когда и как, либо отрицали и приводили доводы в свою защиту. Затем настала пора вызывать свидетелей.
Когда очередь дошла до моей дедушки, я напряглась. Всё-таки он совершил преступление, пусть и ненамеренно. И то, что он постарался всё исправить, расплатившись за свою ошибку жизнями близких, по идее, должно служить смягчающим обстоятельством, ровно как и помощь в расследовании, но... Всегда есть опасность, что что-то пойдёт не так. Я считаю, что дед и так был наказан слишком жестоко, и очень хочу, чтобы он уже избавился от этого груза вины и начал жить нормальной жизнью.
Дедушка Яков обстоятельно и последовательно рассказал обо всём: о своём открытии, о том, как понял, что оно опасно для землян, как подвергался шантажу, как, несмотря на это, уничтожил все результаты своей деятельности и даже стёр себе часть памяти, чтобы его не заставили повторить его открытие. Как злоумышленники выполнили свои угрозы и погубили его семью, как он долгие годы был не в себе и как в его семье появилась я, и как с моим появлением он словно очнулся...
Под конец его рассказа у меня безостановочно текли слёзы. Гордон молча обнял меня за плечи и подал платок. Естественно, следующей вызвали меня, и я, наскоро утерев лицо платком Гордона, спустилась на арену. Вот здесь был самый зыбкий момент нашего с ребятами плана. Объяснив совету и зрителям, что я скована клятвой о неразглашении и просто не могу дать важные показания, попросила снять с меня эту клятву в интересах суда. После короткого совещания, Совет удовлетворил мою просьбу. Ура, свобода! Теперь осталось закрепить успех и сохранить полученную свободу, а то заставить новую клятву принести - это недолго... Нет, нам надо получить официальный статус свободных существ, обладающих теми же правами и обязанностями, что и все остальные разумные народы.
Разумеется, после освобождения от клятвы, я подтвердила дедушкин рассказ, прямо сообщив, что в своём мире я была зрелой женщиной, что воспользовалась тем, что в семье на тот момент не было адекватных взрослых и представилась их погибшей родственницей. Я не намерена была подставлять Эни и дедушку Якова - за свои поступки я буду отвечать сама. Умолчала я и о роли Алексея Ивановича в своём попаданстве, сообщив, что попала в портал случайно, оступившись. Что агенты АИЗ искали меня, но, так как я стала ребёнком, ничего не заподозрили. А я слишком испугалась и растерялась, чтобы сообщить им о себе, ведь я не знала, чего от них ожидать. А потом, услышав историю деда Якова, вообще решила держаться от этой конторы подальше. Так складно получилось, аж сама загордилась. И, главное, почти правда ведь.
Я ожидала осуждения за присвоение чужой личности, но большинству зрителей, как и всему совету, было не до этого - всех поразил тот факт, что я из взрослой женщины стала ребёнком. Разумеется, встал вопрос: как такое возможно? Всем ведь известно, что земляне примерно вдвое молодеют при перемещении в этот мир. И вот тут настал звёздный час Алека Немурского, или Алексея Ивановича, как я продолжаю его по привычке называть.
Выйдя на арену перед советом, мужчина поведал о проводимых обвиняемыми экспериментах на землянах с использованием крови других магических существ. В качестве доказательств, он опирался на мои слова, а также на результаты нашего обследования, которые показали у нас наличие генетических связок, присущих тем или иным магическим разумным расам. Опровергать мою версию попаданчества мужчина не стал, и, что удивительно, его брат Вадим, который присутствовал на скамье подсудимых, тоже. А ведь мог бы - но, наверное, не захотел добавлять в копилку своих преступлений покушение на моё убийство.
Однако же совет не нашёл представленные доказательства убедительными. Даже рассказы моих одноклассников, которых тоже освободили от клятвы, их не убедили. Записей о том, что подобный эксперимент был проведен, не осталось. О других экспериментах, проводимых подсудимыми, их было полно, но конкретно этот эпизод доказать было трудно.
Совет высказал предположение, что наши способности и некое генетическое сходство с магическими расами этого мира - просто наша особенность, не более. Всё-таки земляне еще не до конца изучены, всё может быть.
Мы с Гордоном переглянулись: если так пойдёт и дальше, то весь наш план будет насмарку. Одно дело, если мы - потомки местных магических раз, появившиеся в результате незаконного эксперимента, и совсем другое - иномирные маги с невыясненным потенциалом. В первом случае все разумные расы позаботятся, чтобы нас никто не притеснял, а во-втором - никто и не подумает возразить, если опасных иномирных магов вообще запрут до конца жизни. Возможно, я утрирую и не всё так мрачно, а, возможно, всё ещё хуже.
Что ж, придётся использовать свой последний козырь. Вызвавшись, мы с Гордоном идём на арену и просим расчистить место. Гор улыбается, пожимает мне руку и отходит в сторонку - чтобы мы не задели друг друга при обращении.
- На счёт "три", - шепчет мой любимый одними губами, и я киваю. - Раз, два, три!
В следующую секунду мой чуткий драконий слух улавливает потрясенную тишину, которая повисла, едва на нашем с Гордоном месте появились два дракончика - голубой и коричневый. Затем потрясенная тишина оборачивается не менее потрясенным шепотом, который нарастает, оборачиваясь гулом. Оранжевый дракон требует тишины.
Подойдя к нам, он внимательно смотрит на каждого из нас несколько долгих секунд, после чего объявляет:
- Я чувствую в этих детях нашу кровь. Это кровь драконов нашего мира. Чьи вы, дети?
- Я уже поведала совету свою историю, - отвечаю я, намеренно не меняя облик на человеческий, чтобы создать в головах зрителей когнитивный диссонанс. - Я - землянка, мои родители всю жизнь жили на земле и не были драконами. Я не знаю, откуда во мне драконья кровь, но подозреваю, что стала жертвой эксперимента.
- Ваши родители умерли, - задумчиво тянет дракон, - вы не можете знать наверняка, что никто из них не был драконом. Либо, что они действительно ваши родители.
- Зато мои родители живы! - отвечает вместо меня Гордон, - И присутствуют в этом зале!
Зимена и Аллен Зиррены вышли и поведали свою грустную историю. Зимена рассказала, что ей пришлось сразу после родов оставить младенца на Земле, и лишь спустя много лет у неё появилась возможность его забрать. Особый интерес представляло то, что в больнице ей, помимо стандартных анализов и узи, делали переливание крови. Хотя она чувствовала себя хорошо и беременность протекала легко, ей сказали, что это - стандартная процедура. Тут заволновались и другие родители наших
