Степи не прощают обмана. Так что одно из двух. Первый вариант – наш договор остается в силе. Я получаю мерцающий лук, меч и каплю крови Высшего, и вы покидаете Степи втроем… или они вдвоем, если ты погибаешь в Галерее. Вариант второй – сделка расторгается. И тогда все возвращается к исходному моменту, когда я остановил время. Вы продолжаете бой с грифонами. Выбирай!
– Было б из чего, – невесело хмыкнул Должник.
– На твоем месте я бы расторг сделку, – посоветовал Барахольщик.
– И что я выиграю от этого?
– Как что? – удивился Барахольщик. – Свою собственную жизнь! К тебе вернется сила и бессмертие Должника. Грифоны не смогут причинить тебе вреда. Бросай амечи и урмака, уходи из Скользящих Степей один.
– Тогда Эрхал погибнет.
– И он, и Дракон, – подтвердил Барахольщик. – Без тебя они не продержатся долго против нежити. Зато ты останешься жив. Это ли не самая ценная награда? Так что расторгай нашу с тобой сделку и возвращайся к грифонам…
– Нет! – Аль встал на ноги. – Договор остается в силе. Я добуду мерцающий лук.
– Это вряд ли, – уверенно заявил Барахольщик. – Остались четыре ниши. Ты открыл пять, но трижды умер. Четыре за один раз тебе не открыть. Погибнешь раньше.
– Может быть, – кивнул Аль. – Зато Эрхал… да и Темьян спасутся.
– Они – да. А ты? – в писклявом голосе Барахольщика слышалось недоумение. – Что от этого выиграешь ты?!
– Очень многое, – ответил Аль. «Если амечи по имени Эрхал покинет Степи живым, тогда хотя бы один из трех приказов Змееносца будет выполнен. Я погибну – да, но погибну, выполняя свой долг. Лучше так, чем струсить и сбежать, а потом жить сломленным, опозоренным. Нет! Такая жалкая жизнь не по мне».
Барахольщик прочитал его мысли. Удивленно воскликнул:
– Не понимаю! Ты готов погибнуть, чтобы выполнить чей-то там приказ? Для тебя позор страшнее смерти? Но почему?!
– Наверное, потому что я Должник, – Аль поудобнее перехватил меч и пошел к ближайшей из ниш.
Он шел, не торопясь, вроде даже с ленцой, но Барахольщику этот странный парень вдруг показался пущенной в цель стрелой. Ее невозможно остановить или сбить с пути. Она обязательно поразит цель или… будет уничтожена еще в полете. Одно из двух. И третьего не дано…
12
…Блестящие осколки разлетелись, словно искры, открывая нишу. Атакующей змеей вылетела молния, но не найдя человеческой плоти, разочарованно ударилась о стену. Отскочила, отражаясь от льдистых кривых зеркал.
– Первая!
Аль даже не стал заглядывать в нишу, зная, что лук в ней – обман. Рывок к следующей.
– Вторая!
И вновь, звеня, разлетаются осколки. Освобожденная молния краем задевает плечо, обжигая холодной болью.
Сейчас должен появиться убийца с мечом. Аль оборачивается за мгновение до его появления.
– А вот и ты, приятель!
Клинки сталкиваются, застывают на миг, а потом Должник с силой отталкивает от себя противника прочь. Тот машинально делает несколько шагов назад. Ему в спину летит срикошетившая от противоположной стены молния. Аль успевает сбить неприятеля с ног, тем самым спасая жизнь. Смертоносный разряд проносится выше и левее, а враг, в качестве благодарности за спасение, бьет Аля рукоятью меча по лицу. Соленая кровь из разбитого носа заливает рот. Очень хочется ответить тем же – вломить гаду как следует, от души. Но нельзя. Его нужно беречь. Как себя самого.
Должник выкручивает противнику руку с мечом, заставляя разжать пальцы и выпустить клинок.
Всё, теперь оба меча у Аля. Нестерпимо ноет запястье правой руки, зато враг безоружен. Хоть и по-прежнему смертельно опасен…
Молния бьет с потолка. Аль отталкивает противника в сторону, откатывается сам, вскакивает на ноги и бросает трофейный меч, как копье, в следующую нишу. Металл разбивает стекло. Облаком фейерверка взрываются зеркальные осколки.
– Третья!
Теперь три молнии гуляют по залу. Их треск назойливо лезет в уши. Кажется, от них не укрыться, не сбежать.
А тут еще оставшийся без меча убийца не оставляет попыток прикончить Аля. Враг ревет и бросается наперерез Должнику, намереваясь засадить ему ногой в пах. Аль пытается увернуться, поскальзывается и падает на спину, машинально вскидывая руку с мечом. Лезвие пропарывает противнику бок.
– А-а-а!!! – два крика сливаются в один.
Аль зажимает рукой рану на боку, пытаясь хоть чуть-чуть пережать хлещущую кровь. Его враг, словно зеркальный близнец, делает то же самое. Раны у обоих. В одном и том же месте. К счастью, несмертельные.
Молния едва не пронзает раненого врага насквозь. Аль пружинит ноги, сильным толчком отбрасывает противника – подальше от трескучей смерти. И тут же видит, как возникает еще один враг с мечом – точная копия первого. И точная копия самого Аля…
Должник бросает отчаянный взгляд на последнюю нишу. Там – вожделенный лук. Там – жизнь!
Аль кричит и делает яростный рывок к цели. Зеркальный близнец с мечом запоздало наносит удар, но острие лишь слегка колет Аля в спину.
Должник на бегу пытается метнуть клинок, чтобы вновь издалека разбить стеклянную перегородку четвертой ниши. Промахивается. Меч без толку бьет о стенку рядом, вызывая водопад зеркальных осколков.
Внезапно подкашивается нога – одна из молний перебивает двойнику голень. А все, что происходит с ними, происходит и с Алем. Ведь они – его копии, ожившие зеркальные отражения. Их цель – прикончить оригинал. А вот Алю убивать двойников нельзя. Он уже сделал это однажды – и погиб сам…
До ниши всего два шага. Но покалеченная нога не слушается. Должник стискивает зубы, превозмогая боль, встает на одной ноге, делает прыжок вперед.
Колотит кулаками по стеклу. Острые осколки вонзаются в ладони, щедро поливая зеркальный лед кровью.
Аль теряет равновесие и падает вниз – очень во время, потому что над головой проносится освобожденная из ниши молния. Она вонзается в тело одного из двойников, который и не подумал увернуться от летящей смерти.
Жгучая боль останавливает Алю дыхание. Трещат ребра, рвутся легкие. Сознание уплывает – вместе с жизнью. Темнеет в глазах. Но Аль всё тянется из последних сил… туда… к нише…
Пальцы смыкаются на чем-то твердом и теплом.
Лук…
«Я все-таки взял его…» – мысль промелькнула и унеслась во тьму.
13
– Эй! Вставай! Пора рассчитаться.
