Известно, что афганский правитель Ахмад Шах Абдали в 1761 году после поражения маратхов в битве при Панипате насильно обратил в ислам восемьдесят тысяч взятых в плен индуистов. А в 1789 году правитель Майсура Типу Султан, завоевав Малабар, запретил на этой территории матриархат и насильно обратил местное население в ислам. Хотя через несколько лет, когда Типу-султан погиб при обороне своей столицы от англичан, новообращенные мусульмане смогли вернуться к своим индуистским богам (Котин, 2005: 47). Что касается более позднего времени, то в Северной Индии между 1901 и 1911 годами обращение в ислам часто происходило в мечетях Дели и Лахора. В одном случае было обращено в ислам более шести сотен человек, а в другом – десять тысяч (Котин, 2005: 52). В Керале очередная попытка обращения населения в ислам была предпринята
