— Все произошло внезапно, — сказал он, — как бы само по себе, возникло из ничего… Я интересовался Древними. Вероятно, они привлекали меня как предмет научного исследования, тем не менее мой интерес мнился мне неподдельным. Не знаю почему. Я не сумею тебе объяснить, из-за чего меня тянуло к ним. Я изучил их язык, вернее, то, что считается их языком. Насколько мне известно, никто в них по-настоящему не верил. Потом я натолкнулся на тот манускрипт с рассказом старого путешественника…
— И решил увидеть все собственными глазами, — закончила Мэри. — Ну и что же в этом плохого?
— Ничего, пока все касалось меня одного. Если бы отшельник не умер и не передал Джибу перед смертью топорик! Если бы Джиб не спас меня от волков, если бы Хэл не был лесовиком и другом Джиба, если бы Плакси не выковал колдовской клинок! Если бы ничего подобного не случилось, то все обернулось бы иначе…
— Что случилось, то случилось, — проговорила Мэри. — В конце концов, сложись все по-другому, мы бы не встретились. Ты не имеешь права винить себя, потому что ни в чем не виноват; к тому же, взваливая выдуманную вину на себя, ты обижаешь своих товарищей. Мы все пошли за тобой по доброй воле. Никто из нас не жалеет о своем поступке.
— А Плакси?
— Ты про то, что он постоянно ноет? У него такой характер, такая манера себя вести. — Девушка положила голову на плечо Корнуоллу. — Брось, Марк. Мы пойдем дальше и найдем Древних, и все будет в порядке. Мы можем даже отыскать моих родителей или хотя бы что-то узнать о них.
— Пока их следы нам не попадались, — сказал Корнуолл. — Наверно, следовало расспросить тех обманщиков из замка, но мы были настолько заняты, что ни на что другое не отвлекались. Вот здесь я виноват точно. Мне надо было поговорить с ними.
— Я спрашивала у них, — прошептала Мэри. — У этого грязного типа с лисьей физиономией.
— И что?
— Родители останавливались в замке, провели в нем несколько дней. Замок окружали псы, но родителей они не тронули. Подумай, Марк: двое людей прошли с миром по Выжженной Равнине, и псы пропустили их. Они где-то впереди — вот почему я хочу продолжать путь.
— Ты не говорила, что спрашивала о них.
— Выражаясь твоими словами, «вы были заняты».
— Они шли с миром, — произнес Корнуолл. — Удивительные, должно быть, люди. Что же в них… Ты помнишь их, Мэри?
— Смутно, — ответила девушка. — Но стоит мне подумать о матери, я сразу ощущаю покой и словно вижу перед собой неземную красоту. Я помню ее лицо, вернее, не лицо, а тень лица на фоне какого-то сияния. Отец… Нет, его я забыла. Я люблю их, но не могу вспомнить, за что. Красота и покой — и все.
— Ты в Пустынном Краю, — сказал Корнуолл. — Много миль пройдено, не меньше осталось, еда почти вся вышла, платье — одно на все случаи.
— Я там, где хотела оказаться, — возразила Мэри, поднимая голову.
Он взял ее лицо в свои ладони и нежно поцеловал девушку в губы.
— Рог единорога подействовал, — сказал он. — Оливер, чтоб ему пусто было, не соврал.
— Ах вот о чем ты думаешь!
— Да. Так как насчет рога? Может, ты потеряешь его или выкинешь?
— Посмотрим, — прошептала Мэри, соскальзывая с камня в его объятия.
Глава 34
Они столкнулись с Древними уже в горах. Взобравшись на крутой гребень, разделявший две долины, они очутились лицом к лицу с теми, кого так долго искали. И те и другие застыли в изумлении на расстоянии каких-нибудь трехсот футов друг от друга. Древние, по-видимому, возвращались с охоты: двое из них несли на плечах шест, на котором висела туша животного, подозрительно напоминавшая очертаниями человеческое тело. Среди невысоких ростом Древних большинство составляли мужчины зрелых лет с проседью в бородах; безусых юнцов было всего двое или трое. Облаченные в меха, они держали в руках копья с каменными наконечниками. Их было не больше дюжины.
Какое-то время все молчали, потом Корнуолл сказал:
— Сдается мне, мы наконец-то нашли Древних. Признаться, в последние дни я стал сомневаться, что мы их найдем.
— Ты уверен? — спросил Хэл. — Откуда ты знаешь? Никому ведь не известно, каковы Древние из себя. Вот, кстати, что беспокоило меня всю дорогу: кого мы ищем?
— В старинных рукописях мне попадались упоминания об их внешнем виде, — отозвался Корнуолл. — Так, ничего конкретного, одни домыслы да слухи, но все они утверждали, что Древние — те же люди, только не похожие на нас. Если бы ты знал, сколько о них напридумывали ерунды! Даже тот человек, который записал правила грамматики языка Древних и составил его словарь, — даже у него не нашлось что поведать о них самих. Впрочем, он, может, и поведал, но часть манускрипта с его рассказом пропала или была уничтожена по настоянию какого-нибудь излишне ревностного церковника столетия назад. Поэтому полной уверенности в их человеческом облике у меня не было. Однако топорик, который передал Джибу отшельник, наводил на мысль о людях, поскольку никому другому не под силу изготовить из камня такую чудесную вещицу.
— Ладно, мы их нашли, — буркнул Плакси, — и что дальше? Прикажете Джибу бежать с топориком к ним навстречу? На твоем месте, Джиб, я бы не торопился. Мне не нравится дичь, которую они тащат.
— Я поговорю с ними, — сказал Корнуолл, — а вы оставайтесь тут. И пожалуйста, никаких резких движений. Нам нельзя пугать их.
— На мой взгляд, — заметил Плакси, — они вовсе не сходят с ума от страха.
— Я тебя прикрою, — сказал Хэл. — Если почувствуешь, что они настроены враждебно, не корчи из себя героя.
Корнуолл снял пояс с ножнами и протянул его вместе с мечом Мэри.
— Можете считать себя покойниками, — заныл Плакси. — К ночи они будут обгладывать наши косточки.
Корнуолл поднял руки ладонями наружу и двинулся вниз по склону холма.
— Мы пришли с миром! — крикнул он на языке Древних, надеясь, что произношение у него достаточно внятное. — Не сражаться. Не убивать.
Древние молча ожидали его приближения. Двое с шестом опустили свою ношу на землю и присоединились к остальным. Было похоже, что слова Корнуолла не произвели на них впечатления. Быть может, тому виной густые бороды? Как бы то ни было, угрожающих жестов Древние не делали; однако это еще ничего не означало: они могли напасть в любой момент, без предупреждения. Он остановился футах в шести от них и медленно опустил руки.
— Мы искали вас, — сказал он. — Мы принесли вам подарок.
Древние не отвечали. Их лица оставались безучастными, взгляды — безразличными. «Интересно, — подумал он, — они понимают меня?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
