— Он не демон, — возразил Корнуолл. — Он человек. Вы должны освободить его.
— Демоны! — завопил Древний, шарахаясь в сторону. — Все демоны!
— Стой, где стоишь! — приказал Корнуолл и, немного помешкав, выхватил из ножен меч.
Он искоса поглядел на остальных Древних: те опустили копья и шаг за шагом надвигались на них с Джонсом.
— Стоять! — рявкнул Джонс.
Послышался непонятный треск, в лица копейщикам полетели комья земли, поднялись облачка пыли. Конец похожего на палку предмета в руках Джонса сделался красным; на полянке запахло горелым. Копейщики остановились; чувствовалось, что они в нерешительности.
— В следующий раз, — сказал Джонс, — я буду стрелять на поражение. Тогда вы у меня попляшете.
Тот Древний, который сопровождал паломников на пути сюда, зачарованно разглядывал клинок Корнуолла. Внезапно он упал на колени.
— Бросайте копья, — велел Корнуолл. — Следи за ним, Хэл, — прибавил он после того, как копейщики подчинились. — Если хоть один шевельнется…
— Друзья, держитесь вместе, — посоветовал Хэл, — чтобы не попасть под оружие Джонса.
Упавший на колени Древний елозил по земле и громко стонал. Корнуолл подошел к нему, нагнулся и рывком поставил на ноги. Древний отпрянул, но Корнуолл притянул его к себе.
— Как тебя зовут?
Древний попытался ответить, но язык его, похоже, не слушался.
— Ну, давай, говори! Как тебя зовут?
— Блистающий клинок, — выдавил Древний. — Блистающий клинок. Мы помнить о блистающий клинок.
Он вновь уставился на меч в руке Корнуолла.
— Ладно, — произнес Корнуолл, — пускай будет блистающий клинок. Но скажи мне наконец, как тебя зовут. Сдается мне, нам с тобой не помешает познакомиться поближе.
— Кривой Медведь, — пробормотал Древний.
— Кривой Медведь, — повторил Корнуолл. — А я Корнуолл. Мое имя — волшебное. Ну-ка, произнеси его.
— Корнуолл, — отозвался Кривой Медведь.
— Эй, вытащите меня отсюда! — крикнул Джонс. — Что мне, торчать здесь до конца своих дней?
Жестяное Ведро подковылял к сверкающей изгороди, высунул щупальце и взялся за один из металлических стержней. В тот же миг он весь заискрился, а световые полосы задрожали и слегка поблекли. Ведро выдернул стержень из земли и отшвырнул его в сторону. Световые полосы исчезли.
— Вот и все, — заметил Плакси. — Марк, дай своему приятелю хорошего пинка.
— Я бы с удовольствием, — ответил Корнуолл, — но это будет неразумно. Нам надо сохранить с ними дружеские отношения.
— Ничего себе друзья! — хмыкнул Плакси. Джонс подошел к Корнуоллу и протянул ему руку, которую тот охотно пожал.
— Что происходит? — спросил Джонс, поглаживая свое диковинное оружие. — Я не понимаю ни единого словечка.
— Потому что мы говорили на языке Древних.
— Так это и есть Древние, о которых вы прожужжали мне все уши? Черт побери, дружище, какие же они Древние? Ватага неандертальцев! Впрочем, надо отдать им должное, — охотники они великолепные. Сообразили ведь, какая нужна наживка! Вон та девица — недурна собой, правда? Впрочем, ничего особенного, — была привязана к дубу, естественно, в чем мать родила, и призывно так вопила насчет волков, которые шныряют поблизости…
— Неандер-что?
— Неандертальцы. Первобытные люди. В моем мире их не осталось. Они все вымерли тридцать тысяч или даже больше лет назад.
— Но вы утверждали, что наши миры разошлись гораздо позже. По крайней мере, так следовало из ваших слов.
— Господи, ну что вы от меня хотите? — воскликнул Джонс. — Я и сам уже запутался. Когда-то мне казалось, что я все понял, но теперь отказываюсь верить доводам собственного рассудка.
— Вы сказали, что отправились искать нас Откуда вы знали, где нас искать, и что вообще с вами стряслось? Когда мы прискакали в ваш лагерь, там никого не было.
— Вы рассказывали мне о Древних, о том, что собираетесь отыскать их; у меня создалось впечатление, что вы настроены весьма решительно. Я знал, что вам придется пересечь Выжженную Равнину, и вознамерился опередить вас. Вы упомянули про университет, о котором, я полагаю, сообщил вам этот ваш потешный гномик…
— И вы направились на поиски университета?
— Точно. И нашел его. Он…
— Но если вы нашли его…
— Корнуолл, будьте благоразумны. Все на месте — записи, книги и прочее. Но шрифт — я не смог разобрать ни строки.
— И тогда вспомнили про нас.
— Послушайте, Корнуолл, давайте не будем ссориться. Ну какая вам разница? Наши миры разошлись, мы принадлежим к различным обществам — однако кто мешает нам проявить благоразумие? Вы помогаете мне, я помогаю вам. Дела только так и делаются.
— Нам лучше идти, — вставил Хэл. — Наши приятели совсем измаялись.
— Они до сих пор не уверены, что мы не демоны, — объяснил Корнуолл. — Нам надо будет проглотить хотя бы по кусочку мяса, чтобы окончательно убедить их. Когда они удостоверятся… — Он повернулся к Кривому Медведю. — Идем домой. Мы — друзья. Будем есть и плясать, будем разговаривать до самого утра. Мы братья.
— Блистающий клинок! — проскулил Древний. — Блистающий клинок!
— О Боже! — пробормотал Корнуолл. — Не иначе как он спятил. Интересно, в каком-таком предании говорится о блистающем клинке? Ладно, ладно, я уберу его. — Он вложил меч в ножны. — Пошли. Забирайте свою наживку. Все проголодались.
— Хорошо, мы поймать другой дичь, — откликнулся Кривой Медведь, — не то есть почти нечего. Мы кормить вас медведь, олень, лось. Мы и вы вместе.
— Вот и здорово, — воскликнул Корнуолл, обнимая его за плечи. — Мы наедимся до отвала, будем уплетать за обе щеки и делиться друг с другом.
— Ваша не демоны, — проговорил Кривой Медведь, ощерясь в ухмылке. — Ваша боги блистающий клинок. Ночь гореть костры, все быть доволен. Боги прийти к нам.
— Вы упоминали о еде? — поинтересовался Джонс. — Взгляните-ка на тот склон. Этот сукин сын учует запах еды за миллион миль.
По склону холма спускался, постукивая палкой по камням, облаченный в лохмотья Сплетник. На плече его восседал и оглашал ругательствами окрестности все тот же ворон. Впрочем, Корнуоллу показалось, что со времени их последней встречи птице как следует досталось от моли. За Сплетником семенила, прихрамывая, его собачка, вся белая, за исключением черных пятен вокруг глаз.
Глава 35
Старик явно не отличался крепким здоровьем. Из двух глаз у него оставался один, от пустой глазницы тянулся через все лицо шрам. Старик притронулся к глазнице пальцем, потом провел им вдоль шрама. На руке у него наличествовали только большой и указательный пальцы: три других отсутствовали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
